По воле судьбы - Наталья Бульба

Мы с Кэрном, который как-то неожиданно оказался рядом, стояли на четвертом ярусе. Достаточно высоко, чтобы видеть всю картину сверху, но довольно близко, чтобы не упустить ни малейшей детали происходящего.

Девушка, казавшаяся отсюда слишком хрупкой для того дела, которым занималась, разведя руки и запрокинув назад голову, речитативом произносила заклинание. Ее низкий голос заполнял собой все вокруг, вызывая мурашки на теле и с трудом контролируемый страх. Мне никогда не доводилось сталкиваться с темными искусствами, и теперь я понимал, что не жалею об этом.

– Я могу помочь, – обратился ко мне Кэрн.

Я повернулся к командиру крепости, напряженно вглядывавшемуся в то, что творилось внизу.

– Харт?

– Давай. – Тот даже не обернулся. Его ладонь огладила рукоять меча, выдавая нетерпение. И мне кажется, я знал его причину.

Мой телохранитель исчез так же незаметно, как и появился. Впрочем, ненадолго. Несколько ударов сердца – и он останавливается за спиной Алоизы, а еще мгновение спустя опускается на колени. Его руки медленно поднимаются вверх, пока не замирают параллельно рукам девушки.

Голос мага нарастает, воздух мелко вибрирует, затрудняя дыхание, жар нависает над застывшими на ярусах воинами.

Алоиза издает гортанный звук, который молотом ударяет по стенам, и… трещина резко расходится, впуская несколько десятков тварей, и смыкается за ними, заплывая уродливым шрамом.

Я еще вижу, как вскочивший Кэрн откидывает девушку назад, Тайжиру, а сам, выхватив из ножен два коротких меча, кидается на существо, видеть которое мне в жизни еще не приходилось.

Воины первых двух ярусов действуют слаженно, сменяя друг друга, тут же смыкая ряд, если какой-либо из тварей удается пробить брешь. И тогда в дело вступают те, кто стоит в третьей линии. И все заканчивается значительно быстрее, чем схватка докатывается до нас.

Когда мы с Хартом поднялись на поверхность, царящий в крепости порядок ударил по натянутым нервам значительно сильнее, чем сам прорыв. Слишком резок контраст между внешним спокойствием и яростью, с которой вырвавшиеся из другого мира порождения тьмы пытались прорваться наверх.

– И часто вы так веселитесь? – Напряжение отказывалось выпускать меня из своих объятий, и губы с трудом слушались.

– В последний год не проходит и семидневья. – Голос командира тоже был хриплым, а взгляд метался, выискивая кого-то.

Догадавшись, кого именно высматривает мой собеседник, я решил ему помочь. Хотя бы тем, что избавлю его от своего присутствия. Долг гостеприимства и незаконченный разговор явно удерживали его со мной.

– Ты извини, но у меня возникло непреодолимое желание потрепать кому-нибудь нервы. Ты ведь предупредил своих, что они должны отвечать на мои вопросы?

Улыбка оборотня оказалась неожиданно ехидной. Похоже, среди тех, с кем мне предстояло беседовать, не все могли получить столь лестные характеристики, как два его заместителя и маг.

– Приказал, – поправил он меня и, наконец найдя взглядом Алоизу, направился к ней.

Я же, отметив среди крупных защитников крепости моего внешне невзрачного телохранителя, пошел к зданию, в котором находились мои комнаты. Переодеться да накидать в уме план розыскных действий. Рассчитывая на Кэрна, сам я не собирался прохлаждаться. Чем быстрее мы найдем предателя, тем…

Лукавить перед самим собой не стоило. Тем быстрее я покину эту неприятное место.

Первое, что бросилось в глаза, когда я зашел в гостиную, лежавший на столе ключ. И когда только успел?! Затем взгляд метнулся к листам бумаги, исписанным мелким, но весьма аккуратным почерком, их придерживала от порывов ветра из приоткрытого окна статуэтка танцующей женщины. Вполне достойная того, чтобы ею любоваться.

И вновь тот же вопрос и восхищение. Харт не исчезал из поля моего зрения ни на мгновение, но свидетельства того, что где-то что-то я упустил, лежали прямо передо мной.

Вот только воспользоваться подготовленной им информацией я не торопился, предпочитая сравнить мнение, которое у меня сложится во время общения с обитателями крепости, с тем, которое сформировалось у оборотня. Смотришь, что-нибудь из этого сопоставления и вытяну.

Переодевшись в более представительный камзол, который всегда находился в моем дорожном багаже для подобных случаев, и убрав бумаги под защиту изготовленного братом амулета, отправился выискивать жертву своего неуемного любопытства.

Знай обо мне здесь столько же, сколько в человеческих землях, вероятность быстро обнаружить предателя была бы невелика. Моя репутация, скорее всего, заставила бы его затаиться, а то и найти способ покинуть крепость, не вызвав подозрений. Но мы были у оборотней, и для большинства из них я был придворным хлыщом, сосланным за какую-нибудь провинность в такую глушь. А то, что полномочия… может, у нашего короля настолько специфическое чувство юмора.

Во дворе, куда я вышел, отметив мимоходом еще парочку постов охраны, до этого мной не обнаруженных, уже ничто не напоминало о недавнем прорыве. Раненых унесли в лазарет, кровь замыли, свободные от патрулирования воины были кто на тренировочной площадке, которая виднелась ближе к крепостным стенам, кто в казарме. Оттуда доносились громкие голоса и смех.

Вот туда и пойду, решил я и направился к двухэтажному зданию.

Охрана на входе вытянулась в струну, приветствуя. Я ответил высокомерным взглядом и проследовал, не забывая сохранять на лице выражение легкой брезгливости. А вдруг поверят?

То, что я опоздал со своей идеей заглянуть сюда, понял, еще не дойдя до комнаты отдыха, откуда и доносился многоголосый гомон. Общение Кэрна с воинами должно было стать более плодотворным.

Хотел уже развернуться и уйти, сделав вид, что ошибся дверью, как мне на глаза попался один из младших командиров.

Будем считать, что ему не повезло.

– Воин. – Мой недовольный голос отозвался мгновенно установившейся тишиной.

Тот подошел ко мне неторопливым шагом и замер напротив:

– Младший командир Скап, господин граф.

– Мне необходимо задать вам несколько вопросов, младший командир Скап.

В его взгляде явно читалась обреченность, но это не помешало ему четко ответить:

– Мы можем пройти ко мне, господин граф.

Отказываться от приглашения я не стал. Мало ли что можно увидеть в неформальной обстановке. А что очень скоро он об этом пожалеет, так это его проблемы.

Следующий час стал испытанием для оборотня, оказавшегося младшим княжичем волков, и развлечением для меня. Не знаю, что скажет о моих методах Харт, но, ради того чтобы избавиться от моего внимания, воин был готов рассказать даже то, о чем никогда не знал. Я его не удерживал. Ни одна ложь не строится без фундамента правды. А уж разбираться, где нужные мне крупицы, а где нагромождение ничего не значащих фактов, я научился.