Прах человеческий - Кристофер Руоккио

пространства между нами и землей. Я не кричал, что, впрочем, было не важно, ведь теперь никто не мог меня услышать. Не отпуская меня, Валка без паники раскинула руки и ноги на манер белки-летяги. Я скопировал ее движение и увидел, что Стас с солдатами сделали то же самое.

Крепость раскинулась внизу, как ковер на джаддианском базаре. Три блестящих купола, каждый не меньше полумили диаметром, жемчужинами сверкали вдоль зеленого изгиба вспухшей реки, окруженные низкими ровными строениями, протянувшимися от каждого купола, как спицы колеса. Они были меньше куполов Ведатхарада, но выполняли ту же функцию: стекло фильтровало свет двойной звезды безымянной планеты, делая его терпимым и безвредным для здоровья. Падая, я заметил под стеклом зелень и предположил, что внутри находились сады и огороды, дававшие пропитание жителям этого поганого места. Над всем довлел перст гигантской башни, отбрасывающий двойную тень на поселение. Высокий мост раскинулся над рекой от центрального купола до космодрома, устроенного вокруг башенного шпиля. Оттуда ходил лифт прямо на орбиту.

Мы неслись навстречу всему этому в ядовитом воздухе, и я бы, наверное, оглох, если бы не шлем. Оглянувшись, я увидел, как остальные Драконоборцы Шарпа рассеялись в воздухе стаей черных птиц, а за ними в верхнем слое атмосферы чернел на фоне черного неба тусклый силуэт «Ашкелона». На моих глазах небо опустилось, словно занавес, из черного став сначала белым, а затем – бледно-рыжим.

Нам предстояло разделиться на три группы. Первая – под совместным командованием меня и декуриона Стаса – должна была проникнуть в командный центр и отключить все средства связи. Второй группе под началом декуриона Арона было поручено уничтожить опоры орбитального лифта, чтобы лишить его связи с землей. Третьей – ведомой самим Шарпом – предстояло взорвать дюжину шаттлов на посадочной площадке, отрезав врагу альтернативный путь к отступлению.

Купола приближались, солнечных бликов на стекле стало меньше, и мне показалось, что я вижу и могу пересчитать отдельные панели геодезического купола посреди крепости.

Астор был прав. На военную базу этот комплекс был не похож. Если бы не башня и космодром, он напоминал бы пограничный колледж или исследовательский институт консорциума.

Я гнал эти мысли из головы.

Стас перевернулся ногами вниз, его туника задралась, а плазмомет затрепыхался на ремне. Он падал камнем, удаляясь от нас. Солдаты последовали его примеру. Валка крепче схватилась за меня, и мы синхронно выполнили такой же переворот, нацелившись пятками к земле.

Наши маленькие фигурки могли остаться незамеченными для крепостных радаров, а скорость падения и расположение против солнца позволяли рассчитывать, что нас не увидят и невооруженным глазом. Шнур репульсионной сбруи трепыхался в чехле на плече. В отличие от древних парашютов, сбруе не требовалось много места, чтобы замедлить мое падение. В небе не раскроется множество лоскутов, мы не станем мишенями, заслоняющими солнце.

Прибрежная ржаво-коричневая земля неслась навстречу с неотвратимостью девятого вала. Мимо промчался кабель орбитального лифта, а следом – башенный шпиль, поддерживавший лифт на протяжении нескольких миль. Группа Арона должна была приземлиться на башню, установить взрывчатку и спуститься вниз к Шарпу. Прямо под нами, как и планировалось, была крыша длинного узкого строения. Внизу Стас махнул рукой, сигналя тем, кто падал за ним. До крыши оставалось пятьсот футов. Четыреста.

Триста.

Тут он промчался мимо нас, ракетой взмыл обратно к облакам – или так показалось. Он дернул шнур и теперь медленно снижался на крышу.

– Давай! – крикнул я, не зная, услышит ли Валка.

На всякий случай я отпустил ее руку. Бетонная плоская крыша неслась мне навстречу подобно ладони разгневанного бога, возжелавшего прихлопнуть меня, как назойливую мошку. Я потянул за шнур и почувствовал, как сбруя раскрылась, как ремни напряглись и дернули меня за плечи. Ощущение было такое, будто я упал в чан с желе или попался на эластичную леску, как рыба. Валка воспарила рядом со мной, болтая ногами в двухстах футах над крышей. Сбруя ужасно трепыхалась, отчего у меня зуб на зуб не попадал. Но все лучше, чем разбиться в лепешку. Я беспомощно взмахивал руками, словно пытаясь плыть. У сбруи было недостаточно силы, чтобы позволить человеку взлететь, и, пусть мне удавалось немного маневрировать, включая попеременно левый и правый репульсоры, путь у меня был один – вниз.

Первые из бойцов Стаса уже приземлились. Они сразу отключили репульсоры, активировали щиты и привычно выстроились треугольниками, спина к спине, как было принято в Имперских легионах.

Мои сапоги коснулись бетона секундой спустя, а Валка – еще через миг.

– К двери! – тихо скомандовал Стас, указывая направление.

За нами на крышу опустились еще тридцать человек. Пригнувшись, они двинулись к двери, цепляясь за бетон плазмометами и копьями. Здание почти на милю протянулось над низкими прибрежными холмами, узким торцом примыкая к куполу. Башня стояла с другого конца, щетинясь антеннами и спутниковыми «тарелками». Указанная Стасом дверь находилась со стороны купола.

– Живо!

Придерживая перевязь, чтобы сабля не гремела, я последовал за Стасом, держась как можно ниже, словно это помогало остаться незамеченным с башни. Казалось, весь мир вокруг затаил дыхание; солдаты молчали, следя за точками своих лазерных прицелов. В крепости дул легкий ветерок, принося язычки пара из узких труб, которые наподобие мерлонов торчали из крепостной стены.

– Заперто, – отчитался солдат, первым добравшийся до двери.

Не смутившись, Стас трижды стукнул себя в грудь, отдавая команду техникам. Двое выступили вперед. Молча, отработанными движениями, один вскрыл служебную панель у двери и, присев, отстегнул с пояса планшет, принялся набирать команды. Замок выглядел вполне обычным, но кто знает, как он был закодирован. Имперские коды были стандартизированы и поддавались взлому, но от варваров-экстрасоларианцев можно было ожидать чего угодно, поэтому нельзя было просто взломать замок, как мы сделали на топливной базе Вирди Планум.

Техник подсоединил к открытой панели два провода и поднял три пальца. Два. Один. Другой рукой он щелкнул переключателем сбоку планшета. Панель заискрила, задымилась и отключилась. Проверив результат, техник отошел, позволяя своему напарнику установить термозаряд.

Взрыв вышел ярким и жарким. Обычная сталь вспучилась и растаяла, словно воск, и спустя секунду дверь была открыта. Техники сделали так, чтобы система безопасности крепости зарегистрировала только небольшой технический сбой, а не взлом. В любом случае времени у нас было мало. Стас повел нас в коридор, освещая путь фонариком винтовки. Очевидно, вместе с дверью мы отключили и освещение.

– Заделайте. – Декурион кивнул на зияющую дыру в двери.

Техники поспешили выполнить приказ. Один достал баллончик с аэрозолем, позволяющим наскоро заделывать пробоины в обшивке шаттлов, и принялся заливать им