Всего одна смерть, чтобы обрести счастье. Книга вторая. - Марина Орлова

признался, что светлый хотя бы пытался защитить ребенка. Пусть по-своему, но пытался. Именно это и спасло Криса от неминуемой гибели, потому что иначе я бы его просто прибила!

Перевела взгляд на Дерека, улыбнулась и сказала:

— Прости, я не хотела злиться. Просто испугалась за тебя.

— Тайлан говорил, что у себя в графстве ты запрещаешь телесные наказания, — серьезно кивнул мальчик. — Только я не могу понять, как тогда ты со всеми

управляешься?

— Быть может, ты хочешь увидеть все своими глазами? — коварно протянула, хитро улыбнувшись Тайлану, и он, понятливо кивнув, вступил в игру.

— Соглашайся, Дерек! У нас много-много разных книг со сказками. Я научу тебя делать игрушки. А ездить на лошадях ты умеешь?

— На лошадях? — заинтересовался с виду неприступный мальчик. Но дети... Они в любом мире остаются детьми. И, конечно же, лошади для большинства детей — это голубая мечта.

Лично я в детстве мечтала увидеть лошадь. Один раз мне даже это удалось, и я была вне себя от восторга, пока вредная кобыла меня не укусила... С-с-котина, чтоб тебе только червивые яблоки и черствый хлеб попадались!

— Можно? — спросил Дерек у Кристофера, а у меня словно камень с души упал. Тайлан — просто умничка! Не знаю, как бы мы выкручивались без его помощи и смогли бы убедить мальчика пожить у меня? Причем добровольно!

Кристофер по-доброму улыбнулся и кивнул Дереку. Мальчик обнял светлого, но быстро напрягся и заговорщицки попросил:

— Только в графстве Изы много рабов. Не говори об этом маме с папой, а то они расстроятся.

— Конечно же не скажу, парень! Ты же меня знаешь, — улыбнулся Кристофер. — Это будет нашей тайной. Ты не против погостить у Изы неделю? Быть может, даже чуть больше, пока я не освобожусь?

— А ты будешь меня навещать?

— Не могу обещать, парень, — с печалью признался Крис. — Но я буду тебе писать. Каждый день. Согласен?

— А если мне не понравится, ты меня заберешь?

— Мы обязательно что-нибудь придумаем. Но, думаю, что тебе там определенно должно понравиться.

Через десять минут мы обсудили все детали с Бальтазаром, пока мальчишки что-то увлеченно рисовали в углу. Пришло время прощаться, и потрепанный светлый отправился в угол за мальчиками, которые уже оживленно о чем-то спорили.

Именно в этот момент в кабинет постучали и, не дожидаясь разрешения, в помещение вошла эльфийка в мантии преподавателя. Да, та самая, котора заявилась и в покои ректора.

Да что ж мне так везет-то???

Я страдальчески застонала, понимая, что еще одну разборку с бабами Криса не

переживу. Но девушка лишь мельком окинула меня взглядом и с решительным

выражением прошла на середину комнаты.

— Господин ректор, прошу простить меня за поздний визит, просто я заметила в окнах вашего кабинета свет и не могла упустить возможности поговорить, - торопливо произнесла она, решительно сжимая кулаки и нервно переминаясь с ноги на ногу.

— Леттиция? Чем могу помочь? — с нотками беспокойства в голосе поинтересовался Крис, что меня немного удивило. Не так я представляла реакцию на позднее заявление любовницы. Пусть и бывшей. Ректор же не нервничал, не испугался, а действительно забеспокоился.

— Я пыталась поговорить с вами днем, но не могла найти даже в ваших покоях. — Девушка украдкой посмотрела на меня. Ректор заметил этот взгляд и досадливо поморщился:

— Летти, зачем вы приходили ко мне?

— Я хотела напомнить о вашем обещании помочь в поисках моего друга. Помните, я вам рассказывала про него? Четыре года назад он просто пропал! Я обращалась к вам. Помните?

— Что-то помню... — растерянно протянул Крис и скосил взгляд на Бальтазара‚ что стоял за спиной магини. Я тоже перевела заинтересованный взгляд в угол, заметила, что мужчина замер в той позе, которую принял, когда ворвалась девушка, и с тех пор не сводит с нее взгляда.

Да не-е-ет! Да быть не может таких совпадений!!! Я же не в любовном сериале, в конце концов...

— Летти? — подал голос Бальтазар, а я чуть челюсть об пол не ушибла: настолько неприлично низко она у меня упала.

Девушка стремительно обернулась и, встретившись взглядом с потрепанным, местами перебинтованным мужчиной, пораженно замерла.

— Зар?.. — еле слышно выдохнула она.

А я по законам жанра стала лихорадочно искать платочек от умиления моментом. Сейчас она побежит к нему в объятия, ее волосы будут развиваться, а он подхватит любимую на руки и, счастливо смеясь, закружит хрупкое тело, чтобы после страстно поцеловать...

А, нет, облом...

— Ты что, меня искала? — то ли возмутился, то ли удивился Бальтазар с недоумением во взгляде. Стоило ему это произнести, как бровки девушки нахмурились:

— А ты чего ожидал, болван? Ни привета, ни ответа, просто испарился с горизонта, словно тебя и не было! — оскорбленно сложила она руки на груди, но я заметила проскользнувшее сожаление и обиду в ее глазах.

— Тебе-то какая разница? — взорвался мужчина с негодованием на лице. — Ты меня ненавидела и всячески издевалась на протяжении всей учебы! — рявкнул он. — Я думал, хотя бы после нее ты оставишь меня в покое!

— Да не больно-то и хотелось! — гордо задрала девушка подбородок, а после опустила взгляд на притихших мальчишек и зацепилась взглядом за Тайлана, растерянно кивнув небрежно махнувшему рукой Дереку, что говорило об их знакомстве. — Это... Это он, да?

— Да, — недовольно отозвался Бальтазар. — Это мой сын Тайлан.

— Ты нашел его... — глухо отозвалась она и несмело улыбнулась мальчику.

— И? Будешь еще и ребенком меня попрекать? — взбесился светлый. — Тебе ведь только повод дай, аристократка несчастная!

Мы же все молчали, с недоумением и даже опаской посматривая на странную

парочку, от которой‚ кажется, даже искры летели. Жаль, попкорна нет... Но одно я поняла: кажется, придется извиниться перед Крисом. Не все бабы, которых я на него повесила, оказались его. М-да, ситуация...

— Ну, знаешь ли! — взвизгнула девушка, бросила последний взгляд на Тайлана и стремительно вышла из кабинета, ни с кем не попрощавшись. После ее ухода Бальтазар словно сдулся и с затаенной тоской посмотрел вслед девушке.

— Пап, — позвал Тайлан, вставая на ноги. — Не обижайся, но ты, как говорит Иза, балбес. Она любит тебя.

— Что? — растерялся Бальтазар. — Сын, ты не понимаешь, о чем говоришь.