Спецгруппа «Нечисть». Экспансия - Александр Ищук

– ТИХО, МЛЯ!!! – чуть тише скомандовал Один.

Мгновенно установилась тишина, которую нарушили двое. Первым был Шуровкин, которого Микола и Малыш наконец отпустили. Карп рухнул на пол, с громким шлепком долбанувшись лысой башкой о маты. Вторым нарушителем тишины был Петрович. Сладко рыгнув, он обратился к Кисе:

– Душевно посидели! – потом перевёл взгляд на взбешённого начальника школы и подытожил: – Один, если в следующий раз будет такая же веселуха, я билеты продавать буду!

Зимин внимательно поглядел на Одина и, прищурившись, продолжил:

– Заметьте, молодой человек, не я это предложил! Пиво будешь?!

Потом был разбор полётов. Больше всех досталось Карпу и Петровичу. И если Карп согласился со всеми обвинениями, то Петрович возражал до последнего. Когда он предложил привлечь к «судебному разбирательству» в качестве третейского судьи Барона, Один моментально заткнулся, пробормотав что-то про ворона, который другому глаз не выклюет. Довольный собой и жизнью, Зимин сгреб пиво и Кису и убыл в неизвестном направлении. А Один переключился на курсантов… Если опустить весь мат и угрозы, то результат был ожидаем: очередь в «Радиаторную» была расписана на неделю вперед, на круглые сутки, поминутно.

На следующий день к нам в казарму пришел Карп. Он долго смотрел на Миколу, как бы решая для себя: отметелить его или нет? Но, когда рядом с нашим хохлом встал Марся, задумчиво почесывая кулак, а остальная шайка-лейка, как бы невзначай, взяла в руки твердые тяжелые предметы, Карп позабыл про обиды, уселся за стол и, усмехнувшись, попросил кофе.

– Ну что, мокрушники, – начал разговор Карп, прихлебывая горячий кофе мелкими глоточками, – испоганили весь праздник?

– Не испоганили, – поправил его я, – а с подачи Зимина направили в другое русло.

– Тоже мне, мелиораторы, – усмехнулся Шуровкин. – Ладно, хрен с ними, с соревнованиями. Зла на вас я не держу, поэтому пришел с подарками.

Мы удивленно уставились на препода.

– Думается мне, что во вчерашнем финале «кречетов» вы бы уделали. Плюсом победа Марселя и твоя, – он ткнул в мою сторону пальцем, – на экзамене также осталась без награды. Посему получите!

Карп выложил на стол тяжелую картонную коробку. Не снимая крышки, потребовал:

– Рубль гоните!

Не совсем понимая, что происходит, я вытащил из кармана пятирублевую монету и положил перед Шуровкиным.

– Может, на пятаке сойдемся?

– Шура, – усмехнулся он, – с вами сложно торговаться! Ладно, сойдет и пятак.

Он открыл коробку. В ней лежали Его Ножи. Именно с большой буквы.

– Разбирайте, ребятушки. Ножей на один больше, чем вас по списку. Когда группа станет полной, вручите новенькому. Но только обучите перед этим.

Я взял два ножа, остальные по одному. Второй нож через восемь месяцев после прибытия на фронт я вручил Борьке. Перед этим, как и завещал Карп, мы его научили им пользоваться, поиздевавшись полтора месяца.

А Карп продолжал говорить, напутствуя нас. В его словах перемешались и чисто практические наставления, и православные благословления. В итоге минут через десять он выдохся. А я, не выпуская ножей из рук, сам не знаю почему, спросил:

– Андрей Николаевич, а на мечах вы биться не учите?

Он вздрогнул и как-то странно на меня посмотрел.

– Нет, Саша. Мечом не учу. Только ножами…

Спустя два года я первый раз в жизни пожалел, что не владею мечом, когда святой Князь Александр Ярославович Невский повелел:

– Ты меч-то возьми, крестник. А там поглядим.

Я взял в руку клинок. Цепочка, свисавшая с рукояти, мгновенно обернула мои кисть и запястье и, судя по всему, вросла в руку. Меч, не так давно бывший моим нательным крестом, был длинным, но почти невесомым.

– Так, крестничек, – Князь встал рядом со мной. – Твоя задача: прорубиться сквозь ряды бесов. Добраться до Чёрной Псины. Обездвижить её и поддерживать такое состояние, пока отец Сергий не закончит обряд.

– Что значит «обездвижить»?

– Отрубить ноги и прижать клинок к глотке.

– А бесы или кто они там? Они мне задницу не откусят?!

– А для этого тебе понадобятся помощники. Вон их сколько, – он показал на наши группы.

– Так они, как и я, мечом не владеют.

– Разберемся. Нам нужно одиннадцать воинов. Я обернулся, чтобы позвать своих парней, но Князь уточнил:

– Одержимых не зови. Зови нормальных людей. Национальность и вероисповедание значения не имеют.

Имея слабое представление о боевых навыках «закатовцев» и «северян» в области боя на мечах, для начала решил позвать Коваля и Загребина.

– Кого будешь звать? – поинтересовался Князь.

– Загребина и Коваля. Это…

Пояснить не получилось. До того неподвижно сидевшие где-то в лесу, Димка и Лёха вдруг возникли рядом с нами.

– Господи боже мой! – забормотал Димка и начал креститься.

– Саня, кто это?! – прошептал Коваль.

– Прошу любит и жаловать: святой Князь Александр Ярославович Невский! – представил я Лёшке и Димке Князя.

– Здравы будьте, воины славные! – поприветствовал их Князь.

Те вытянулись по стойке смирно и рявкнули в ответ:

– Здравия желаем, товарищ… – Тут парни споткнулись, но я, уже отошедший от первого шока, подсказал:

– …Князь…

– …товарищ Князь, – бодро закончили те. Возникла пауза, а потом все расхохотались.

– Орлы! – всё ещё смеясь, похвалил обоих Князь. – Так вот, сынки, мне нужно девять ваших бойцов, желательно хорошо владеющих ножом. О владении мечом мечтать не приходится.

– Товарищ Князь, – подал голос Загребин. Тот снова прыснул от смеха и пояснил:

– Просто Князь.

– Прошу прощения, Князь, – Димка, видимо от волнения, собрался поклониться, но тот ему не позволил.

– Так, воин, я – не икона. И кланяться мне не нужно. Рассыпаться в комплиментах надобности также нет. Представь, что перед тобой стоит ваш Ивлев.

– Понял, – кивнул Загребин. – Так вот, у меня есть боец, который имеет опыт обращения с мечом.

– Иди ты… – не поверил Коваль.

– Ну вы, «северяне», и мутанты, – удивился я.

– Кто таков? – спросил Князь.

– Он, правда, мусульманин, но мечом владеть умеет.

– Не имеет значения, кто он, – повторил для них Князь. – Тут, на грешной земле, – все едины. Это после смерти каждый пойдет своей дорогой. Как воина-то зовут?

– Камалов Ринат.

Я сделал полвздоха, и рядом с нами материализовался один из пары пулемётчиков «Севера». Он офонаревше вращал глазами и пытался что-то сказать. Безуспешно.

– Здрав будь, воин славный, – видя состояние бойца, первым поздоровался Князь.

– Здра-а-а-а-сте, – протянул Камалов.

Князь свел брови к переносице, видимо сомневаясь во вменяемости бойца, и бросил быстрый взгляд на Димку. Димка моментально подскочил к Ринатке, отвесил ему подзатыльника и скомандовал: