Притяжение. Голос одинокого сердца - Елена Ветрова

в этом мире? Что будет завтра? Ни у кого не было ответа. Они уже потеряли большую часть родных и друзей, потеряли страну и продолжали терять что-то близкое сердцу.

Наэль пошатнулся на ослабевающих ногах. Почти каждый из Андарии мог понять Армина в плане утраты. У каждого из них умер либо кто-то из семьи, либо любимый. Наэль тоже понимал, он потерял всю свою семью. Родители умерли. Из четырех братьев и трех сестер, в живых осталась только одна младшая сестра. Наэль прижал Эссу к себе с темнеющим светом в глазах. Упасть в обморок ему не позволили вырисовавшиеся среди фей фигуры двойняшек.

Калин и Кайла все слышали и видели. Они зарыдали, услышав про смерть Розаны. Оба что-то твердили о том, что Кайла видела это будущее, но так надеялась, что предсказание, ворвавшееся в ее сознание, окажется ложью. Девочка и без того не верящая в светлую жизнь, сорвалась с места и убежала. Калин лишь беспомощно оглянулся ей в спину, но был бессилен что-либо предпринять.

Наэль хотел поговорить с двойняшками, но сил уже было недостаточно. Голова закружилась, оглушив его адской болью. Эсса сильнее сжала его руку. Наэль не разбирал слов, окруживших его фей, почувствовал лишь как упирается в плечо друга и немощно упал.

Очнулся Наэль в домике, что стал для него и Эссы новым кровом. Рядом сидела Лика и болтала с его сестрой. Заметив, что он очнулся, Лика мигом развернулась, ее черные волнистые волосы разлетелись от резкого движения и упали на плечи, покрывая их шелковистыми прядями. Она протянула Наэлю стакан со сладкой водой, источающую слабый аромат малины.

— Местные жительницы принесли замороженных ягод, — улыбнулась девушка с пурпурными глазами.

Еще чувствуя в теле слабость, Наэль осторожно присел на кровати и сделал глоток сладкого напитка.

— Как он? — спросил Наэль, опустошив стакан. Эсса заботливо наполнила его новой порцией воды.

— Ты только пришел в себя, а уже интересуешься Армином? — попыталась пошутить Лика. — Как сам?

— Ну, — задумался Наэль. Физически он все еще был слаб. — Раз я все же очнулся, то уже хорошо.

— Наэль! — беспокойно протянула Эсса.

Но Лика его попытки сгладить напряженную обстановку все же поняла и весело улыбнулась.

— Тебе придется отдохнуть больше положенного срока, — констатировала целительница, — поскольку все мои медикамементы и лечебные травы были уничтожены вместе с Андарией. У людей, конечно, есть лекарства, но они не сравнятся с нашими. Так что рука будет заживать еще долго.

Наэль поднял забинтованную руку, что истерзали собаки. По сравнению с тем, что его ожидало помимо ран, это было не таким уж и плохим результатом.

— Я справлюсь! — заверил он девушку.

Немного отдохнув, Наэль поднялся на пригорок, где в окружении ветвистых деревьев сидел Армин, устремив взгляд на далекий горизонт. На его лице и теле пестрели свежие раны, из-за выкаченного собаками волшебства, что придавало жизненные силы, кожа стала почти прозрачной, глаза блестели застывшими слезами, весь его образ был пронизан болью и отчаянием.

Наэль медленно подошел к другу и безмолвно присел рядом. Армин не шелохнулся, продолжая смотреть вдаль.

— Ты ее чувствуешь? — спросил он.

Наэлю трудно было признаться и сказать Армину правду. Он потерял любимую девушку, но до сих пор не знал, что случилось с дочерью. Наэль тяжело вздохнул.

— Нет, — ответил он.

Армин прикрыл глаза, будто заковывая все свои чувства глубоко внутри, и мучительно выдохнул.

— Это не значит, что она обязательно мертва, — топорно вставил Наэль, словно каждая секунда промедления стоила королю жизни. — Она может быть слишком далеко. Ты ведь знаешь, что я не могу чувствовать тех, кто находится в нескольких границах от меня.

— Я знаю, — едва кивнул Армин. — Пообещай мне, что ты не перестанешь ее искать, что как только почувствуешь, сразу же скажешь об этом мне. — Армин впервые посмотрел Наэлю в глаза. — Пожалуйста, Наэль. Ее больше никто не сможет найти. Помоги мне. Найди мне мою дочь.

— Конечно, — согласился Наэль, — я не оставлю попыток почувствовать ее. Мы найдем ее. Я тебе обещаю!

Армин горько вздохнул.

— Прости, — протянул он, сморщившись не то от боли, не то от представленного ужаса.

— Армин? — уточнил Наэль, готовый тут же броситься за подмогой.

— Не нужно делать этого, — выдохнул Армин. — Ты едва не погиб. Тебе нужно восстанавливать силы…

— Армин, — прервал фею Наэль, — я сам этого хочу! Я хочу, чтобы твоя дочь была рядом с нами. Я начну поиски, как только буду в состоянии чувствовать волшебство.

Армин посмотрел на него грустными глазами, полными благодарности.

— Ты знаешь, что творится с Калином и Кайлой? — вставил Наэль, предполагая, что это отвлечет короля от собственной беспомощности.

— Господи, Кайла, — вздохнул Армин и поднялся на ноги. — Ты говорил с ними?

Вспомнив о двойняшках, Армин отбросил в сторону лишние слезы и собрался, не желая, чтобы брат и сестра, и без того намученные бесконечными смертями в семье, замкнулись в себе при виде немощных фей, что всегда казались для них бесконечно сильными и ловкими.

— С Калином, — ответил Наэль. — Он плох, но держится.

— А Кайла?

— Джей с ней разговаривал.

Наэль покачал головой. Девочка устала видеть смерти в своих видениях будущего, каждый раз они все сильнее и сильнее ранили ее душу. Смерть Розаны окончательно вывела ее из равновесия. Даже брат не мог ничего сделать.

— Где она? — уточнил Армин.

— Кажется, была у себя.

Армин оставил Наэля и поторопился к юной волшебнице.

Глава 26

Прежде, чем навестить Кайлу, Армин нашел ее брата, который сидел среди развалин старого домика и тихо плакал.

Заметив его, Калин постарался успокоиться, но был беспомощен что-либо сделать под натиском неугомонных горестных слез.

— Армин… — протянул он дрогнувшим голосом.

— Что ты здесь делаешь? — подошел ближе Армин.

— Я бесполезен! — со злостью высказался мальчик. — Я не смог никого спасти. Я ничего, ничего не сделал!

Калин ударил кулаками землю.

— Это не так, — протянул Армин.

— Я не спас папу, хотя знал, что он умрет! Я не спас маму, хотя знал, что она умрет! Я никогда не верил безумным предсказаниям своей сестры. И Розану я не спас, хотя и ее смерть Кайла предсказывала. Зачем?! Зачем тогда мне нужно это волшебство? Зачем мне эти силы? Почему я такой слабый?!

— Калин, — выдохнул Армин, с трудом наблюдая, как терзается мальчик. Он сократил оставшееся между ними расстояние, опустился на колени и прижал волшебника к себе.

— Почему? — всхлипнул Калин. — Почему все, кого я люблю, умирают? У меня никого, никого не осталось кроме Кайлы.

— Не правда, — возразил Армин. — У тебя есть мы. Все выжавшие после нападения