Солдаты Оборотня - Владимир Чихирёв

— Ты, вонючий мятежник, являлся бывшим солдатом Императорской армии. А ныне ты предатель, нарушивший присягу и поднявший оружие на своих бывших товарищей, оставшихся верными своей Родине до конца. И не сметь при мне, полковнике Императорской армии, называть какую-то казарменную шлюху королевой, — Альвинтер в отличие от Брюггена шутить был ненамерен.

Мятежник сжал руки в кулаки, и зло, посмотрев на имперца сплюнул на пол. Казалось, Альвинтер сейчас ударит его, но полковник смог взять себя в руки.

— Видимо нам придется прибегнуть к услугам палача. Он прикомандирован к нам из Тюремного бастиона, что находиться недалеко от Элидира. Вы слышали об этом месте? — спросил Альвинтер.

Пленник ничего не сказал, но судорожно дернувшийся кадык выдал его нервное состояние.

— Вижу, что слышали, — улыбнулся Альвинтер — зовите его.

Через некоторое время в палатку вошел маленький, аккуратно одетый в походную форму человек. Брюггена происходящее привело в полное изумление. Он понятия не имел, что у них есть какие- то прикомандированные палачи. Более того, таких людей вообще не существовало в имперской армии. Брюгген подумал, что Альвинтер просто блефует, пытаясь напугать мятежника, но теперь, при виде этого человека он засомневался, а все ли он знает об армии, в которой служит.

Палач явился не с пустыми руками. Значит, его появление было запланировано, внутренне Брюгген негодовал. Пытки и издевательства над пленными никак не вязались с его представлением об армейских офицерах. В руках он нес маленькое медное корытце, железную корзину с раскаленными углями и клетку с крысой. При виде крысы, Брюггена передернуло. Он ненавидел этих существ более всего на свете. Еще большее беспокойство выказывал пленник. Лицо его покрылось красными пятнами, а глаза все более расширялись, и в них читался страх.

— Мы можем все это прекратить в один момент, если вы будете отвечать на наши вопросы, — тихо сказал Альвинтер.

— Нет!

— Глупо, — пожал плечами полковник — о вашем подвиге не будут слагать легенды местные жители. На два дня вы станете героем в разговорах наших солдат о том, как один идиот дал себя сожрать крысе.

— Нет! — вновь выкрикнул мятежник.

— Приступайте, — приказал Альвинтер.

С пленника сорвали рубаху и положили на землю. Палач схватил крысу и, положив её на живот мятежнику, накрыл корытцем. После чего насыпал сверху угли.

— Когда крысе станет совсем жарко, она будет пытаться спастись. Медь ей не прогрызть, а вот ваш живот ей по зубам. В конце концов, она спасется, выбравшись у вас из спины, — пояснил Альвинтер.

Услышав это, Брюгген решил, что смотреть на это ему совсем не обязательно и направился к выходу. Но тут мятежник жутко закричал.

— Она начинает меня грызть!! Снимите её с меня!! Я все расскажу, клянусь всем, чем можно!! Слышите, вы!!?

С отвращением Брюгген наблюдал, как из-под тазика показалась тонкая струйка крови. Мятежник закричал ещё сильней.

— Значит, будешь говорить? — спокойно спросил его Альвинтер.

— Да! Конечно!!!

— Снимай, — приказал Альвинтер.

Палач ловким движением рук сбросил корытце и, схватив крысу, поместил её обратно в клетку. На животе допрашиваемого виднелся глубокая рана, вероятно от когтей крысы Пленного усадили за стол, налили холодного вина и дали время прийти в себя, смазав кровоточившую рану.

— Ну, что? — вздохнул Альвинтер — начнем заново, в более дружеской обстановке. Вы немного нам подерзили, мы, в свою очередь, немного пошалили. Забудем все. И проведем плодотворную беседу.

— Да, господин полковник, — устало кивнул пленник.

— Имя?

— Лотерн.

— Звание в имперской армии?

— Капрал.

— А в мятежной?

— Лейтенант.

— О! Быстрый карьерный рост, — улыбнулся Альвинтер.

— Как ты и подобные тебе оказались среди мятежников?

— Я могу ответить только за свою роту.

— Что, целая рота перешла на сторону мятежников? — спросил Брюгген.

— Мы были не единственными.

— Продолжай, — велел пленному Брюгген.

— В один из вечеров, к стенам нашего форта со стороны Адера подошли войска бунтовщиков. Среди них мы увидели и тех наших сослуживцев, что несли дежурства в округе. Мы приготовились к отражению атаки, но тут навстречу к нам выехала госпожа Тэквор с белым флагом и попросила нашего капитана дать возможность поговорить ей одной с нами. Капитан согласился.

— Осел, этот капитан — буркнул Брюгген — продолжай.

Она долго говорила о землях, о королевстве, которое было тут до прихода империи. Доротея пообещала нам, что мы станем новыми героями и гвардией заново воссозданного королевства — мятежник ненадолго замолчал — вообщем мы перешли под её знамена. Даже не знаю как. Все было как в тумане. А после того, как мы напали на отказавшийся от переговоров форт и убили многих имперских солдат — дороги назад уже не было.

— Боже мой, какая чушь! — Брюгген поднялся со стула. — Это её колдовские штучки. Надо отдать этой сучке должное, ведьма она талантливая, несмотря на свой возраст.

— Неужели она смогла это внушить абсолютно всем? — спросил Альвинтер.

— Многим из нас, — отозвался мятежник.

— Чёрт. Так глядишь при встрече с ней, и я залопочу о свободе всех голодранцев этой провинции и о славе великого королевства, как его там… Регед…, - проворчал Брюгген.

— Были и те, кто её не послушал. Она их отпустила. Это были, в основном, ветераны.

— Поразительное великодушие! — воскликнул Брюгген — видно она была уверена, что они разбегутся по домам, и полетит молва об её благородстве.

— Дальше все так и продолжалось? — спросил Альвинтер.

— Не везде, как я уже сказал, но большинство переходило на нашу сторону. Самые жестокие схватки произошли на этой развилке, а ранее в городе Мельница. Ветераны и другие солдаты, оставшиеся верными генералу Ресиду, не сложили оружия. Мы их разбили, но генерал и горстка солдат отступила в Йервард. Погоня за ними провалилась. Правда не знаю, что там произошло, госпожа Тэквор преследовала генерала со своими наемниками….

— Сколько их? — переспросил Брюгген.

— Несколько сотен.

— Парень в деревне был прав, — кивнул Альвинтер.

— Ты знаешь, сколько всего солдат насчитывает армия мятежников?

— У развилки сейчас четыре тысячи. С Доротеей на Йервард ушло около шести тысяч солдат, и все наемники.

— Она решила брать город? — изумился Альвинтер.

— Да, она хочет взять под контроль морской порт, и как можно быстрей.

— Жадность и самоуверенность сгубила многих талантливых людей, — произнес с улыбкой Альвинтер.