Смерть - не азартный охотник. Самоубийство исключается - Сирил Хейр

На всякий случай перед началом выступлений Стефан обратился к своему соседу:

— Это секретарь? Вот тот, что сидит слева от председателя?

— Да, мистер Парсонс. А тот, с которым он разговаривает, доверенное лицо кандидата, мистер Тэрнер. Неплохой парень.

— Он выглядит больным, — заметил Стефан.

— Кто, Тэрнер?

— Да нет, мистер Парсонс.

— Ах он! Да, выглядит он странно. Вроде как встревожен... да он такой уже давно. Не знаю, ему-то о чем беспокоиться, принимая во внимание...

Но тут поднялся председатель, всего лишь через четверть часа после назначенного времени, и собрание началось.

Стефан почти не отрывал пристального взгляда от Парсонса. Тот определенно выглядел больным. Его лицо было бледным, как у безработных, сидящих в конце зала, но это была бледность иного рода — происходящая от слишком напряженной работы, а не отсутствия ее. Лоб и щеки у него были изрезаны морщинами, а под глазами темнели обвисшие мешки. Но особенно поражало его беспокойство. Казалось, он не в состоянии уследить за своими руками, которые то играли с цепочкой от часов, то ерошили или приглаживали седые волосы на голове; его беспокойный взгляд нервно метался по залу, осматривая его во всех направлениях. В целом он производил впечатление человека, значительно меньше уделяющего внимания произносимым речам, чем этого следовало ожидать от секретаря собрания.

Однако тот факт, что голова присутствовала у него на плечах, обнаружился в момент окончания речи кандидата, когда начали задаваться вялые вопросы, не относившиеся к предмету его речи, и председатель попросил Парсонса провести голосование. Он это проделал быстро и умело в манере опытного общественного спикера. Однако со стороны казалось, что его мозг едва ли участвует в том, что он с такой легкостью исполняет, и в ту же секунду, как он снова опустился на стул, у него на лице воцарилось прежнее отсутствующее выражение.

Когда публика начала расходиться, Стефан воспользовался случаем заметить своему соседу:

— Хорошо сказано.

— Да, — ответил тот. — Он стоящий кандидат.

— Я имею в виду выступление мистера Парсонса.

— А, да, этот неплохо говорит. Но в конце концов, с его практикой это неудивительно. Вы же знаете, он так давно в политике. Ну, мне пора. До свидания.

И он торопливо покинул зал, оставив неудовлетворенным любопытство Стефана по поводу занятий и положения Парсонса.

Между тем Мартин следил за всеми выступлениями с внешним энтузиазмом. Он энергично хлопал, громко восклицал «Правильно!» и всем своим видом выражал неудовольствие и презрение, когда речь прерывалась замечаниями из публики. Когда слушатели рассеялись, Стефан нашел его оживленно беседующим с каким-то человеком, который, стоя в дверях, раздавал бланки для внесения новых членов в ассоциацию консерваторов.

— Мой дорогой Мартин, какого черта... — брезгливо заговорил Стефан.

— Минутку, старина, иду, — бросил ему через плечо Мартин. Он взял два бланка и пачку политических памфлетов, горячо пожав руку своего собеседника. — Слушай, Стив, — продолжал он, догнав своего товарища, — правда отличная была речь? По-моему, он здорово разделал социалистов. Жалко, что подобралась не такая уж активная аудитория.

— В самом деле? Я и не слушал.

— Большая ошибка с твоей стороны, — упрекнул его Мартин, когда они вышли на улицу. — Узнал бы кое-что полезное, уверяю тебя. Лично я узнал.

— Кажется, ты забыл, что мы приехали сюда не посещать всякие собрания, чтобы узнать кое-что новое из области политики. Льщу себя надеждой, что я узнал этим вечером кое-что гораздо более полезное, чем пропагандистскую трескотню тори, которую ты так внимательно выслушал.

— О, конечно! — Мартин сверкнул в его сторону очками, как будто наводя прожектор. — Ты действительно много узнал? Я заметил, ты пытался прощупать соседа слева от себя. Думаю, это довольно опасно. Парень мог оказаться приятелем нашей добычи. Ты мог его встревожить и все такое.

— Я позаботился ничего в этом роде не сделать, — холодно отрезал Стефан. — Во всяком случае, в таких расспросах всегда присутствует определенный риск. Не думаю, что предложение присоединиться к консервативной ассоциации даст нам какие-то результаты.

— Ты выяснил, где работает Парсонс?

— Нет, собственно, пока мне это не удалось, однако...

— Я кое-что вспомнил, — прервал его Мартин.

Он остановился под уличным фонарем и поднес близко к глазам один из листочков.

— Черт, какой мелкий шрифт! — пробормотал он. — Вот! Сентрал-Билдинг, Уэстгейт-стрит.

— О чем ты?

— Это рабочий адрес Парсонса. Понимаешь, я знал, что на этих формулярах обязательно указывается рабочий адрес секретаря, а иначе как человек может записаться в партию? Так что был шанс здесь узнать, где его офис, вряд ли ему нужно, чтобы такие письма шли к нему домой. Во всяком случае, я был секретарем клуба регбистов и знаю, что я этого не пожелал бы. Всегда можно заставить конторскую девицу делать тупую работу, если знаешь, как к ней подъехать... Так что, понимаешь, я...

— Понятно. Значит, мы можем отправляться домой.

— Постой. Уэстгейт-стрит где-то рядом. Я заметил ее по дороге на собрание. Может, пойти и бросить взгляд на этот Сентрал-Билдинг, а?

Стефан чувствовал себя слишком униженным, чтобы возражать, и через несколько минут они оказались перед высоким зданием, потемневшим от копоти, которое, видимо, было деловым центром города.

— Здорово выглядит! — заметил Мартин. — Интересно, кому они принадлежат, эти офисы?

Они перешли дорогу и прочли названия на таблицах у подъезда.

— Архитектор, адвокат и местный вымогатель налогов, — сказал Мартин. — Все на верхних этажах. Весь остальной дворец, видимо, является собственностью «Мидчестер энд дистрикт гэз компани». Что ж, если наш друг Парсонс работает в ней, должно быть, он довольно крупная шишка.

Стефан вспомнил случайное замечание своего соседа по митингу: «Не знаю, ему-то о чем беспокоиться, принимая во внимание...»

— Скорее всего, он здесь и работает, — сказал он. — И учитывая его общественное положение в городе, вероятно, он действительно занимает довольно высокий пост.

— Гм! — промычал Мартин, когда они возвращались в свою гостиницу. — Значит, сегодня мы хоть что-то выяснили. Ты хорошо его разглядел, Стив? Как по-твоему, он не вытолкает нас взашей?

— Я бы не удивился, — сказал Стефан, вспоминая напряженные и нервные манеры Парсонса. — Утром посмотрим.

Но им еще предстояло произвести самое важное открытие. Они сидели в гостиной отеля, выпивая по последнему стаканчику виски с содовой перед сном. Мартин снова вернулся к аргументам, которые так подействовали на него во время митинга, и с энтузиазмом излагал их. Стефана, который отчаянно скучал, лишь одно соображение воздерживало от крайней резкости по отношению к Мартину — если он его оскорбит, то вряд ли будет прилично позволить ему заплатить за выпивку. Находя слишком невыносимым слушать разглагольствования Мартина, он предпочел отвлечься любым чтивом, какое подвернется под руку. Это оказался номер «Мидчестер ивнинг стар». Машинально он развернул страницу, посвященную деловой жизни, собираясь ознакомиться с вечерними котировками акций на бирже, когда его взгляд случайно упал на соседнюю колонку важных событий. До конца прочитав ее, он прервал монолог Мартина взволнованным восклицанием.

— В чем дело? — спросил Мартин. — Знаешь, Стив, может, я и не ахти какой эрудит, но я размышляю о политике, и если бы ты меня выслушал, глядишь, хоть что-нибудь да понял. В конце концов, в наше время...

— К черту политику! Ты только посмотри на это, чурбан! — выкрикнул Стефан и ткнул газету Мартину под нос.

— О, прости! Здесь что-нибудь важное? Слушай, Стив, ты промахнулся. Этой газете уже три дня.

— Это не имеет никакого значения.

— Серьезно? А, теперь понимаю, к чему ты клонишь. «Годовое общее собрание «Мидчестер энд дистрикт гэз компани». М-м... Пожалуй, необычное время года для проведения годового собрания. Это показывает, как ведут себя ребята в провинции, верно?

— Какое это имеет значение, черт тебя побери! Читай!

— О господи, и мне нужно все это читать? Это же чертовски скучно. Лучше пробегу через пень... Ага! Парсонс — помощник управляющего, понятно. Черт, это неплохо знать. Что-нибудь еще о нем?

— Нет. Но взгляни в низ колонки.

— Что? Это балансовый отчет. Ты же не думаешь, что я разбираюсь в этих цифрах? Я не могу... Ого! Ну и ну! Стив, прошу прощения. Вот так удача, точное попадание! Я чуть не пропустил это! Прямо в конце колонки, как ты и сказал. «Вэннинг, Мэлдрон и Смит, присяжные бухгалтеры». Кто бы мог подумать?

Некоторое время они молча размышляли.

— Когда помощник управляющего фирмы в Мидчестере, — медленно проговорил Стефан, — встречается с партнером из этой лондонской фирмы в тихой гостинице Маркшира в воскресенье как раз накануне годового собрания, какой можно сделать вывод?