Начала - Виктор Шибанов

– Может, это не самое главное. Ты только посмотри – ритуал проводится в семейном склепе – мы как раз в нем и находимся. Нужно выложить круг из останков покойных – этого добра здесь навалом! Так, что там дальше… Ага! Кровь произносящего заклинание – ну, надрежу палец, выдавлю каплю-другую.

– А вот это. – Элениэль ткнула пальцем в страницу: – «Установить в центре круга свечи или светильники с человеческим жиром». У тебя что, есть такие с собой?

– Попробуем обойтись этими факелами, – неуверенно сказал волшебник. – Надеюсь, они подойдут.

– Слишком рискованно. – Девушка покачала головой. – В таких ритуалах любая мелочь может иметь огромное значение. Ты ведь не больной зуб заговариваешь! Видишь, здесь не только слова заклинания написаны, но и указано, что маг должен в это время думать и чувствовать.

– Жаль, тела погибших родителей Галия, как и его самого, так и не нашли. Тогда, возможно, немного человеческого жира мы смогли бы раздобыть.

Элениэль с ужасом посмотрела на друга.

– Шучу-шучу, – поспешил ее успокоить Амин. – И все-таки я попробую. Ты можешь уйти, если хочешь.

– Хочу, очень хочу. Но, пожалуй, останусь.

– Спасибо. А что это за закорючки? Вот здесь, на полях?

– Опять похоже на почерк Милисенты… Посвети сюда… «Отн. безоп.». «Относительно безопасно»?

– Вот видишь! Тем более что будь здесь какое-то ужасное заклинание, то и эти страницы наверняка бы вырвали!

– Знаешь, все эти круги из останков, светильники из человеческого жира и кровь – по-моему, это самая настоящая Некромантия!

– Все зависит от того, с какой целью ты творишь заклинание, – задумчиво сказал Амин. Ему припомнились недавние слова отшельника Ирра. – Если думаешь только о себе, то не имеет значения, дозволенное это волшебство или нет – можешь считать, что это и есть темная магия…

– Прекрати, Амин! Еще немного – и ты начнешь оправдывать Орден Света и Темные Искусства! Я не желаю этого слышать!

– Между прочим, – юноша усмехнулся, – именно твоя драгоценная магесса и приписала возле этого заклинания, что оно безопасно.

– Относительно безопасно, – поправила его эльфийка. – И извини, но я не сомневаюсь, что она гораздо более опытный маг, чем мы с тобой, вместе взятые! Не забывай, Милисента – магистр: она разбирается не только в одной Алхимии и Гербологии.

– Согласен. Значит, сейчас у нас отличный шанс набраться опыта. А чем дольше мы с тобой спорим, тем меньше у тебя остается времени, чтобы вернуть книгу на место.

– Хорошо. – Последний аргумент оказался самым убедительным. – Итак, что же ты собираешься делать?

– С помощью заклинания Родовой Страж вызвать душу Галия и выяснить, что же все-таки произошло два года назад.

– Мне кажется, что мы пытаемся найти Вайрана? Или я что-то не так поняла?

– Нить к тому, что произошло сейчас, тянется из прошлого.

– Ладно, предположим, что в словах этого сумасшедшего из Гарма был какой-то смысл. Допустим, у нас под рукой действительно есть и останки Фаллиев, и своей крови ты не пожалеешь – но вот удастся ли тебе для сотворения заклинания войти в то состояние, что описано в книге?

– Удастся, – уверенно заявил волшебник. – Мне пришлось прийти в подобное состояние недавно, когда… Когда я вселялся в тело крысы!

Вначале Амин хотел рассказать о допросе шамана в Ольме, но в последний момент передумал.

– Я бы не сказала, что это было недавно… А светильники с человеческим жиром?

– Попробуем обойтись без них. Элениэль, – юноша почувствовал, что эльфийка вот-вот сдастся, – это ведь самый простой и быстрый способ во всем разобраться!

– Ты хотел сказать – самый быстрый и глупый способ расстаться с жизнью?

– Думаешь, мне не терпится прибегнуть к Темным Искусствам? Ошибаешься. Я… я дал клятву никогда не обращаться к ним, но ради друга готов нарушить собственное слово. Тебе самой не придется ничего делать – наоборот, я прошу тебя держаться подальше. Но если вдруг что-то пойдет не так…

– Это все – одно большое «не так»… Ладно, приступай. – Девушка обреченно махнула рукой. – И помни, ты обещал, что мы обо всем расскажем в Гильдии! Надеюсь, это слово ты сдержишь.

Кивнув, Амин, сверяясь с книгой, начал готовиться к проведению ритуала, стараясь не обращать внимания на замечания Элениэль по поводу правильности начерченного круга, использования факелов вместо светильников и прочих деталей. Однако когда девушка поинтересовалась, уверен ли он, что использованные останки точно принадлежат предкам Галия, волшебник ненадолго призадумался. А затем принялся обходить каменные саркофаги, внимательно изучая таблички на них и доставая из некоторых кости.

– Насчет предков можешь не сомневаться, – выложив по кругу кости, Амин повернулся к эльфийке, на лице которой самым неописуемым образом смешались выражения отвращения и интереса. – Я позаимствовал бренные останки только бабушек и прабабушек молодого Фаллия. Так что тут все верно.

Элениэль возмущенно фыркнула и отвернулась, а волшебник, закончив приготовления, глубоко вздохнул и, в последний раз заглянув в «Сферы Разума», вошел в круг. И едва переступив выложенную из костей черту, Амин почувствовал, что какой-то незримый барьер отделил его от всего остального мира. Мороз пробежал по коже мага, и не ясно было – то ли могильный холод наконец начал пробиваться сквозь его одежду, то ли мир живых перестал согревать его своим теплом, уступив безрассудного волшебника миру мертвых.

Стараясь отогнать от себя все посторонние мысли и не впустить в свой разум панический страх, который начал подниматься откуда-то из самых глубин сознания, Амин замер посреди круга. Расслабившись, он направил свою волю на то, чтобы вырваться прочь, скинуть с себя оковы Аркана. И вновь замелькали перед внутренним взором мага серые тени. Но на этот раз душа его не взмывала вверх, а словно падала в какой-то темный, бездонный колодец. Кровь застыла в жилах у волшебника, но он не осмеливался прервать этот полет, а начал тихо произносить слова заклинания Родового Стража, прося душу погибшего Галия услышать зов его предков и прийти к их могилам.

С каждым произнесенным словом голова мага кружилась все сильнее и сильнее. Казалось, еще миг – и он потеряет сознание. Призрачные тени закружились вокруг волшебника в бешеном хороводе. Откуда-то издалека, из мира живых, донесся до Амина еле слышный голос: «Кровь, кровь! Пусти себе кровь!».

Волшебник узнал голос Элениэль – девушка заметила, что он сбился с порядка, предписанного ритуалом, и поспешила напомнить о том, что нужна кровь мага. Амин, как и собирался раньше, достал свой тесак, чтобы надрезать палец – но руки перестали ему повиноваться. Не в силах остановить самого себя, волшебник нанес глубокую рану на левом запястье – и оттуда ударил кровавый фонтан. Теплая алая влага заполнила все вокруг, юноше казалось, что он тонет в океане собственной крови. Ноги ослабли, и Амин, закрыв глаза, медленно начал оседать на пол. Волшебник с ужасом понял, что если он сейчас потеряет сознание, то его душа покинет бренное тело и навечно останется внутри этого магического круга из костей.