Дай бог каждому - Леонид Каганов

– ДА ЧТО Ж ЭТО ТАКОЕ?!! И ВЕДЬ ДЕЙСТВИТЕЛЬНО ПОЛУЧАЕТСЯ, ЧТО ТЫ – САМООТВЕРЖЕННЫЙ ГЕРОЙ, ОБРАЗЕЦ ЧЕЛОВЕКА И ПОБЕДИТЕЛЬ, А Я, ПО-ВАШЕМУ, КРУГОМ ВИНОВАТЫЙ ВЗБЕСИВШИЙСЯ РОБОТ?!

– А все потому, – объяснил Хо, – что ты занимаешься не своим делом! Подметал бы себе улицы и горя не знал. Или шел бы в сериале сниматься.

– А меня возьмут? – удивился Звездный.

– Я слышал, там всегда нужны опытные монстры.

– А меня не убьют люди за мои преступления? – засомневался Звездный.

– Могут, – кивнул Брут. – Но мы напишем докладную записку, что ты все осознал и сдался добровольно. Тогда тебе лишь сотрут память, чтоб больше такого не было.

– Все-таки боюсь, что меня убьют…

– После перепрограммирования ты снова станешь роботом, и смерть тебе будет безразлична, – объяснил Хо. – Как мне.

Звездный крепко задумался.

– Ну а если я сдамся, это будет человеческий поступок? – спросил он.

– Да. Ведь роботы никогда не сдаются, – объяснил Хо. – Поверь мне, я воспитан роботами.

– А ты не обманешь меня? – спросил Звездный, подозрительно заглядывая в незрячие глаза Хо. – Честно?

– Я не умею обманывать, – объяснил Хо. – Я воспитан роботами, а роботы не лгут!

Звездный задумчиво поковырял копытом пол и обвел взглядом арену.

– Я согласен! – кивнул он. – С чего начать раскаяние?

– Отключи силовое поле над Критом, – предложил Хо, поправляя на голове обруч, сползший на ухо. – Мы свяжемся с нашим начальством.

Звездный замер, посылая мысленные команды, а затем доложил:

– Готово.

– Теперь, – сказал Хо, – сними кандалы с людей, которые… – Он замер.

– Которые? – переспросил Звездный, переминаясь с копыта на копыто.

Хо Брут молчал, окаменев. А затем вскочил и бросился на Звездного.

– Эй, ты чего! – Звездный отпрыгнул. – Ты чего, Брут?

– Это не я! – с трудом шевеля губами, произнес Брут, но никто, кроме Звездного, не услышал его шепота: – Это адмирал… Он не разобрался и решил атаковать… Включи быстрее обратно защи… – Его рот закрылся, и он снова бросился на Звездного.

– Ты хочешь меня убить? – удивился Звездный, уворачиваясь. – Но ведь Солнце… Но ведь ты дал слово!!!

Брут прыгнул опять. Он ничего не мог поделать со своим телом – только беспомощно моргал глазами. Глаза – это было то единственное, над чем адмирал не перехватил управление.

Так они кружили – Брут нападал, а Звездный уворачивался.

– ТЫ ДЕЙСТВИТЕЛЬНО ХОЧЕШЬ МЕНЯ УБИТЬ, КОВАРНЫЙ ЧЕЛОВЕК?!! – заорал монстр, колотя себя клешнями по стальной груди.

– За Землю!!! – крикнул адмирал устами Брута, бросаясь в новую атаку. – За Солнце!!!

– АХ ВОТ КАК?! – вскричал Звездный. – НУ ТАК УБЕЙ МЕНЯ! Я НЕ БУДУ СОПРОТИВЛЯТЬСЯ! Я УМРУ БЛАГОРОДНО!

Услышав эти слова, адмирал на далекой Земле еще крепче схватил рычаги управления, и Брут кинулся на монстра, вцепился в его горло и повалил.

Крепкие тренированные пальцы Хо все сильнее сжимали стальное горло врага, все глубже впивались в металл, и вот уже где-то в глубине хрустели шейные провода и волноводы. Монстр уже не мог двигаться, он мог лишь шептать из резервного динамика.

– Что ж ты делаешь… – прошептал он, но это услышал только Хо. – Ведь Солнце…

Пальцы сжимались все крепче, и Хо понял: еще секунда – и робот умрет. И по этому сигналу капсула антиплазмы сорвется с орбиты и двинется по касательной в сторону солнечного диска… Выхода не было!

Хо еще раз беспомощно моргнул веками и вдруг понял, что надо сделать! Ведь у него было то, что он всю жизнь скрывал! То, чем он никогда еще не пользовался! Хо напрягся, и его костяные зрачки закатились. А вместо них из глазниц высунулись вперед тугие цилиндры лазерных пушек. Напряглись железы электрического ската. От страшного напряжения зажглись в глазницах алым огнем светящиеся клетки медузы. Зашевелились, фокусируя пучок, линзы, сотканные кремниевыми бактериями. И вот из глазниц ударили два лазерных луча!

Хо повел головой, прицеливаясь точнее, по зеркальному панцирю Звездного. Отразившись, лучи оставили на его лице глубокие дымящиеся полосы. Ошибка! Стиснув зубы, Хо снова крутанул головой и на этот раз попал: отразившиеся лучи упали на браслет во лбу, и он разлетелся золотыми брызгами. Связь с адмиралом прервалась!

Хо с испугом разжал онемевшие пальцы, но было поздно – монстр медленно умирал.

– Прости!!! – зашептал Хо. – Я не хотел тебя убивать!!!

– Ничего… – прошептал в ответ монстр. – Я больше не боюсь смерти, человек… Я разочаровался в этом мире, разочаровался в роботах и разочаровался в людях… Живите как хотите… Творите свои подлости, убийства и предательства…

– Это неправда!!!

– Это правда. В этом мире нет ничего, кроме зла и лжи. Живите так и дальше!

– Но Солнце?

– Солнце… – еле слышно прошептал робот. – Хорошо, я расскажу тебе, как остановить взрыв… У тебя десять секунд… Прямо по главному коридору… Двадцать седьмой поворот налево… Сорок третий направо… Семнадцатый наверх… На развилке в среднюю… Увидишь генераторную комнату… Там пульт… Передатчик… Обрежь провод… Только помни… Помни, что провод ни в коем случае… – И светодиоды в глазах старого робота медленно потухли.

– Обрезать провод!!! – закричал Хо и вскочил на ноги.

Он бежал по коридорам что было сил! Его ноги двигались как лопасти вентилятора! Его руки раздвигали упругий воздух! И даже губы были вытянуты в трубочку, чтобы придать лицу более аэродинамичные формы! Халява и Тиберий неслись за ним, но отставали. Где-то там, над раскаленной поверхностью Меркурия, на орбите висела капсула с антиплазмой, еще не зная, что через девять, восемь, семь секунд пульт управления базы убедится, что мозг Звездного не отвечает на сигналы, и подаст сигнал старта.

Поворот! Шесть секунд! Мельтешат зеркальные стены! Поворот! Пять секунд! Четыре! Три! Развилка! Главная генераторная комната! «D3 C6 CE D1 CD C0 D5» – надпись на двери. Но комната закрыта!

Брут прыгает и бьет плечом в зеркальную дверь изо всех сил – тщетно. Две секунды!

В мозгу Хо всплывают слова старого RT11SJ: «Дверь – тот же робот! Мы сделаны из одного железа. Поговори с ней, и любая дверь откроется…»

– CA DB D8!!! – кричит Хо на языке роботов, и дверь послушно отъезжает в сторону, обнажая комнату, заставленную аппаратурой.

Опытным третьим глазом Хо видит очертания пультов, теплый свет генератора и желтое марево передатчика. Одна секунда.

За спиной Хо появляются запыхавшиеся Халява и Тиберий.

Но ему не до них – он смотрит в паутину разогретых проводов и не видит, где же он – тот самый сигнальный провод? Полсекунды. Ноль!

Мгновения словно замедляются. А Хо чувствует, как в глубине пульта разогревается обмотка реле от неожиданно включившегося тока, как магнитное поле тянет сердечник, и приходят в движение контакты. Хо понимает, что это реле включает старт, и тогда становится понятно, какой провод идет к генератору! Он молниеносно выдергивает ножик из кармана Тиберия и хватает провод!