Фантастика 2025-185 - Дмитрий Львович Казаков

Хорста пока никто не трогал, но он прекрасно понимал, что вскоре его заставят вернуться к «любимому» навозу. Оглядевшись и убедившись, что их никто не слушает, он негромко сказал:

— Слушай, за все время, что я тут, мне ни разу не довелось побывать на Стене. А ведь…

— И нечего тебе там делать!.. — перебил его Авти. — Если оруженосцев зовут на Стену, значит, дело настолько скверно, что деваться некуда.

— Ну, а как же я туда попаду? Не рыть же мне подкоп, чтобы добраться до Хаоса?

— Тише ты, — шут помрачнел. — Я помню, что мы тут не просто так. Придумаю чего-нибудь. А сам не дергайся.

— Брат Хорст, — басистый, мягкий голос заставил Хорста вздрогнуть, — во имя Владыки-Порядка, не желаете ли вернуться к работе?

— Конечно, — ответил он, поворачиваясь к десятнику. — Уже иду.

За спиной негромко, но очень выразительно хмыкнул Авти.

Ночное небо было истыкано сотнями звезд, будто кто-то не пожалел сотни драгоценных камней и размолотил их, а осколки раскидал по дну громадной чаши из черного бархата. Самые яркие складывались в созвездия, некоторые мерцали, словно там, в вышине, дул сильный ветер.

На все, расположенное ниже неба — на заснеженное поле, чернеющий вдалеке лес, — глядеть было не интересно.

— Чего ты вверх пялишься? Чего там не видел? — пробурчал брат Ситольф, в толстом тулупе похожий на медведя.

— Красиво, — ответил Хорст.

— Ну-ну, — голос брата Ситольфа звучал уныло. Если Стену охраняли редары и послушники, то сам поселок сторожили оруженосцы. Вряд ли кто-нибудь мог угрожать воинам Порядка, кроме врага, которого ожидали с востока. Но по уставу положено запирать ворота и выставлять на стенах стражу.

Командор ре Вальф всегда и во всем подчинялся требованиям устава, неукоснительно соблюдая их вплоть до мелочей.

Им двоим предстояло топтаться на крошечной площадке над западными воротами до самого рассвета. Хотя не прошло и трети ночи, Хорст чувствовал, что мороз потихоньку забирается под одежду. Одновременно где-то в глубине тела зарождалась теплая волна сонливости.

Пока две эти силы успешно уравновешивали друг друга, но рано или поздно одна из них победит, и тогда он либо замерзнет, либо заснет. Первое лучше, поскольку во сне легче застыть насмерть.

— Вот, помню, — сказал брат Ситольф, — как-то сумели мы протащить на пост бутылку самогона… Хррр… xppp…

Хорст не сразу сообразил, что его напарник храпит. Удивленно глянул в его сторону, заметил бессильно обвисшие руки и закрытые глаза, и тут же на доски, ограждающие сторожевую площадку, легла крылатая тень.

Крупная хищная птица раскрыла клюв, хрипло крикнула, и тут же словно растеклась в темную кляксу. Через мгновение напротив Хорста возник невысокий полный человек. Он тяжело дышал, а выбившаяся из-под шапки прядь волос была мокрой от пота.

— Что, не ждал? — спросил Родрик, когда грудь его перестала ходить ходуном. — Я же обещал, что доберусь!

— Нет, — честно ответил Хорст. — Это ты его?

— Конечно. — Маг обтер рукавицей лицо, шумно высморкался. — Не хватало еще свидетелей нашей беседы! Ну что, вы придумали, как перебраться через Стену?

— Нет… — Хорст смутился. — А ты не мог бы подсобить?

— Вряд ли, — Родрик бросил взгляд на Стену, и лицо его сморщилось. — Эти Священные Кубы… рядом с ними любая магия теряет силу. Так что давайте сами.

— Ладно. Авти обещал что-нибудь придумать. А откуда ты узнал, что я сегодня в карауле?

— Я каждый день летаю над поселком. — Маг тяжело вздохнул. — Скоро разучусь ходить. Так что лучше поспешите.

Его фигура смазалась, обратилась в черное бесформенное пятно, которое сжалось в птицу. Ястреб заклекотал, гневно покосился на Хорста, после чего спрыгнул с перил и бесшумно пропал во тьме.

Хорст осенил себя знаком Куба. Так, на всякий случай.

— Хррр… хррр… — брат Ситольф зачмокал, — я это… что… заснул?

— Ага, но ненадолго, — утешил напарника Хорст.

— Да. — Старший оруженосец завозился внутри тулупа. — А снилась мне большая хищная птица. Она кружилась вокруг нас… Странно, правда? Ведь орлы и коршуны не летают по ночам!

— Это точно, — согласился Хорст.

Спать больше не хотелось, да и холод перестал донимать. Ночь выдалась тихой, безмятежной, из ближайшей конюшни доносилось фырканье лошади, которая никак не могла успокоиться. Слышно было, как в лесу, до которого сотня размахов по прямой, с веток сыплется снег.

Уловив со стороны храма протяжное, заунывное пение, Хорст поначалу решил, что у него просто звенит в ушах или ветер потихоньку начинает задувать. Прислушался и различил даже звон церемониальных колокольчиков.

— Чего это там?

— А?.. Что?.. — Брат Ситольф опять задремал, на этот раз безо всякой магии, так что пришлось чувствительно пихнуть его локтем в бок. — А, это?.. Ну, Посвящение там у них…

— Какое?

— Делают из послушников редаров, — не очень уверенно ответил Ситольф. — Ритуал такой.

— А почему ночью? — удивился Хорст.

— Кто же его знает. — Брат Ситольф тяжко закряхтел. — И чего ты ко мне привязался? Нам с тобой это все равно не грозит!

Бывший сапожник испытывал странное чувство. Ему вдруг показалось, что старший оруженосец знает некую тайну, но не желает делиться ею с напарником.

— Ну и ладно. — Хорст отвернулся и вновь уставился в небо.

Пение продолжалось без перерыва всю ночь, а ближе к утру двери храма с негромким скрипом распахнулись. Снег заскрипел под ногами множества людей. Некоторые из тех, кто был облачен в белые одеяния, шли сами, других поддерживали под руки, а нескольких вынесли и положили на снег.

— Помилуй нас Владыка-Порядок! — прошептал Хорст, осеняя себя знаком Куба. — Что это?

Один из редаров направился прямо к воротам, а когда приблизился, то стало ясно, что ночное бдение возглавлял сам командор.

— Открывайте, — приказал ре Вальф, — и во имя Владыки-Порядка, братья, молчите о том, что сейчас увидите.

Брат Ситольф затрясся, лицо его побледнело, как у покойника, он судорожно кивнул в сторону лестницы. Хорст быстро, как позволял тяжелый тулуп, полез вниз, подрагивающими пальцами поддел щеколду и вытащил засов. Толкнул створку, та с негромким шорохом поехала в сторону.

Командор сделал знак редарам, остававшимся у храма. Те подняли лежащих, взяв их за руки и за ноги, и потащили к воротам. Головы послушников бессильно болтались, и у Хорста впервые зародилось подозрение, что они не просто без сознания.

Взглянув в белое, без кровинки лицо первого, его остекленевшие выпученные глаза, Хорст невольно отпрянул. Что же такое увидел там молодой и сильный мужчина, который, судя по всему, умер от страха? Тела вытащили за ворота.

— Жди, — приказал ре Вальф и последовал за остальными.

Хорст топтался рядом с открытой створкой, время от времени выглядывая наружу. Процессия редаров двигалась по утоптанной дороге, пока не