Избранные циклы фантастических романов. Компиляция. Книги 1-20 (СИ) - Михеев Михаил Александрович

– Благодарю, я еще ни разу не видел беднягу Фердинанда столь впечатленным. Он, когда думает, что его никто не видит, очень любит расхаживать по приемной и разговаривать сам с собой о том, что пережил трех мэров и не намерен останавливаться на достигнутом. Иногда мне кажется, что он считает себя главным человеком в нашем городе и на основании этого способен вывести из себя кого угодно. Надеюсь, происшедшее его хоть чему-то научит.

– Мания величия, – понимающе кивнул Артур. – Но все же, мы и впрямь по делу.

– Тогда, может, все же представитесь?

Поразительно, но этот человек ухитрился моментально расположить к себе не только Джоанну, но и холодно-расчетливого киборга. Во всяком случае, никакой агрессии по отношению к нему Артур не чувствовал. Оставалось только представиться, назвать свою спутницу, с неожиданным легким неудовольствием понаблюдать, как мэр с видом опытного ловеласа целует ей руку, и выслушать имя самого мэра. Константин Эспиноза. Не то чтобы Артур этого не знал, но услышать из первых рук как-то надежнее.

– Итак, – вежливо начал мэр, когда формальное знакомство состоялось и он, радушно указав посетителям на удобные стулья, вновь опустился в кресло, – чем я могу вам помочь? Кстати, чаю не желаете?

Фердинанд, все еще бледный от пережитого, но уже (опыт не пропьешь) твердо стоящий на ногах, чаепитие организовал мгновенно. Кстати, получилось у него очень неплохо – наверное, заварки не жалел. И смылся, повинуясь небрежному жесту начальства, мгновенно и вполне дисциплинированно – очевидно, урок был воспринят адекватно.

– Замечательно, – улыбнулась Джоанна, отхлебнув из маленькой чашечки горячий напиток, – но мы все же по делу.

Очевидно, она женским чутьем уловила, что мужчины сейчас мирные, расслабленные и вполне готовы посидеть часок-другой, ведя свои, малоинтересные ей разговоры, к примеру, о способах заточки клинков. Вот и решила вмешаться. Артур не препятствовал.

– Чем могу вам помочь, баронесса? – мэр был сама учтивость.

– В первую очередь объяснить, что здесь происходит. Не далее, как вчера, на нас дважды напали.

– Именно так, – кивнул Артур. – Вначале проникли к нам в комнату с предложением, от которого я, по их тупому мнению, не могу отказаться, а потом, когда я им в жесткой форме отказал, попытались напасть вечером, во время прогулки.

– В жесткой форме? – улыбнулся мэр. – Я, кажется, представляю, что вы с ними сделали.

– Мы просто вежливо поговорили, – улыбнулся Артур. – Тот, кто пришел ко мне без приглашения, оказался так любезен, что поведал мне суть их предложения без членовредительства.

О том, что в некоторых случаях люди мечтают о смерти, даже не получив каких-либо увечий, он, естественно, промолчал, но мэр, похоже, сообразил, что признание было не вполне добровольным. Задумчиво кивнув, он спросил:

– Могу я поинтересоваться, с каким предложением к вам приходили?

– С довольно простым. Тот, кто пришел ко мне без приглашения, заявлял, что представляет некую гильдию проводников, без помощи которой мне якобы не пройти через перевалы. Заломил за услуги совершенно нереальную сумму… Что вы можете сказать по этому поводу?

– Ничего хорошего, – вздохнул мэр, и в голосе его прозвучала неприкрытая усталость. – В свое время, когда на перевалах лежал снег, и впрямь были люди, зарабатывающие тем, что переводили через горы караваны. Однако постепенно снег сошел, многие купцы начали ездить самостоятельно, благо маршрут был не так и сложен, и они оказались не у дел. Вполне естественно, что они сбились вместе – так легче выжить. То, что они сами, централизованно, начали устанавливать цены на свои услуги, тоже никого не обеспокоило – платили-то не из городского бюджета, а путники, для купца же тряхнуть мошной болезненно, но не смертельно. Спохватились позже, когда выяснилось, что некоторые караваны из тех, кто не хотел платить, бесследно исчезают. Однако было поздно. Сейчас гильдия проводников – могущественная в наших местах организация, которая имеет своих людей повсюду, и бороться с ней практически бесполезно, можно лишь как-то сосуществовать.

– Понятно, мафия, – кивнул Артур. – То есть я так понимаю, в случае конфликта, если я их поубиваю, претензий ко мне не будет?

– Разумеется, нет. Хотя, конечно, я подозреваю, что судья – их человек, но…

– А может, мы его снимем? В смысле, вы снимете. У вас есть, кем его заменить?

– Есть. Вот только снять – вне моих полномочий, а в столице у него все схвачено. Высокие покровители, с которыми мне не тягаться. Мне же здесь власть принадлежит лишь в случае военного положения, все остальное время на мне лишь подготовка солдат и хозяйственные функции. Разве что кто-нибудь придавит его в темном переулке. Только вряд ли, дураков нет.

– Можно и не доводить до крайностей, – хищно усмехнулся Артур. – Полномочия есть у меня.

С этими словами киборг протянул вперед руку с небольшим перстнем, поблескивающим на безымянном пальце. Рубин со сложной, неизвестной местным ювелирам огранкой, матово блеснул в падающем из окна свете. При виде этой незамысловатой, в общем-то, игрушки мэр чуть заметно побледнел и медленно встал из-за стола.

– Ваше…

– Без чинов, – остановил его Артур. – Я тоже солдат и не люблю шагистику. Так что, будем наводить порядок?

А почему бы и не навести? Он, как личный порученец кардинала, то бишь Джарефа, о чем однозначно указывал этот перстень, уменьшенная копия перстня его формального шефа, полномочия имел колоссальные. Жаль только, они кончались точно на линии границы – с той стороны инквизиция была своя, причем, в отличие от местной, не слишком авторитетная, выполняющая лишь функции военного крыла церкви. Все же, подумалось Артуру, Джареф умный-умный, а дурак. Надо было давно захватывать соседей, пока была такая возможность. Хотя, возможно, не такой и дурак – при местных средствах коммуникации большая страна практически неуправляема. Тем не менее пока это значило лишь, что за кордоном рассчитывать Артуру придется только на себя. Ладно, не впервой, а обезопасить перевалы и, соответственно, людей от поползновений всякой швали – дело нужное.

Мэр задумался лишь на пару секунд, но за это время успело произойти целое событие. Если конкретно, позади них распахнулась дверь, и очень знакомый голос произнес:

– Здравствуй, пап.

– Привет сынок, – откликнулся мэр. – Кто это тебя так?

Артур не обернулся – он и так понял, кто вошел. Джоанна чуть напряглась, бросила на спутника быстрый взгляд, но, похоже, уже выработавшаяся привычка доверять взяла свое, и она, успокоившись, тоже продолжала сидеть, неподвижно и чуть расслабленно, хотя Артур видел, что она вслушивается в разговор.

– Да какие-то заезжие уроды. Толпой навалились, когда я без охраны был. Но я им тоже дал – разбежались, как зайцы.

– Надо же, – улыбнулся киборг, поворачиваясь. – А я всегда думал, что бегаю не от кого-то, а куда-то. Ну что же, теперь буду знать, что есть и другая точка зрения.

Парень осекся на полуслове. Ну да, а что вы хотели? Кто тот щенок, которому пришлось рожу о стол рихтовать, Артур узнал еще вчера, так что ничего неожиданного. Единственно, не ожидал увидеть так скоро, ну да это мелочи. Теперь оставалось лишь полюбоваться на дело рук своих и отметить, что получилось совсем неплохо. Рожа у молодого нахала – сплошной фингал, уже начавший желтеть по краям, но в центре упорно сохраняющий изначальную насыщенную синеву. Однако, несмотря на жуткий вид, ничего не сломано, даже нос не пострадал, да и зубы, похоже, все на месте. Вот что значит опыт – бил аккуратно, но сильно. И выражение битой морды, несмотря на припухлость, было сейчас бесподобным. Таких выпученных глаз Артур давно уже не видел. Пожалуй, стоило его вчера приложить хотя бы ради этого момента.

– Петро, ты опять?

Краем глаза Артур увидел, как побагровел мэр. Ну да, с его точки зрения сынок банально подставил его под удар со стороны высокого начальства. И кто сказал, что изначально благожелательно настроенный порученец кардинала не сменит милость на гнев? Эмоции на его лице можно было читать как в открытой книге. Однако тут Джоанна разрядила обстановку, громко рассмеявшись, Артур присоединился к ней через секунду, и мэр, похоже, сообразил, что сегодня боги к нему снисходительны. Сделав в сторону сына отчаянный жест, долженствующий означать «вали отсюда, придурок», он тоже подхихикнул, утирая платком, больше похожим на небольшую простыню, разом вспотевший лоб. Непутевое чадо моментально просекло ситуацию и испарилось, что делало честь его умственным способностям, и через семнадцать с половиной секунд веселье начало затихать. Не тот был повод, чтобы уделять ему времени сверх необходимого минимума.