Вспышка - Роджер Желязны

В конечном итоге, буксир отнесло на пять километров от станции. Уорски не успел еще достигнуть первой лунной орбиты, как проклятый корабль самостоятельно включил двигатели.

Если что-то должно пойти наперекосяк, оно обязательно пойдет наперекосяк.

Уорски понимал, что ему предстоит долгий путь. Необходимо было взять поправку в сто восемьдесят градусов на верный курс. Пилот пытался манипулировать газовыми рулями, стараясь положить корабль на курс, поддерживая при этом достигнутую тягу.

Рули отказали тоже.

Следующим шагом, предпринятым пилотом, стал запуск верньерного двигателя. Однако топлива было мало, а корабль уже набрал немалую инерцию, и угол тяги сдвинулся не более, чем на градус. От этого толку тоже не было.

Когда же он попытался выключить двигатель и положиться на инерцию нынешнего курса буксира, двигатель продолжал работать.

Что оставалось делать теперь, когда вся автоматика отказала, а двигатель продолжал работать в полную силу?

Уорски проконсультировался с компьютером. Новости были крайне неутешительными. Если тягу не удастся быстро погасить, корабль скоро сойдет с орбиты. Буксир не был предназначен для входа в земную атмосферу, и на нем не было жаропрочных слоев обшивки для быстрого прохождения верхних слоев. Они просто сгорят, и сам Господь Бог с сонмом маленьких ангелов не в силах будут помочь Майклу Уорски, если в течение десяти секунд пилот не выключит двигательную установку.

Уорски знал все, что он в состоянии сделать, будучи в рубке. Там находились переключатели, ключи к электрическим цепям и соленоиды, словом, те самые соединения, относительно слабой устойчивости которых предупреждал последний бюллетень НАСА, и именно те механизмы, на которых удар кулака не подействует. Если бы времени оказалось достаточно, тогда он мог бы облачиться в скафандр и выйти в открытый космос через шлюз. Уорски знал, где снаружи располагаются рукоятки, повернув которые, можно было перекрыть доступ топлива и положить конец безумной гонке. Увы, времени не было.

Поскольку кибер предупредил Майкла о скорой развязке, тот подумал о тысяче трехстах рублях, лежащих у него в кармане. Это составляло примерно девятьсот новых долларов, в которых он так нуждался. Ладно. Как говорили в его семье: «С ветром пришло — с ветром уйдет.»

Эти деньги… и этот русский в шлюзе!

Нет, Майкл Уорски совершенно не собирался корчиться от страха в отпущенные ему двадцать две минуты. Ему приходилось попадать в подобные передряги в прошлом, но еще никогда выбор решения не был столь ограничен. К тому же, в первый раз рядом с Уорски был пассажир, о котором надо было заботиться. Такого в жизни Уорски еще не было.

Что делать? Попытаться разбудить русского, чтобы тот знал, что погибнет, и смог помолиться за свою душу? Или оставить его сонным и дать умереть самым простым и легким способом?

Если бы выбор был за Уорски, он знал бы, что делать. Узнать всю правду. Узнать что произойдет. Удариться о стену со всего маху.

Но этот парень Урбанов выглядит мягкотелым. Привязан к Земле, и наверняка городской. Так что безболезненная смерть во сне может оказаться его сокровенным желанием.

Да будет так.

Кто знает? Может быть ему в шлюзе удастся выжить во время входа в атмосферу, ведь там столько стали. Такое наверняка возможно. Если, конечно, не принимать во внимание жар и травмы при уменьшении ускорения, которые поджидают любого, приближающегося к земной поверхности. К несчастью, парашют для буксира никто не удосужился придумать.

Но… хватит думать.

Уорски привел выключатель в порядок, перевел штурвал в центральное положение, выключил компьютер из сострадания к искусственному интеллекту и стал ждать. И лишь на пороге гибели, когда купол над головой раскалился докрасна, а куски обшивки устремились в атмосферу, он позволил себе в последний раз открыть рот.

«Пр-р-роклятье!»

23

НАВЕДЕННЫЙ ТОК

Пит-Ривер 3

Оукфлэт

Керхов 2

Кингз-Ривер

КОМПАНИЯ «ПАСИФИК ЭНЕРДЖИ», САН-ФРАНЦИСКО, 22 МАРТА, 6:05 МЕСТНОГО ВРЕМЕНИ

Больше всего в работе диспетчера Управления контроля энергии Джорджу Меерсу нравилось наблюдать, как просыпается на рассвете Калифорния.

Штат вставал на его глазах, по крайней мере, клиенты «Пасифик Энерджи» уж точно. Меерс мог судить об этом по количеству гидроэлектростанций, пробуждаемых к работе. Чем больше небольших, расположенных в вершинах Сьерра-Невады переносных станций включалось в работу, тем больше электричества поступало из системы на кофеварки и тостеры, видеоэкраны и электробритвы, теплосмесители в душевых и трансмиссии электромобилей. Собираясь на работу или готовясь к выходу в свет, вам так или иначе без электроэнергии не обойтись.

Круг обязанностей Меерса заключался в том, что тот, надев на голову шлем, отслеживал, какое количество энергии выделяется «Сиднеем» — так звали в обиходе системного интегратора и исполнительного диспетчера сети — на нужды имевшихся клиентов. В силиконовые протоколы искусственного интеллекта были заложены цены, включая стоимость работы, вложенный капитал и дополнительные расходы на каждую подстанцию, принадлежавшую компании, а именно: атомные, теплоэлектростанции и порядка шестидесяти гидротурбин. Помимо всего прочего, в оперативной памяти «Сидней» хранил все сделки, предлагаемые за последние сутки другими поставщиками электроэнергии. В его задачу входило отыскать среди огромной массы объемов энергии и цен наиболее дешевые, отвечающие растущим человеческим потребностям. Благодаря этому компания сумела удерживать цены на электричество, действуя, как говорилось в рекламных буклетах, «на благо народа».

Хотя отслеживание графика получения электроэнергии не являлось основной задачей диспетчера.

Большинству людей просто невдомек, что главное в работе диспетчера, когда ты следишь за проходящим потоком электроэнергии, заключается вовсе не в том, откуда она поступает, а в том, куда идет. Поток электронов всегда знает направление, а у потока должна быть станция назначения, место, где электроэнергия могла бы совершить какое-либо действие: скажем, подогреть инфракрасный элемент или войти в электрическую цепь, или привести в действие мотор. В конечном итоге энергия попадала в землю, эту бездонную пропасть, поглощающую несметные объемы электричества.

Генератор способен только создать потенциал для потока электронов. Энергизованные платы топливного отсека или магниты вращающегося ротора лишь создают условия, при которых поток может ожить и отправиться в путь если, конечно, где-то на линии его поджидает потребитель.