Война мага. Том 3: Эндшпиль (с иллюстрациями) - Ник Перумов

– Куда лучше, – мрачно ответил некромант.

– В таком случае удивительно, что у вас ещё кто-то жив, при такой-то наивности… Короче, хватит терять время, – распорядился понтифик. – Берись за дело, Неясыть. Я думаю, что сутки у нас, самое меньшее, имеются. Клешни смогут пополнить свой флот не раньше чем к следующему вечеру. Тогда и стоит ожидать приступа.

– Прошу Ваше святейшество дать мне в помощь также и отступника Этлау.

– Гм… слишком уж ты многого требуешь, некромант, – поморщился понтифик. – Ну да ладно. Вчера у вас действительно неплохо получилось – с отзеркали-ванием его чар от твоего заклинания. Так и быть, дозволяю.

– Спасибо, что вытащил меня из темницы. – Этлау сидел в кресле напротив некроманта, старательно массируя запястья – кандалы оставили на них широкие красноватые кольца.

– Не стоит благодарности, преподобный. Ещё чаю? – Фесс вежливо протянул разжалованному инквизитору горячий серебряный чайник.

– Еще раз спасибо. Что случилось, Неясыть? Ещё недавно ты готов был стереть меня с лица земли…

– Не обольщайся, Этлау. Может, нам ещё и придётся сойтись в бою. Потому что ни ты, ни я ничего не забыли. Но сейчас у нас действительно общий враг, прости мне эти высокие слова.

Инквизитор хмыкнул, поднося к губам чашку с дымящимся отваром. Несчастный отец Суэльтен, приставленный таки к некроманту, сидел белый от ужаса.

– Не дрожи так, высокоучёный, – повернулся к нему Этлау. – Я виновен в… в том, что мне вменяется, не больше, чем заболевший человек виновен в своей болезни.

– Но заболевший виновен, если презрел указания карантинной стражи и полез в охваченный чумой город, – вдруг возразил монах. – Виновен также, если, заболев и зная об этом, всё равно отправляется туда, где пока нету мора, неся с собой заразу!

– Сразу видно опытного софиста…

– Оставим этот спор, – поднял руку Фесс. – Я действительно дал слово и намерен его исполнить. Отец Суэльтен, не вы ли…

– Да, именно я, недостойный, следил за магическими отражениями битвы под Скавеллом, – подтвердил монах.

– Тогда вы представляете, хотя бы в общих чертах, что нам предстоит сделать. – Фесс придвинул поближе большую грифельную доску. – Итак, надо преодолеть три барьера. Простым заклинанием, основанным на природной магии Эвиала, это сделать невозможно – те, кто ставил преграды, знали своё дело. Поэтому и мне под Скавеллом пришлось идти столь сложным путём. Отсюда следует, что отражающее заклятье должно иметь, по крайней мере, следующее…

…Они углубились в сугубо теоретическую дискуссию, чёрную поверхность стремительно покрывали руны и наброски магических фигур, сложные схемы сложения магических векторов и так далее и тому подобное. Время летело незаметно, отец Суэльтен мало-помалу совершенно забыл о страхе, в пылу спора даже поименовав Фесса «невеждой».

Этлау не оставался в стороне, дав несколько весьма» дельных советов.

– И не забудьте послать кого-нибудь за кошками. Желательно – котята, желательно – чёрные, но в крайнем случае сойдут и обычные, полосатые, – напомнил некромант.

Отец Суэльтен побледнел и судорожно сглотнул.

– Что поделать, ваше преподобие, чрезвычайные обстоятельства требуют чрезвычайных мер. Да вы ж должны помнить Скавелл!

– Я бдил, да, я помню приток силы, но я не знал, как именно получен был к ней доступ, – слабо запротестовал монах. – Какой ужас… кошки… котята… беспомощные, маленькие, пушистые…

– Вы что, брат, действительно любите кошек? – удивился Этлау.

– Я тебе не брат, отступник, – привычно огрызнулся Суэльтен, но уже безо всякого задора. – Да, люблю, и очень! Это лучшие спутники из братьев наших меньших, когда-либо бывшие у человека, и недаром Спаситель…

– Помню, помню, – поморщился разжалованный инквизитор. – «А свершивший зло против кошки или кота да ответит передо Мной». Интересно, почему у Него не нашлось ничего доброго о собаках… впрочем, неважно. Очень советую вам, дорогой брат, всерьёз озаботиться выполнением просьбы нашего уважаемого некроманта. Кошачий гримуар в его исполнении – вещь более чем внушительная. Не исключено, что от этого будет зависеть жизнь Его святейшества понтифика. Так что… – Этлау выразительно приподнял одну бровь.

Отца Суэльтена била крупная дрожь.

– И отдайте распоряжения немедленно, – внушительно проговорил бывший отец-экзекутор. – Пока у нас есть ещё время. Прикажите всем послушникам и послушницам, кому дозволено иметь при себе котов или кошек, передать их в ваши руки. Котят учитывайте особо, их – в отдельный садок… Ну, не стану вас учить, брат, вы и сами прекрасно справитесь, – с издёвкой закончил одноглазый соратник Фесса.

На монаха было жалко смотреть, но отнекиваться и отказываться он не решился.

– Сменим тему, государи мои, – деловито проговорил Этлау. – Значит, сударь некромант, переход по данному вектору вы трактуете как результирующую действия следующих компонентов заклинания…

…Мало-помалу сгустился вечер, и спор грозил затянуться далеко за полночь, когда в окнах мелькнул хорошо знакомый по совсем недавней битве огненный отблеск. Немного погодя колокола на башнях Аркина ударили тревогу.

Флот Империи Клешней не стал ждать подкреплений – а может, они подоспели быстрее, чем рассчитывал понтифик. Чёрно-зелёные галеры вновь устремились на штурм, как и в прошлый раз, посылая на город тучу катапультных ядер, начинённых жидким огнём.

Глава шестая

«Скоро нам станет некуда отступать», – мрачно подумал Император, глядя на открывшийся его взорам Мельин. Некогда великолепную столицу по-прежнему покрывала паутина строительных лесов; пока правитель отсутствовал, изменилось немногое, что и неудивительно – при таких-то делах и вестях с запада!

– Кер-Тинор, отправьте гонца к Сежес. Капитан Вольных молча кивнул.

– Круг Капитанов прислал весть, – вдруг проговорил он, уже сделав было шаг. – Всех, в ком есть наша кровь, зовут вернуться.

Император выразительно поднял бровь. Ему служили Вольные, принявшие имперское подданство, кому навсегда была отрезана дорога в их родные края.

– Круг Капитанов решил, что вторжение тварей из Разлома есть исполнение древнего пророчества о якобы неизбежном конце человеческой расы, «когда мерзость её переполнит пределы небесного терпения», да простятся мне эти слова, повелитель. Круг заключил, что бестии пройдут через все занятые людьми земли до самого восходного океана, где их существование и пресечётся. После чего всем старым расам – гномам, эльфам, Дану, Вольным, оркам и прочим – только и останется, что вновь занять свои старые владения.