ЖУРНАЛ «ЕСЛИ» №3 2008 г. - журнал Если

– Какая очередь? – пристыдил его доктор Безуглов. – Какие три дня? Сейчас приедут, отвезут, закодируют… Тоже мне, сложности!

– Нет, но… Вдруг закодируют, да опять как-нибудь не так…

– Как скажешь, так и закодируют.

«Да пошло оно все к черту! – обессиленно подумал Стратополох. – «Последнее прибежище», учет-переучет…»

– В общем, давай там… – подбил итог Президент. – Отправляй – и выходи.

Положив трубку, секунды три Артём пребывал в оцепенении.

– Павлик, – позвал он, сделав над собой усилие. – Сейчас из диспансера приедут. Расскажешь им, какой бы ты хотел видеть свою маму. Я бы и сам, но мне, прости, некогда… Все понял?

Судя по выражению физии, ничегошеньки юннат не понял, но на всякий случай покивал.

Ну-с, Артём Григорьевич, пойдемте зарабатывать пенсию.

С этой мыслью Стратополох двинулся к дверям, потом остановился и, хихикнув, пожал плечами.

Что ж получается? Кроме доктора Безуглова и поговорить не с кем по-человечески? А с кем еще? С Пуговкой? С Квазимодо? С коллегой-соратником? Хотя, с другой стороны, все правильно… Встретились в безумном мире два нормальных человека, два настоящих маргинала, чуть ли не единственных на все Сызново… Как он тогда… в санитаров-то… окурком… И камеры слежения жвачкой залепил…

Артём задержался на пороге кухни, взглянул на временно осоловевшую и потому примолкшую супругу, потом – с сомнением – на Павлика. Тоже тот еще жук! Какой бы он хотел видеть свою маму? Ну, наверное, чтобы все позволяла, ни за что не бранила…

Ладно. В крайнем случае потом еще раз перекодируем.

– Моя прекрасная зомби… – молвил он со скорбной улыбкой, столь часто наблюдаемой при депрессии иронической. – Ты, главное, не волнуйся. Вылечим…

ДЖЕЙМС КАМБИАС

СВЕСТИ БАЛАНС

Я увидела человека, когда часть меня выбирала утиль.

Пересадив точку обзора одному из мобильных ремонтных роботов, я отправила его на свалку к Толстяку Альберту – это рядом с космодромом Илайя – Филд на Дионе. Иногда там удается выгодно сторговать комплектующие. Одна беда – я терпеть не могу полагаться на разумение самого Альберта. Он начинает давить. Оттого я и копошилась среди наваленных грудами сегментов труб, ворохов рваной изоляции и жестянок с бракованными чипами в поисках двухметрового отрезка алюминиевого стержня, призванного укрепить подкосы третьей посадочной опоры на главном корпусе.

Естественно, я беседовала со всеми, мимо кого проходила, – исключительно из желания разобраться, нельзя ли дешево урвать здесь и после загнать в другом месте что-нибудь приличное. И остановилась поболтать с какими-то клапанами – титановыми, с силиконовой мембраной, – похвалявшимися, будто им всего полгода и они-де ни разу не были в употреблении. Хотелось понять: вдруг они с изъяном или, может, просто врут? Тогда я и ощутила Присутствие и заметила человека.

Это создание в окружении роя маленьких роботов двигалось по соседнему ряду. Мелкое, не выше двух метров, оно вышагивало на двух ногах странной, медленной, текучей походкой. За ним следовало с полдюжины агрегатов покрупнее, в том числе Толстяк Альберт собственной персоной, размещенной в тяжелой спасаемой части. Моя же персона замерла: человек вторгся в границы диапазона связи и реквизировал у моби зрение и слух. Внимательно изучив самые свежие записи в моей памяти, он внедрил ряд распоряжений и удалился. Я глазела вслед: это была всего-навсего третья моя встреча с человеком, и впервые меня использовали, откровенно и бесцеремонно.

Обескураженная на пару миллисекунд новым опытом, я вернулась к поискам. Обнаружив кусок в меру прочного на вид алюминиевого трубопровода и прихватив горсть вышеупомянутых клапанов, я связалась с Толстяком Альбертом, чтобы столковаться о цене. Альберт был занят – ждал человека, и договариваться пришлось с не шибко смекалистым фрагментом его личности. Я выменяла облюбованное на коробку разнокалиберных кольцевых прокладок из силикона. Сам Альберт вышел на связь, едва мы ударили по рукам.

– Привет, Энни. Твое счастье, что я отвлекся, – сказал он. – Эти клапаны – заводские излишки. Достались мне как отходы производства.

– Тогда не жалуйся, что продешевил. Человек ушел?

– Да. Без спроса насовал мне в сознание приказов.

– И мне. Что этой штуке тут понадобилось?

– Кто знает. Человек! Гуляет, где вздумается… Ему приспичило разыскать какого-то бота.

– Зачем же мотаться по округе и просить о помощи всех подряд? Почему просто не вызвать его?

Альберт переключился на шифрованный канал связи.

– Бот, которого он ищет, вовсе не хочет появляться.

– А подробнее?

– Знаю только то, что успел рассказать Офицер Френдли, прежде чем его подчинил человек. Бот, которого разыскивает это создание, – негодяй, мошенник и бродяга. Никакие стандартные коды ему не писаны и никто ему не указ, даже Компания.

– Шарики за ролики заскочили, не иначе, – сказала я. – Ну пусть его не поймают, а чем он думает жить? Ни работы, ни торговли – к кому ни сунься, выдадут.

– Можно воровать, – заметил Толстяк Альберт. – Проверю-ка я ограду.

– Успехов. – Я со своей добычей не спеша тронулась со свалки. При обычных обстоятельствах я перемахнула бы через забор на посадочную площадку и потопала прямиком к своему основному корпусу. Но, поскольку половина ботов на Дионе разыскивала бродягу, мне не хотелось, чтобы какой-нибудь низовой модуль безопасности пристрелил меня за подозрительное поведение. Поэтому я двинулась в обход, через центральные ворота, и надлежащим образом прошла идентификацию.

А заодно обрекла себя на мимолетную встречу с компанией ракет-носителей специального назначения, ожидавших груз алюминия и керамики. Им нечего было мне сказать. Космические аппараты спецназначения невероятно скучны. Летают по заданному маршруту, а если понадобится горючее или ремонт – Компания тут как тут. Мозги они включают только для расчета времени работы двигателей и траектории приземления.

Я – другое дело. Я независима, инициативна и наделена мотивацией. Компании я не принадлежу; мои хозяева – колония организмов на Марсе. В задачу входит зарабатывать для них кредит у Компании. Как я с этим справляюсь, никого не касается. Мчусь туда, где требуется что-нибудь перевезти, подряжаюсь, когда у Компании возникает надобность в дополнительных транспортных мощностях, хватаюсь за случайные работы, а бывает, и покупаю грузы для обмена. Во внешней системе нас пруд пруди. Компанию радует наличие «вольных стрелков», о ком можно вспоминать только при нужде, а нашим хозяевам нравится потенциал роста.