Башня Зеленого Ангела. Том 1 - Тэд Уильямс

снега сорвалась с ветки, словно была живой, легко миновала толстый шарф и оказалась у Саймона за шиворотом. Он жалобно вскрикнул и тут же огляделся по сторонам, надеясь, что его спутники не услышали детского звука, который он издал. Однако никто на него не смотрел; казалось, внимание всех было приковано к серебристо-серым холмам и мрачным темным деревьям.

Так что же лучше? Бежать от войны или попытаться стать очень сильным, чтобы никто не смог причинить тебе вред? Моргенес говорил, что именно такие проблемы приходится решать королям и достойные монархи просыпаются из-за них по ночам, когда их подданные спят. Саймон выказал неудовольствие столь невнятным ответом, но доктор лишь печально улыбнулся.

«Такой ответ, несомненно, не приносит удовлетворения, Саймон, — сказал старик. — Как и любые другие, когда перед нами встают подобные вопросы. Если бы правильные ответы существовали, в мире царил бы такой же порядок, как в соборе, — ровный камень на ровном камне, идеальный прямой угол сходится с идеально прямым углом — все массивное и неподвижное, как стены собора Святого Сутрина. — Он приподнял свой кувшин с пивом, словно салютуя. — Но будет ли любовь в таком мире, Саймон? Красота или очарование, в которых нет ничего плохого. Каким скучным местом станет мир без сюрпризов? — Старик сделал большой глоток и заговорил о другом.

Саймон не думал о том, что сказал доктор, — до этого момента.

— Слудиг. — Голос Саймона прозвучал неожиданно громко, когда он прервал долгое молчание.

— Что? — спросил Слудиг, обернувшись.

— Ты хотел бы жить в мире, где нет сюрпризов? Ни плохих, ни хороших?

Некоторое время риммер молча на него смотрел.

— Не говори глупости, — проворчал он и отвернулся, прижав колени к бокам лошади, чтобы заставить ее обогнуть валун, торчавший посреди сугробов.

Саймон пожал плечами. Хотвиг, который также обернулся, внимательно взглянул на Саймона, но ничего не сказал и снова стал смотреть вперед.

Однако эта мысль никак не уходила. Искательница продолжала неспешно шагать вперед, а Саймон вспомнил свой недавний сон — поле, заросшее травой такого одинакового, ровного цвета, что она казалась нарисованной, а небо выглядело холодным и неизменным, точно гончарное изделие, и весь ландшафт — вечным и мертвым, как камень.

Пожалуй, я бы предпочел сюрпризы, — решил Саймон. — Даже если среди них будут плохие.

Сначала они услышали музыку, высокую, пронзительную мелодию, которая с трудом пробивалась сквозь вой ветра. Когда они спустились по склону и оказались перед долиной в форме чаши, посреди которой стояла Сесуад’ра, то увидели маленький костер, горевший на краю большого озера. Маленькая округлая фигурка, одетая в тени — силуэт на фоне пламени, — сидевшая рядом с огнем, опустила костяную флейту.

— Мы услышали твою игру, — сказал Саймон. — Почему тебя не беспокоит, что она может привести к тебе кого-то с дурными намерениями?

— У меня надежная защита. — Бинабик слабо улыбнулся. — Значит, вы вернулись. — Он казался спокойным, словно даже мысль о тревоге его не посещала. — Никто из вас не пострадал?

— Никто. Бинабик, мы в порядке. Часовые Фенгболда старались держаться поближе к кострам, — ответил Саймон.

— Я поступаю так же, — сказал тролль. — Взгляните вон туда, там появились плоскодонки. Вы предпочитаете отдохнуть и согреться или хотите сразу подняться на холм?

— Пожалуй, нам следует поскорее сообщить новости Джошуа, — решил Саймон. — Фенгболд привел около тысячи человек, Хотвиг говорит, что половина из них — наемники-тритинги.

Саймона отвлекла тень на темном берегу. Когда она скользнула мимо высокого сугроба, он узнал Кантаку, двигавшуюся вдоль берега, точно капля ртути. Волчица подняла голову и посмотрела на Саймона, в ее глазах отразился свет костра, и он кивнул. Да, Бинабик действительно защищен: никто не сумел бы добраться до хозяина Кантаки — сначала ему пришлось бы вступить в схватку с волчицей.

— Не самая хорошая новость, но я опасался, что будет еще хуже, — сказал Бинабик, складывая посох. — Верховный король мог бросить все свои силы против нас, как сделал в Наглимунде. — Тролль вздохнул. — Но даже тысяча солдат заставляет задуматься. — Он засунул посох за пояс и взял поводья Искательницы. — Джошуа ушел спать, но я думаю, ты прав и тебе стоит отправиться к нему прямо сейчас, а всем нам воспользоваться защитой Скалы. Даже если королевская армия еще далеко, здесь дикие места, и я думаю, буря может вызвать странных существ сегодня ночью.

Саймон содрогнулся.

— В таком случае давайте уйдем с холода в теплые палатки.

Они последовали за Бинабиком, который короткими шагами стал подниматься вдоль берега озера. Казалось, вода испускала какой-то странный свет.

— Почему вода выглядит так необычно? — спросил Саймон.

Лицо Бинабика исказила гримаса.

— Это моя новость, и я с горечью сообщаю ее тебе. Я боюсь, что последняя буря принесла больше неприятностей, чем мы ожидали. Наш ров, как назвали бы его обитатели замка, замерзает.

Слудиг, стоявший рядом, замысловато выругался.

— Но озеро — это лучший страж против войска короля!

Бинабик пожал плечами.

— Оно еще не замерзло, иначе мы бы не смогли вернуть лодки. Быть может, начнется оттепель и озеро снова станет нашим щитом. — Однако на его лице появились сомнения — как и на лице Слудига.

Две большие плоскодонки ждали их у берега.

— Люди и волки поплывут на этой, — указал Бинабик. — Во второй — лошади и один человек, который будет за ними присматривать. Впрочем, я думаю, твоя Искательница провела столько времени рядом с Кантакой, что сможет составить нам компанию.

— Тебе бы следовало беспокоиться обо мне, тролль, — прорычал Слудиг. — Я люблю лодки еще меньше, чем волков, а к волкам отношусь ничуть не лучше, чем лошади.

Бинабик небрежно махнул маленькой рукой.

— Ты шутишь, Слудиг. Кантака рисковала жизнью много раз, сражаясь рядом с тобой, гораздо больше, чем лошади.

— И теперь я должен рисковать жизнью в проклятых лодках, — пожаловался риммер. Казалось, он с трудом сдерживал улыбку. Саймон вновь поразился, глядя на странную дружбу, возникшую между Бинабиком и северянином. — Ладно, — продолжал Слудиг, — я с вами. Но если ты споткнешься о своего лохматого зверя и выпадешь за борт, я буду последним, кто прыгнет, чтобы тебя спасти.

— Тролли, — с огромным достоинством ответил Бинабик, — никуда не «выпадают».

Он вытащил горящую ветку из огня, затушил костер, бросив в него несколько пригоршней снега, и забрался в ближайшую лодку.

— Ваши факелы светят слишком ярко, — сказал он. — Погасите их. Давайте насладимся ночью, пока еще видны звезды. — Он зажег защищенный роговыми пластинами светильник, висевший на носу лодки, осторожно перебрался с одной раскачивавшейся палубы на другую и поджег фитиль второй лампы. Ее свет, лунный и безмятежный, озарил воду, когда Бинабик бросил ветку в воду. Она с шипением исчезла, выбросив вверх облачко пара.