Футбол на всю жизнь - Олег Блохин

Но я бы не сказал, что счет 3:0 в пользу чемпиона ФРГ точно отразил соотношение сил на поле. Мы в тот вечер много атаковали. Особенно в первом тайме. И чаще, чем кто-либо из нас, завершал атаки Саша Заваров, для которого этот матч был дебютом в составе киевского «Динамо» на международной арене. Несколько раз я даже ловил себя на мысли, что радуюсь за новобранца, который, оказавшись среди знаменитостей футбола в столь ответственном матче на Кубок европейских чемпионов, еще не имея собственного опыта подобных встреч, не дрогнул, не сробел. Саша действовал на поле азартно, инициативно и тактически очень грамотно. Но не везло Заварову, когда после его ударов мяч буквально в нескольких сантиметрах пролетал то над перекладиной, то рядом со штангой. К тому же блестяще сыграл вратарь гостей Штайн, не раз выручавший свою команду.

Мы покидали поле стадиона в Тбилиси, понурив головы.

— Я никогда раньше в игре не видел киевское «Динамо», — говорил журналистам после матча тренер «Гамбурга» Э. Хаппель. — Только слышал о нем и был высокого мнения. Но только в первом тайме «Динамо» было той командой, которую я побаивался…

Да, нашей подготовки, особенно игровой практики, явно не хватало для того, чтобы на равных состязаться с чемпионом и лидером чемпионата ФРГ. В активе «Гамбурга» на тот период было порядка двадцати боевых официальных игр, которые ни в какое сравнение не шли с нашими тренировочными учебными матчами, которых мы за два зимних месяца не провели и десятка.

…Повторный матч, проходивший через две недели в Гамбурге на стадионе «Фолькспарк», мы выиграли со счетом 2:1. Голы в ворота хозяев поля забили Бессонов и Евтушенко. Володя Бессонов, который в этом матче вышел в футболке защитника под номером два, действовал в остроатакующей манере, как заправский форвард. К слову, он начинал свою футбольную карьеру как нападающий, но перейдя в наш клуб из Харькова, переквалифицировался в игрока обороны. Тренерам, как говорится, виднее. Но, на мой взгляд, Бессонов форвард по призванию. В любой игре на поле он истинный боец без страха и сомненья.

Еще в 1977 году, когда в Тунисе был проведен первый юношеский чемпионат мира и сборная Советского Союза стала победителем этого турнира, 19-летний Володя Бессонов играл в составе советской команды в нападении. Он стал самым результативным бомбардиром чемпионата мира и получил в награду специальный приз ФИФА, учрежденный для лучшего игрока турнира, — красивый позолоченный мяч в виде полушара на плексигласовой пластинке. Капитаном той юношеской сборной страны был Андрей Баль, в ту пору игрок львовских «Карпат», в центре защиты играл харьковчанин Сережа Балтача. Потом футбольная судьба свела всех троих в киевском «Динамо». Сережа рассказывал мне, как мужественно проявил себя Бессонов на играх в жарком Тунисе. А ведь там все матчи, как одну игру, можно было считать финальными — настолько велико было их напряжение. Бессонов играл с наложенными на травмированную ногу швами, но товарищи не слышали от него ни жалоб, ни стонов. Футбол еж любит самозабвенно. И после того юношеского чемпионата мира, когда журналисты спросили Бессонова, что бы он делал, не будь футбола, он отшутился: «Я бы его придумал, этот футбол…»

А травмы, увы, его не оставляли и после тунисского чемпионата. И Володя, пожалуй, чаще кого-либо из нас становился пациентом профессора Виталия Николаевича Левенца. Бессонов, наверное, уже привык к тому, что после очередной операции и лечения профессор давал ему добро на возвращение в нелегкую и полную неожиданностей футбольную жизнь: «Давай, Володя, начинай потихоньку…» Он вылечивался, тренировался и снова выходил на поле. Снова смело шел в борьбу. Как-то в одном из своих интервью Бессонов сказал:

— Настроился на жесткое единоборство, идешь встык — и думать не смей сдрейфить, ноги поберечь. Грош тебе тогда цена как спортсмену…

Он никогда не берег свои ноги…

Итак, по сумме двух матчей мы проиграли «Гамбургу» со счетом 2:4 и выбыли из спора за европейский Кубок чемпионов. Это было первое наше серьезное поражение в сезоне-83, но далеко не последнее.

Проиграли мы и первый матч на Кубок СССР ленинградскому «Зениту» на его поле в манеже. А потом пошли катиться по наклонной и в чемпионате страны. Каждая из игр чемпионата словно бы разрушала наш коллектив все больше и больше. В 20 матчах, одержав 7 побед и потерпев 6 поражений (с разницей мячей не в нашу пользу: 18-22), к августу мы уже занимали в турнирной таблице 11-е место. Болельщики со стажем нам язвительно напоминали, что подобное случалось только в чемпионате страны 1950 года…

А Юрий Андреевич Морозов по-прежнему оставался верен себе.

— У меня нет претензий к ребятам, — говорил он журналистам.

Команда киевского «Динамо» разваливалась на глазах, а ее старший тренер, словно бы ничего не замечая, с легкостью продолжал давать интервью, в которых за красивыми словами скрывалась явная шаткость наших позиций, шараханье из стороны в сторону, когда никто из нас, игроков, не был уверен в завтрашнем дне команды.

Нарушения спортивного режима стали чуть ли не нормой для иных футболистов, а старший тренер, боясь, вероятно, выносить «сор из избы», всем все прощал.

Говорят, все познается в сравнении. И в те трудные для команды дни, вспоминаю, что я отдавал должное последовательности и твердости претворения в жизнь игровых и тренировочных принципов Лобановского, с которым сам не всегда соглашался. Я в то лето начал понимать, что для пользы дела киевскому «Динамо» куда лучше подходил жесткий «требовательный деспот» Лобановский, чем «мягкий интеллигент» Морозов…

Зрителей на наших играх, проходивших на поле Республиканского стадиона, поубавилось. Но вовсе не потому, что киевляне разлюбили футбол. Отнюдь. Но, приходя на стадион, люди хотели увидеть яркое футбольное зрелище, а не серятину, которую мы с трудом «выдавали на гора» во многих играх того лета. И когда в середине сложного для моей команды сезона был организован товарищеский матч между «Динамо»-83 и «Командой чемпионов», на трибунах динамовского стадиона в Петровском парке, как говорится, яблоку негде было упасть: аншлаг!

Под аплодисменты зрителей на поле вышли друзья-соперники.

«Команда чемпионов»: Рудаков, Коньков, Матвиенко, Фоменко, Сабо, Трошкин, Мунтян, Веремеев, Онищенко, Бышовец, Колотов (в составе ветеранов выступали также Банников, Дамин, Хмельницкий, Зуев, Кузнецов, Слободян).

«Динамо»-83: Чанов (Михайлов), Сороколет, Олиференко, Журавлев (Яковенко), Демьяненко, Лозинский, Заваров, Думанский (Буряк), Хлус (Савельев), Евтушенко, Блохин.

Рассказывали, что играющий тренер ветеранов Йожеф Сабо еще в раздевалке перед выходом на поле сказал своей команде: