Закон волка - Андрей Дышев

Тогда Анна еще не догадывалась и не могла догадываться, что сестра Германа не почивает в гробу, а продолжает жить и здравствовать, только под другой фамилией. Но интуиция подсказывала, что удача улыбнулась ей и она ухватила за хвост крупного зверя, косвенно или напрямую виновного в том, что меня несправедливо оклеветали и загребли в милицию.

Подобные моменты уже не раз бывали в жизни Анны, когда она включала форсаж, не позаботившись о собственной безопасности и не подготовив на всякий случай пути отхода. История называет это явление головокружением от успехов. У Анны голова не просто закружилась. Во имя моего спасения ее понесло на такие подвиги, какие я совершил бы лишь по отношению к родным или очень любимым мной людям.

46

Неделя в той ситуации — срок для Анны немыслимый. Ее хватило только на два дня ожидания. Одевшись так, как, по ее мнению, должна выглядеть корреспондент газеты, и прихватив с собой плейер вместо диктофона. Анна направилась в офис Милосердова на Садово-Кудринской.

Маленькая, кругленькая, как колобок, секретарша, словно нарочно подобранная под параметры Милосердова, с трудом оторвала замаскированные тушью глаза от экрана монитора и односложно ответила: «Германа Леонидовича нет». — «А когда он будет?» — поинтересовалась Анна. Секретарша не могла снизойти до того, чтобы ответить сразу. Она поджала свои пухлые губки, засопела носиком и с раздражением пропела: «Ну, девушка, сколько вам можно повторять, что его нет и сегодня не будет! Не отвлекайте меня своими вопросами… Господи, работать спокойно не дадут!» — «Он мне сам назначил встречу», — сдерживая себя, ответила Анна и положила на стол перед секретаршей визитку Милосердова. Не опуская головы, колобок скосила глазки, мельком взглянув на визитку. «Так вы не вкладчица?» — едва потеплевшим голосом уточнила секретарша. «Я корреспондент газеты». — «Нет, я не могу, — голосом профессиональной скандалистки проворчала секретарша, открыла ящик стола и достала оттуда сигареты и пепельницу. — Назначает встречу, сам же о ней забывает, меня не предупредил, с ума сойти можно… У него сегодня свадьба, девушка. Я не понимаю, как он мог назначить вам встречу? Вы знаете, где Суворовский бульвар? Вы вообще москвичка?.. Тогда найдете. Центральный Дом журналиста, это на пересечении бывшего Калининского и Суворовского бульвара. Там его ищите, может быть, он с вами поговорит».

Свадьба Милосердова? Два дня спустя после похорон сестры? Это было что-то из ряда вон выходящее. «Хотя… у богатых свои причуды», — думала Анна, отправляясь в Дом журналиста и скупая по дороге с прилавков всевозможные газеты.

В вестибюль Дома журналиста она прошла свободно, объяснив вахтенным, что интересуется книгами, которые продавали здесь же, но в ресторан ее не пропустили вежливые качки. Она села на диван, откуда был хорошо виден вход в ресторан, раскрыла газету и, просматривая статьи, наблюдала за людьми.

Так прошел час. За это время из банкетного зала лишь один раз вышла группа хорошо одетых мужчин и женщин. Они постояли тесным кругом в центре вестибюля, огражденные от внешнего мира живой оградой из охранников, покурили, посмеялись. Анна сразу узнала среди них Милосердова. В одной руке он держал бокал, а другой обнимал за плечи довольно симпатичную молодую женщину в ярко-красном костюме. Она мало походила на невесту, но тем не менее окружающие ее люди протягивали к ее бокалу свои и поздравляли с законным браком.

Когда группа снова скрылась за дверями банкетного зала, Анна вернулась к чтению газет и неожиданно узнала новость, которая ее ошеломила. В небольшой заметке под рубрикой «Политика» говорилось о том, что «дело о скандальном убийстве в Крыму сестры известного борца за права обманутых вкладчиков и кандидата в депутаты Госдумы Германа Милосердова закрыто в связи с отсутствием состава преступления. Все подозреваемые отпущены из-под стражи. Следствие пришло к выводу, что Эльвира Милосердова погибла в результате несчастного случая».

В первое мгновение Анна почувствовала, как гора свалилась с ее плеч. Какое счастье — я на свободе! Следом за этим — чувство досады. Зря, выходит, она торопилась уехать в Москву, зря выслеживала Милосердова и тратила на него время и нервы. Анна даже тихо рассмеялась над собой, быстро встала и вышла на улицу. Первое желание — немедленно вернуться ко мне в Судак — сменилось грустной усталостью и пустотой в душе. Хотела помочь мне — и то не получилось. «Зачем я ему там нужна? — думала Анна, идя по дорожке бульвара. — Он никак не отреагировал, даже когда я соврала ему, что выхожу за Лешу замуж».

Для Анны не было ничего мучительнее, чем отсутствие цели. Еще полчаса назад она была полна энергии, перед ней стояла трудная, но замечательная цель. И вдруг все в одночасье рухнуло.

Анна села на скамейку. Это было смешно, абсурдно, но она чуточку жалела, что дело Милосердовой прикрыли, а меня выпустили из-под стражи. Необузданное желание совершить иодвиг во имя любви ко мне заставило Анну думать и поступать, казалось бы, вопреки логике. «А этот колобок-губошлеп — подозрительная личность, — думала Анна, придираясь к образу малознакомого человека, как жандарм. — Надо же, в депутаты Госдумы метит! Председатель общественного комитета защиты прав акционеров. А сестра — генеральный директор акционерного общества. Одна обирает население, другой защищает их права. Мафия »

Нет, тут что-то не то, продолжала она размышлять, но все еще никак не могла ухватиться за какое-нибудь явное несоответствие, за серьезную логическую ошибку. Что-то не то. С сестрой произошел несчастный случай, а этот говнюк даже не отменил свою свадьбу. И в аэропорту он был весел. Такое ощущение, что он не сестру хоронил, а невесть кого.

Анна тогда еще не знала, что была совсем близка к истине, которую я откопал несколькими днями раньше.

На следующий день она заехала к своей подруге Кристине, работающей в Бирюлевском районном загсе. «Послушай, Кристинка, — сказала Анна после того, как подруги обменялись последними новостями, — есть ли у тебя доступ к информации о браках в Москве?» — «Ты собираешься замуж?» — спросила Кристина. «Нет, замуж я пока не собираюсь. Меня интересует личность молодой жены одного моего старого знакомого». — «Ну, милочка, я от тебя тащусь! Странные у тебя интересы, — ответила Кристина, с прищуром глядя на Анну и глубоко затягиваясь сигаретой. — А что именно тебя интересует?» — «Все!» — уклончиво ответила Анна.

Кристина недолго думала. «Услуга за, услугу, — сказала она. — Я поищу информацию, которая тебя интересует, а ты позвонишь моему козлу и скажешь, что с субботы на воскресенье я ночую у тебя». — «А нельзя выполнить какую-нибудь услугу, но только без вранья?» — задала наивный вопрос Анна.

Кристина усмехнулась, плавным движением поднесла к ярко накрашенным губам сигарету, словно хотела поцеловать фильтр. «Без вранья? — переспросила она, дутой выгибая тонкие брови. — Тогда может быть, ты расскажешь сказку о своем старом знакомом кому-нибудь другому?»

Анне очень хотелось послать подругу куда-нибудь далеко. Она хорошо знала мужа Кристины, и ей было неприятно звонить ему и говорить неправду. Но выхода не было.

«Хорошо, — согласилась Анна. — Я позвоню Володе и скажу ему, что ты ночуешь у меня». — «Вот и лапочка!» — улыбнулась Кристина, вынула из стола связку ключей и кивнула Анне.

Они подошли к двери соседнего кабинета, Кристина открыла ее ключом, приложила палец к губам, показывая, что надо соблюдать тишину, и зашла внутрь. Это была небольшая комната с компьютерами. «Ух, и влетит мне за это!» — сказала Кристина, подчеркивая высокую стоимость ее услуги, села перед монитором, включила тумблер и, дождавшись, когда компьютер загрузится, вошла в сеть.

«Как фамилия твоего старого знакомого?» — с нескрываемой насмешкой спросила Кристина, не отрывая глаз от экрана. Анна ответила. Кристина набрала фамилию в строке запроса и нажала на ввод. «А в каком районе регистрировался брак?» — «Не знаю», — пожала плечами Анна. «Это сложнее, — вздохнула подруга, давая понять, что стоимость услуги стремительно растет. — Придется входить в центральный банк данных… Ох, намылят мне шею за это!»

Анна видела, что Кристина нарочно входит в банк данных каким-то окольным путем, по нескольку раз проводя и отменяя одну и ту же операцию, но не показывала своего раздражения, терпеливо дожидаясь, когда компьютер выдаст информацию о регистрации брака Милосердова. Наконец экран вспыхнул салатовым цветом, и по нему побежали строки. «Милосердов Герман Леонидович, — вполголоса стала читать Кристина. — Тысяча девятьсот пятьдесят восьмого года рождения, город Москва, прописан но адресу: Усачева, дом двадцать один дробь семь, квартира семь. Русский… М-гм, надо же!.. Брак зарегистрирован Москворецким отделом загса двадцать седьмого августа сего года, о чем в книге регистрации актов… Так, это неинтересно… Вот! Брак зарегистрирован с гражданкой Васильевой Татьяной Игоревной, тысяча девятьсот семидесятого года рождения, место рождения — город Кемерово, прописана… Ну, это тоже неинтересно… » — «Вот это как раз очень интересно. — перебила ее Анна и сама дочитала до конца: — Прописана: город Кемерово, улица Чекистов, дом два, квартира шесть, комната тринадцать квадратных метров… — Должно быть, это комната в коммуналке, решила Анна. — После заключения брака присвоены фамилии: мужу — Милосердов, жене — Милосердова».