Живой Журнал. Публикации 2001-2006 - Владимир Сергеевич Березин

И население отнюдь недружелюбно. Это огромная проблема, которую нужно пережёвывать годы, даже если не положить половину армии на штурме. Поэтому я и говорю, что приказ не педалировать наступление вполне справедлив, и более того, единственно возможный из всех выборов.

Другое дело, если бы город сдался сам, можно думать о размерах группировки, что будет его удерживать. Однако о полном владении территорией города речи бы всё равно не шло.

Зато Ленинград взять было бы невозможно. То есть, Жданов и Жуков смогли бы его сдать — но вот взять… Отчаянные граждане, воспитанные на революционной традиции — их не так много нужно, чтобы превратить огромный город в ничейную землю.

Собственно, ведь город берут либо, чтобы владеть им самим, или занять стратегическую позицию. Ну, владеть бы не получилось.

Кстати, мне вот всегда было непонятно, зачем немцы с такой торопливостью подавляли Варшавское восстание, теряя на этом личный состав. Создаётся впечатление, что из политических, нежели чем из военных соображений. Я когда жил в Варшаве излазал всю эту топографию и совершенно не понимал — зачем. Да ещё в той ситуации.

— Взяли же немцы Смоленск, Киев, Севастополь, Ростов-на-Дону, несмотря на ожесточённое сопротивление защитников.

— Не совсем. Опять же, падая в дебри сослагательного, то штурм без предварительной осады. Вы ведь представляете, что такое бой в городе — а Ленинград не шёл ни в какое сравнение со Сталинградом по сложности. Город с развитыми подземными коммуникациями, сложной застройки, связал бы огромное количество войск, а потери при этом штурме (даже при слабой организации защиты — при значительном количестве граждан способных драться на улицах и во дворах) эти потери я даже отказываюсь обсуждать. Другое дело — если бы войска и жители стали спешно покидать город.

Резюмирую: решение о прекращении штурма со стороны немцев я считаю естественным, рациональным и очевидным. А люфт между стратегическим решением и оперативным подтверждением как раз оцениваю в зазоре 06.09–16.09. Десять дней — это вполне нормально.

Всяко бывает — вдруг шасть в Павловск Жданов с ключами от города. И всё.

Я думаю, что штурм был всё-таки.

— Да, это был бы второй Сталинград. Но закавыка в том, что позади Сталинграда, на той стороне Волги, были тылы и корпусная артиллерия. В данном случае, с юга — немцы, с севера — финны.

— Да нет, тут тонкая грань. Я правда специально не занимался группой "Север", и документную базу смотрел только по воспоминаниям. Грань, на мой взгляд заключалась в том, что Леебу приказывали не отвлекаться на штурм. Хотя всё это — эффект от эффекта. Понятно, что даже если бы Леебу вынесли бы ключи, ему бы пришлось оставить в Ленинграде значительный оккупационный гарнизон.

Это, кстати, лишний повод порадоваться тому. что история не терпит сослагательного наклонения.

— Леебу приказали остановить штурм, хотя немцы были уже в Царском Селе. У него забрали танки и авиацию. Что ещё может быть тоньше?

Да, насчёт сослагательного наклонения, согласен. Но если бы штурм продолжался, никакой Жуков бы не помог.

— Защищая другую сторону, согласитесь, Лееб не получал приказа "ни в коем случае не брать Ленинград". Финики — да, с ними дело другое. А вот немцы я думаю, если бы шли как нож в масле, наверное, легко согласовали бы это наверху.

— Получал. В том-то всё и дело. Некоторое время спустя он начал по этому поводу вслух распространяться в таком духе, что мол, не является ли Гитлер союзником Сталина? Язвил. В итоге, в январе 1942-го был уволен в отставку.

Я думаю, что идея о Жукове как о "спасителе" сформировалась как раз 10–17 сентября. Дальше, понятно, что БД начали затухать. А как формируется общественное мнение и мнение начальства понятно. Паника — Появление фигуранта — некие решительные действия — Нормализация положения. Причины каждого из этих состояний особо не важны.

Собственно, "спасительность" Жукова я бы объяснил так. Если бы в пожарном порядке на протяжении первой недели не был бы организована оборона (а до Жукова обороны практически не было), то Лееб взял бы город. То есть он остановил бы продвижение при сколько бы явных признаках Сильного сопротивления, а при отсутствии Сильного Сопротивления — потихоньку продвигался вперёд.

Впрочем, что и говорить, Жуков был порядочная кровожадина.

— "Спасительность" Жукова была для, как вы изволили верно заметить, прежде всего, Сталина. На самом деле Лееб получил приказ не штурмовать, а блокировать. И ни одно подразделение без приказа не двинулось бы вперёд.

Тут такая хронология — Жуков вступил в командование Ленинградским фронтом 10 сентября, и вплоть до 5 октября, когда ему позвонил Сталин и вызвал его обратно.

10 сентября, впрочем, бои шли довольно ожесточённые — в районе Колпино, на Пулковских высотах, немцы заняли Урицк. Создаётся впечатление, что эти атаки — инициатива Лееба, а не Гитлера. То есть атаки продолжались ещё несколько дней. Финны, конечно, и не дёргались. Сам он писал о том, что в конце сентября/начале октября немцы снимали с Ленинградского направления и отправляли её на Москву.

Я считаю, что пребывание Жукова в Ленинграде в целом было больше психологической мерой — (для Верховного командования, а не для народонаселения, разумеется).

17 сентября, в день, когда немцы вывели из сражения за Ленинград основные силы 3-й и 4-й танковых групп и 8-й авиационный корпус, появился грозный жуковский приказ: «Военный Совет Ленинградского фронта приказывает объявить всему командному, политическому и рядовому составу, обороняющему указанный рубеж, что за оставление без письменного приказа военного совета фронта и армии указанного рубежа все командиры, политработники и бойцы подлежат немедленному расстрелу». По свидетельству маршала А.Е. Голованова, Жуков сам проводил в жизнь этот приказ — заставлял пулеметчиков стрелять по отходящим батальонам.

Лееб продолжал наступление на ближних подступах к Ленинграду теперь уже только с целью отвлечь побольше сил Ленинградского фронта с любаньского направления, где им навстречу с целью прорыва блокады наступала 54-я армия маршала Кулика. Жуков же полагал, что враг все еще стремится овладеть городом, и концентрировал основные силы на обороне ближних подступов, а не на прорыве.

Даже когда после 16 сентября под Ленинградом перестали действовать танковые соединения и резко упала активность люфтваффе, Георгий Константинович продолжал контратаковать в районе Пулково, а не у Невской Дубровки, навстречу 54-й армии.

Извините, если кого обидел.

21 августа 2006

История про разговоры СDLXIX

— Существует много разновидностей лейкозов — злокачественных опухолей кроветворения. Я как-то познакомился с человеком, работавшим на