Девианты - Таня Танк

— А за чем же еще? — развязно бросила Зина, смутно почуяв подвох.

— Ты знаешь, я очень ценю твою креативность и прекрасный художественный вкус… Нет-нет, не скромничай, это действительно так. Иначе бы ты не сделала столь профессиональные фотоэтюды. Но… условно говоря, я больше не готов это оплачивать.

— Шутки в сторону! — Зина треснула ладонью по столу.

— Да в том-то и дело, что это не шутки, — захихикал Карман. — Условно говоря, твои открытки морально устарели.

— Почему это вдруг? Ты свалял дурака и признался во всем жене? — слегка растерялась Рыкова.

— Да, повинился во всем перед супругой, схлопотал по физии, подал на развод и скоро женюсь на Екатерине Сергеевне.

— Врешь поди, — саркастично заметила Зина. — Неужели женишься?

— Зуб даю, — в тон ей ответил Карман и вздохнул: — Если б ты знала, в какой переплет я попал…

На самом деле, Карман сообщил Зине полуправду. Огорошенный предъявленной беременностью Каки, он долго думал, как с минимальными потерями выйти из этой ситуации. При другом раскладе он бы и развелся с Милкой, но вот засада! Жена тоже ждала ребенка. К потомству Карман относился трепетно, и не мог себе позволить хлопанья дверьми в преддверии столь значительного события, как рождение наследника.

«Если б я был султан, я б имел трех жен, и тройной красотой был бы окружен», — донеслось из автомагнитолы. Карман резко затормозил, озаренный гениальной идеей. Уняв сердцебиение, он покатил к красивому зданию с месяцем на голубом куполе и четырьмя минаретами.

К нему вышла миловидная женщина в розовом платке, который нежно оттенял цвет ее лица. Карман вообразил себя героем восточной сказки.

— Присядьте. Абдулбари-хазрат подъедет через 15 минут, — сказала женщина, выслушав его просьбу. — А пока я принесу вам чай и чак-чак.

Вскоре в комнату вошел статный мужчина средних лет и приветливо улыбнулся Карману.

— Алия-ханум сказала, что вы хотели бы принять ислам? Поздравляю, это очень мудрое решение.

— Да, я хотел бы перейти в вашу религию и немедленно узаконить отношения с несчастной женщиной, которая доверилась мне, и которую я имел неосторожность обрюхатить, — сам не зная, почему, Карман вдруг перешел на сентиментальный стиль.

— Позаботьтесь о двух свидетелях, и наш мулла прочитает над вами Никах.

— Но это, условно говоря, будет неофициальный брак…

— Нет, это законный брак, и это в любое время подтвердят свидетели. Будете вы регистрировать отношения в ЗАГСе или нет — это нас уже не касается.

— Абдулбари-хазрат, а правда, что в вашей религии не осуждается многоженство? — Карман явно прикидывал что-то на будущее.

— Да, в Коране сказано: «Женитесь на тех, что вам приятны: на двух, на трех, на четырех. Но если в отношениях не сможете быть справедливыми, женитесь на одной». Это значит, что если вы купите одной жене норковую шубу, то надо будет и другой купить, и третьей, чтобы никто не обижался. То же самое — и с любовью. Нужно, чтобы все жены были довольны.

— Без вопросов! Будут довольны! — выпалил Карман, но, поймав на себе пристальный взгляд духовного отца, спохватился: — Ой, извините, я так волнуюсь …

— Коран разрешает брать несколько жен, но и налагает огромную ответственность. Я хочу, чтобы вы это поняли, — назидательно поднял палец кверху Абдулбари-хазрат. — Если не секрет, насколько вы обеспечены?

— Не беден, — надув щеки, ответил Карман.

— Это хорошо. В Коране сказано: соревнуйтесь в благих делах. Поэтому мы не осудим вас, если ваш коттедж будет на два этажа выше, чем у соседа, а машина — на два миллиона дороже. Это у нас считается благом — халял.

— Я все больше и больше проникаюсь вашими идеями! Ваша религия полностью соответствует моим духовным исканиям! — с горячностью воскликнул Карман.

— Но опять же, — охладил его пыл Абдулбари-хазрат, — есть у нас такое понятие — закят. Если в течение года вы заработали сумму, равную по стоимости 80 граммам золота, то с этого вы должны 2,5 процента пожертвовать в пользу бедных. Так что, приобрели машину — 2,5 процента будьте любезны отдать. Это налог, который контролирует Аллах.

— Два с половиной процента? Всего-то? — переспросил Карман и полез за сотовым. — Условно говоря, мне надо просчитать экономическую целесообразность проекта… Ого, да это приличная сумма, оказывается! Это что, если купил тачку за миллион, должен целых 25 тысяч вам отстегнуть?

— Это будет по совести, — между бровями Абдулбари-хазрата залегла морщина.

— А как вы будете контролировать мои доходы? — продолжал любознательный Карман. — Я буду должен подавать вам декларацию, как в налоговую?

— Мы ничего не будем контролировать. Но если вы хотите жить в ладу с Аллахом…

— Хочу, хочу!!! — возликовал Карман.

— Тогда Аллах вам в помощь, — и Абдулбари-хазрат сдержанно улыбнулся.

— Ай молодца наш Кэп Грей! — воскликнул Ростунов, зайдя на форум после обеда. — Даром времени не теряет. Пока мы освежались пивасом, вывалил всю правду о бесчинствах Яблонской. Пусть все знают, какой у нас в «Девиантных» беспредел творится!

«Мания величия у Яблонской прогрессирует галопирующими темпами, — писал Cap Grey. — Сегодня по очереди вызывала журналистов на ковер и резала премиальные — от тридцати до ста процентов. С какой стати, спросите вы? Вчера по компам сотрудников „Девиантных“ шарил опытный хакер, так что многие ники оказались рассекречены. Все жертвы репрессий — участники нашего форума. То есть, Яблонская хочет наложить лапу уже и на свободу выражения мысли. И вот первые ласточки: об уходе заявил один из лучших журналистов „Девиантных“ Антон Кузьмин. Но тогда газете точно капут!»

«Ну уж и капут, — тут как тут объявился Peace да Ball. — Еще ни одна газета не закрылась из-за того, что оттуда кто-то ушел. Хоть самый креативный редактор, хоть самый талантливый журналист. Увы, заменимые есть… А, кстати, куда намылился Кузьмин? Кажется, в „Эмских“ есть вакансия редактора отдела новостей, и деньги Карачарова предлагает неплохие, только вот человека подходящего пока нет. Антон, если читаешь форум, звякни Ольге Вячеславовне! Если дельце выгорит, поставишь мне потом пивас».

«Спасибо за наводку, — отвечал Kuzma. — Непременно позвоню Ольге Вячеславовне, чтобы лично сообщить ей, как она эффектна в новом красном платье. Позавчера вечером видел ее в „Погребке“ с каким-то старпером, чьи черты мне смутно напомнили… Впрочем, я не волен выдавать сердечные тайны Ольги Вячеславовны».

«Сердечные тайны? — реакция Peace да Ball последовала незамедлительно. — У Карачаровой нет никаких тайн. Мужчина, с которым она встречалась в „Погребке“ — всем известный Николай Юрьевич Пащенко. А если кто-то сомневается в истинных мотивах этой встречи, так разъясняю: „Эмские“ и „Помело“ выиграли госзаказ на освещение деятельности областной администрации. Что ж удивительного в том, что главные редакторы встретились, чтобы обсудить концепцию исполнения заказа?»

— Ну, Карачарова в своем репертуаре, — ухмыльнулся Вопилов. — Неужели она и с Папиком треплется?

— Что значит «и»? — переспросила Колчина.

— Ну, с Костиком-то у нее однозначно нечто вроде романа, — продолжил информировать Влад.

— Да ладно, Влад, не придумывай, — Корикова враз оторвалась от компьютера.

— Ах, если бы, — жеманно вздохнул Вопилов. — Чистую правду говорю.

— А-а, ну тогда понятно, кого Костян назвал этим словом, — громогласно объявил Филатов. — Блин, забыл. Типа засранки, но не засранка. Как же это?

— Засранка? Ну, мне об Олечке он такого не говорил, — со знанием дела отвечал Вопилов. — Наоборот, говорил, это такой мировой бабец… Без всяких там заморочек и «тараканов».

— Растаманка? Наркоманка? — Филатов аж вспотел от невероятно мощного мыслительного процесса. — Нет, не то… Ну, помогите, что ли!

— Обезьянка, — хихикнула Колчина.

— Меломанка? — предположила Корикова.

— Нет, не то, — Филатов тер лоб. — Ну, как это называется, когда баба… ну, типа слаба на передок?

— А-а, это, — просветлел лицом Вопилов. — Так это — нимфоманка. И что — Костик так говорил про тетю Олю? Скажите пожалуйста! Ни за что бы о ней такого не подумал.

— Да хватит уже о Карачаровой! — неожиданно громко сказала Корикова. — От нас Кузьмин сваливает, а вы о какой-то ерунде треплетесь.

— Лично я в это не верю, — высокомерно заявил Ростунов. — Вчера с Антошей пили пивас, так он говорил, что за «Девиантные» порвет любого. Не поддавайтесь, это провокация.

— Давайте его самого об этом спросим, как он появится, — оторвалась от работы Серова. — Кстати, где он?

— А мы как в «Стельке» пиваса тяпнули, так он в РУВД и почесал, — сообщил Вопилов.

— Так вы опять в город на обед ходили? — поинтересовалась Серова.