Флаг над океаном - Дмитрий Светлов

Офицеры водили посетителей по кораблю, гордо расхваливали боевую мощь и неуязвимость. Орудия «Гермеса» способны утопить любую эскадру. Непробиваемая броня надежно защитит от снарядов любой береговой батареи. По своим размерам и мореходным качествам крейсеру не страшны штормы любого океана. Новинка вызвала интерес у иностранных послов. Ради такого случая Сергей лично вывел корабль в море, где провел показательные стрельбы. Затем была экскурсия по отсекам, где он обратил внимание гостей на особые меры по обеспечению непотопляемости корабля.

Рекламная акция предпринималась с вполне конкретной целью — похвалиться и запугать. Разумно и полезно как для потенциальных друзей, так и для возможных врагов. Подобный прием весьма активно используют в Америке. В этой связи известен забавный случай. Энергичная реклама «Суперкрепости» В-29 создала ореол неуязвимости тяжелого бомбардировщика. С началом американских бомбовых ударов по советскому Дальнему Востоку возникла необходимость найти способ противодействия «Суперкрепости» В-29. Штаб ПВО предложил неординарную методику атаки с применением реактивных бомбардировщиков Ил-28. Зенитный обстрел наоборот. Обладая более высокой скоростью и высотой полета, эти бомбардировщики должны были заходить над В-29 и сбрасывать бомбы с таймером зенитного снаряда.

Реальная жизнь показала совсем иное. Советская дивизия в Корее возглавлялась генералом Кожедубом. Сталин запретил летать генералу, но молодых пилотов МиГ-15 герой войны обучил хорошо. Американцы не приняли во внимание 50 советских самолетов и поплатились. После первого столкновения полка МиГ-15 с сотней В-29 на базу вернулся только один горящий бомбардировщик. Самолеты «Суперкрепость» сбивались легко. Истребители заходили сверху и открывали огонь на удалении 2000 метров. Прекратив огонь на удалении в 1000 метров, резко уходили вверх. За несколько секунд атаки тридцатимиллиметровые пушки МиГов разрушали фюзеляж и двигатели В-29. После сокрушительного разгрома американцы применяли бомбардировщики только ночью. За всю войну в Корее стрелки «Суперкрепости» сбили только два самолета: один советский и один китайский. В обоих случаях пилоты МиГ-15 заходили в атаку сзади со снижением скорости.

Одним словом, граф Алексеев провел рекламную акцию запугивания. Показав во всей грозной красе крейсер «Гермес», пригласил послов на испытание новой пушки. И здесь началось с подробного описания возможностей нового орудия. Двойной ствол, состоящий из дула и нарезной дульной втулки. Электрическая подача снаряда и картуза. А главное — вес. Совсем смешной вес для двухсотпятидесятимиллиметрового орудия. Опытные стрельбы шокировали послов. С расстояния в шесть километров орудие пробивало трехсотмиллиметровый бронированный лист. Обескураженные послы садились в вагоны с опущенными головами. За время пути из Ораниенбаума в Петербург никто из них не проронил ни единого слова. При расставании граф Алексеев сообщил послам о готовности заводов принять заказы на изготовление винтовок.

Сергей возвращался домой, именно домой, где его ожидала жена и дети. Ехал без иллюзорных обещаний спокойной семейной жизни. Выбранный путь требует непрерывной динамики, действий и ответственных решений. Насколько он знал характер своей жены, Нина также не будет сидеть в четырех стенах с вязанием на коленях. Вдвоем легче, хотя потребуется некоторое время, пока подрастут дети. Время бежит быстро: вырастут, и не успеешь заметить. Вон, Михаил, давно ли был замызганным татарчонком? Сейчас превратился в стройного юношу, студента Петербургского университета. Знаний еще маловато, но любую информацию впитывает с поразительным желанием. На декабрь назначена коронация Павла, возможно, Нина согласится съездить в Москву на несколько дней. Учитывая тщательный подбор слуг, князь Голконда не мог забыть про нянек и кормилиц для своих будущих внуков.

В заботах и работе стремительно побежали дни. Нина успевала следить за хозяйственными делами. Вместе с тем раз за разом ставила в тупик «генералитет» своего мужа. По своей изобретательности и всевозможным оригинальным предложениям она ничем не уступала супругу. Началось, казалось бы, с бабьей придури — она потребовала построить лабораторию. Жене хозяина пошли навстречу, лабораторию построили рядом с одним из флигелей тамбовского имения. Затем посыпались технологии приготовления различных лекарственных средств. Микстуры, примочки, порошки, мази и так далее. Тимофей с вполне понятным пессимизмом открыл аптеки. В Тамбове и Нижнем Новгороде появились вывески «Колониальные лекарства».

Постоянные очереди у Нижегородской аптеки ничуть не уменьшили скепсис Тимофея. Люди всегда стремятся купить чудодейственное лекарство. В драку расхватают откровенную муть, если будет обещано, что один порошок лечит понос, запор, простуду и радикулит. Звонок прозвенел, когда заболел сын. Как обычно, он приехал поздно вечером.

— Тимофей, — позвала жена. — Пошли телеграмму госпоже Нине, у нас кончается аспирин, а в аптеке его уже неделю как нет.

— Давай сначала. Что такое аспирин, и причем здесь жена хозяина?

— Ты скоро вообще перестанешь замечать обычную жизнь. Аспирин — это лекарство, которое делает госпожа Нина.

— У Коленьки обычная простуда, молоко с медом и чай с малиной — вот лучшее лекарство.

— Аспирин снижает температуру и ускоряет выздоровление. Не спорь, ты не врач. Пошлешь завтра телеграмму?

Второй звоночек прозвенел Тимофею по пояснице. Во время традиционного обеда в трактире за разговором не заметил, как продуло спину. Приехал домой со стоном и кряхтением. Жена перед сном намазала чем-то спину, и он спокойно уснул. На другой день уже на работе вспомнил о давешней проблеме и за разговором упомянул об этом.

— Госпожа Нина изготавливает чудодейственные лекарства, — последовал ответ.

Тут уже Тимофей взялся всерьез. Как учил хозяин, сначала изучение рынка, затем выпуск новинки и реклама. Результат превзошел самые радужные ожидания. Рынок лекарств оказался безграничным. В аптеках продавали только сушеные травы и помет летучих мышей. В то же время у него на столе лежала толстая папка с технологиями по выпуску лекарственных средств. Впору надрать самому себе уши. Он пытался небрежно отодвинуть в сторону миллионы рублей. Непростительная глупость.

Вскоре за женой хозяина закрепили специальный отдел помощников и инженеров. Началось с непонятного предложения выпускать трикотажные изделия. Тимофей не забыл свое фиаско с лекарствами и внимательно отнесся к новому предложению. Через год появилась первая трикотажная фабрика. Дальше — больше. Выпуск ароматного мыла и стиральных порошков. Женская косметика, духи и всевозможные кремы вызвали ажиотажный спрос во всей Европе. Различные аксессуары и предметы женского туалета сыпались, как из рога изобилия. И что странно, новая продукция пользовались спросом на рынках России и Европы. Настал день, когда за большим столом ежемесячного совета появились женщины. Хуже всего обстояло дело с обсуждением их предложений. Мужчины откровенно не понимали сути идей, порой при объяснении краснели, как гимназисты.

Сергей старался как можно чаще и дольше бывать в своем имении. Порой удавалось целый месяц побыть рядом с женой и детьми. Оставив за двоюродным братом Павлом заботы о крестьянах и урожае, занимался делами через телеграф. Единственное, во что он вник, — это торговля лошадьми. Слухи о чудесных лошадях из Индии разлетелись с молниеносной быстротой. Продавали по запредельным ценам. Притом что деньги сейчас, а скакун только через три года. Покупатели приезжали ежедневно, одни приходили в восторг от высоченных и злобных боевых монстров. Другие млели при виде стройных, быстроногих красавцев.

Зачастили покупатели индийских земель. В Петербурге не могли не заметить изменений физического состояния и внешнего вида Павла I. Он значительно окреп, пропала сутулость, расправились плечи. Более того, император с удовольствием рассказывал о своем отдыхе в Индии. Нахваливал природу и океанские купания. Весьма лестно отзывался о национальной кухне. Многие вельможи отправили в Индию доверенных людей. Привезенные фотографии и приложенные к ним отчеты вызвали справедливую заинтересованность. Однако Тимофей немедленно взвинтил цены. Земельные участки в княжестве Гоа продавались дороже городских земель в Петербурге.

Сомневающиеся люди принимали другое решение. Железная дорога позволяла комфортно доехать до усадьбы графа Алексеева. Ну а дальше обычный визит и разговор с самим графом, а в его отсутствие — с графиней. Нину подобные визиты развлекали. Она с удовольствием рассказывала об Индии. Что касается княжества Гоа, среди слуг нашлись хорошо знающие эти земли люди. Сама Нина в Гоа была только один раз, когда с мужем направлялась на яхту «Золотая принцесса». Графиня Алексеева надолго застряла в имении мужа. Через пять месяцев после рождения двойни она снова понесла. Родив сына, через полгода опять забеременела и родила дочь. В результате надолго осела в имении, что, впрочем, не мешало активному «изобретательскому творчеству».