Салфур: Тайны Запретного Леса - Анастасия Бегерус

вас здесь, а Тревора они… — неожиданно девочка разразилась плачем и, вытирая большие раскрытые глаз от слез, продолжала тихонько всхлипывать, словно у нее отняли любимую игрушку.

Бран опешил. Никогда прежде ему не доводилось говорить с маленькими детьми. Даже в сиротском доме подростков разделяли с младшими сиротками, дабы избежать затруднений, связанных с обучением.

— Прости, но давай ты расскажешь мне все по порядку, я немного запутался, — виновато произнес юноша, изображая на лице нечто наподобие улыбки, которая оказалась совершенно не к месту.

Девочка пару раз всхлипнула, а затем, как следует собравшись, начала свой рассказ:

— Тревор — мой младший брат. Как-то поздним вечером мы играли возле нашего дома. Мамочка звала нас, но мы были так увлечены игрой, что не слышали ее. Новый игровой мячик, который подарил нам папочка, закатился за ограду и… — малышка вновь покраснела, всеми силами сдерживаясь, чтобы снова не разрыдаться. — И брат пошел за ним. Он долго не возвращался, и я стала беспокоиться. Когда вышла за ограду, увидела чудесную девушку с сияющими крыльями. Она была такой чудесной и доброй. Тревор рассказал мне, что именно Триша, так звали фею, вернула ему мячик и потом… Потом она пригласила нас к себе в гости, но попросила ничего не рассказывать родителям. Я не хотела идти, но Тревор очень попросил меня об этом, и я согласилась. Когда она вывела нас из Ульструпа, мне стало страшно.

Бран поднял свои черные брови и немного погодя переспросил:

— Вы из Ульструпа? Это не очень близко.

— А разве вы не из нашей деревни, сэр?

Бран медленно мотнул головой, а затем ответил:

— Нет, я, то есть, мы все из Ардстро.

Девочка шмыгнула носом и, дернув крохотными плечами, ответила:

— Не знаю такой деревни. Я вообще никаких поселений, кроме нашего, не знаю.

Спустя пару минут, в течение которых Бран поведал девочке, что кроме ее родной деревни рядом с Салфуром есть и другие, малышка продолжила свой рассказ:

— Когда фея привела нас сюда, то сразу же обратилась в ужасного монстра. В страшное такое чудовище, которым нас иногда пугают в Ульструпе. Она позвала других, таких же уродливых фей и велела закрыть меня и Тревора в клетке. Мы провели тут пару часов, а затем привели вас. И когда они уходили, то переглянулись между собой так странно, а, вернувшись, забрали моего брата. Я плакала все это время. Они приходили лишь иногда. Давали воду и какую-то мерзкую жижицу, чтобы я не умерла с голоду, — закончив историю, Руми внимательно посмотрела в светло-серые глаза Брана и с осторожностью спросила:

— Сэр, а как ваше имя?

— Меня зовут Бран. А это Ниса, Арин и Девин. Они — мои друзья, — представил всех юноша и только сейчас осознал, что друзей необходимо срочно разбудить, потому как они, подобно ему самому, пребывают в жадных лапах сладкого морока.

— Мне очень жаль, что монстры увели твоего брата, Руми, — с сожалением глядя на хныкающую малышку, сказал Бран. — Мы обязательно что-нибудь придумаем и освободим его, а пока мне нужна твоя помощь.

Девочка коротко кивнула и стала внимать просьбе юноши.

— Нам нужно разбудить моих друзей, — серьезно сказал Бран. — Чем быстрее они проснутся, тем быстрее мы спасем Тревора.

Руми захлопала в ладоши от радости и, обернувшись, стала искать глазами того, кого станет пробуждать ото сна.

— Можно я стану будить ту милую девочку с белоснежными волосами? — игриво спросила малышка.

Бран кивнул, соглашаясь с ее просьбой. Повернувшись спинами к дверному проему высокой клетки, что был плотно закрыт заржавевшим замком, они стали расталкивать подростков. Сначала ничего не выходило, и Бран решил, что нужно громко закричать им прямо в уши, тогда морок спадет.

Руми так и поступила и, набрав в легкие побольше воздуха, громко закричала:

— Красавица, поднимайся!

У Нисы слегка дернулись светлые ресницы. Казалось, все шло по плану. Но когда Бран стал готовиться к тому, чтобы во все горло закричать имя Девина, то услышал рядом какой-то странный звук — будто что-то большое тяжело вдыхало воздух.

— Руми, ты это слы… — не успел договорить юноша и тут же онемел от страха.

Перед ним стояла огромная страшная тварь с острыми маленькими клыками, алыми выпученными глазами, тонкой полупрозрачной кожей, что, казалось, прилипла к скелету, и широкими крыльями, покрытыми бородавками и трещинами. Существо не нападало. Оно стояло неподвижно, с неподдельным интересом взирая на Брана.

— Наконец-то вы проснулись, Бран, — обнажив все свои заостренные зубы, сказала обезображенная фея. — Совет давно ожидает вашего пробуждения.

Руми с силой сжала кулачки и, всем телом прижавшись к Брану, воскликнула:

— Где Тревор?! Куда вы его увели?!

Было ясно, что существо раздражал этот вопрос и, сложив обескровленные руки на поясе, оно ответило:

— Он был очень огорчен, поэтому мы увели его обратно в Ульструп.

— Я не верю! Не верю ни единому вашему слову! — качая маленькой головкой, хныкала девочка. — Я хочу к Тревору! Хочу домой к маме!

Фея медленно приблизилась к ней и, взяв ее маленькие ладошки в свои огромные когтистые лапы, сказала:

— Не бойся, дитя, мы вернем домой и тебя.

— Но зачем вы заключили нас в клетку?

Существо слегка помедлило с ответом, а затем, тяжело выдохнув, сказало:

— Пойми меня правильно, Ру. Я очень хотела развеселить вас, показать тебе и малышу Тревору наше поселение Тойстриг, но как только мы вошли в лес, Королева сильно разозлилась на нас и велела своим подчиненным схватить наших дорогих гостей. Мы спрятали вас здесь, дабы уберечь от беды, — с печалью в голосе сказала фея и легонько приобняла малышку. — Я поступила очень глупо, приведя вас сюда.

Бран стоял в стороне. Его мышцы невольно сжимались от страха. Фея была настолько уродливой, что даже Мара, вторая сущность Авы, не могла бы сравниться с ней своей безобразностью, своим извращенным внешним обликом.

От криков Руми проснулись Ниса, Арин и даже Девин. Их немного трясло. Не осознавая, что реальность, а что ужасный вымысел, подростки озирались по сторонам в надежде отыскать ответы.

— Что здесь происходит? Где я? — осматривая собственные ладони, полушепотом сказала Ниса.

— Мама… папа, — хватая ртом холодный воздух, простонала Арин.

А Девин, увидев возле себя уродливое чудовище, громко вскрикнул.

— Я понимаю, мое обличье вызывает в вас смешанные чувства, но позвольте все вам объяснить, — отпустив из объятий Руми, произнесла фея.

— Я не верю! Не верю! — крутя головой из стороны в сторону, кричала Арин. — Папа был жив! Он был рядом! А теперь я снова вернулась в этот чертов лес! — девочка не хотела принимать реальность, а потому просто боролась