Тайный мир шопоголика - Софи Кинселла

Вдруг я понимаю, что готова расплакаться. Я хочу быть хорошей. Хочу привести свою жизнь в порядок. Хочу услышать его совет.

— Ну ладно, — наконец произносит Дерек Смит. — Посмотрю, что можно сделать. Приходите завтра в банк ровно в 9.30, и мы с вами побеседуем.

— Спасибо. — Я чувствую, как все тело оседает от облегчения. — Большое вам спасибо. Я обязательно приду. Обещаю.

— Да уж, лучше приходите. И никаких отговорок. — На его губах мелькает легкая улыбка. — Мне кажется, вы там неплохо смотрелись. И советы давали очень дельные.

— Что вы говорите! Спасибо. Это… — Я откашливаюсь. — Я хотела спросить, как вы попали на студию? Я думала, у них тут строгая охрана.

— Так оно и есть. Но моя дочь работает на телевидении. Она работала на этом самом шоу.

— Правда? — Я не верю своим ушам. Господи, невероятно. У Дерека Смита есть дочь. И другие члены семьи, наверное, тоже имеются. Жена и все такое. Кто бы мог подумать?

— Мне пора. Это была, так сказать, незапланированная экскурсия. — Он награждает меня суровым взглядом. — И надеюсь увидеть вас завтра.

— Я приду, — быстро говорю я. — И… спасибо. Спасибо вам.

Когда он скрывается из вида, я падаю на ближайший стул. Ну надо же. Я только что вполне мило поболтала с Дереком Смитом. С самим Дереком Смитом! И по-моему, он совсем неплохой дядька. Такой интеллигентный. И дочь у него на телевидении работает. Ну, в смысле, может, я с ней тоже познакомлюсь. И вообще с их семьей подружусь. Вот бы здорово было, да?

Стану ходить к ним на семейные ужины, а его жена при встрече будет так тепло и ласково обнимать меня, а я стану помогать ей накрывать на стол…

— Ребекка! — раздается голос сзади. Обернувшись, вижу спешащую ко мне Зелду.

— Ну, как все прошло?

— Отлично. — Она придвигает к себе стул. — Мне нужно кое-что с вами обсудить.

— Пожалуйста. А что именно?

— Мы считаем, что вы сегодня прекрасно справились со своей задачей. Просто потрясающе. Я говорила с Эммой, Роем и нашим главным продюсером, — она делает паузу для пущего эффекта, — и они хотели бы снова видеть вас на шоу.

Я смотрю на нее и от удивления не могу даже моргнуть. — То есть…

— Не каждую неделю, конечно. Но достаточно регулярно. Может, раза два-три в месяц. Как думаете, сможете уделять нам такое время?

— Я… я не знаю… Наверное, смогу.

— Замечательно! Мы могли бы и ваш журнал подключить, чтобы они не возражали. — Она что-то записывает в свой блокнот. — Так, своего агента у вас, наверное, нет? Поэтому все денежные вопросы будем решать напрямую с вами. — Она снова замолкает и сверяется со своими записями в блокноте. — За каждый выпуск мы предлагаем…

23

Отпираю дверь своей квартиры, медленно открываю. Такое чувство, что я ушла отсюда сто лет назад, что это было в прошлой жизни. С тех пор я выросла или изменилась.

— Эй, — осторожно говорю я в тишину и роняю сумку на пол. — Дома есть?..

— Бекки! — вопит Сьюзи, возникая в дверях гостиной. На ней черные легинсы, а в руках недоделанная рамка из джинсовой ткани. — Господи, где тебя носило? И что ты делала? Я увидела тебя в «Утреннем кофе» и не могла поверить своим глазам! Пыталась дозвониться до тебя в студию, узнать, как дела, но мне сказали, что можно задавать только вопросы о финансовых проблемах. Я им говорю — ладно, тогда я хочу спросить, куда лучше вложить полмиллиона. А они сказали, это не… — Она вдруг замолкает. — Бекки, где ты была? Что произошло?

Я не сразу отвечаю. Смотрю на стопку писем, пришедших на мое имя. Белые официальные конверты, коричневые конверты с окошком, конверты со зловещей надписью «последнее напоминание». Самая страшная стопка писем на свете.

Только почему-то… мне они больше не кажутся страшными.

— У родителей, — отвечаю наконец. — А потом на телевидении.

— Но я же звонила твоим родителям! И они сказали, что не знают, где ты!

— Ну да, — я отвожу взгляд. — Они защищали меня от… маньяка. — Заставляю себя взглянуть на Сьюзи, она таращится на меня во все глаза, явно ничего не понимая. — И потом, — оправдываюсь я, — я же оставила тебе на автоответчике сообщение, чтобы ты не волновалась и что у меня все в порядке.

— Ну и что! — кричит Сьюзи. — Они всегда так в кино делают. И это всегда означает, что тебе к виску приставили пистолет и вынудили оставить такое сообщение. Честное слово, я думала, тебя убили и покромсали на кусочки.

Она не шутит. Она действительно беспокоилась обо мне. Мне вдруг становится ужасно стыдно. Я не должна была вот так исчезать. Это было глупо, безответственно и эгоистично.

— Ох, Сьюзи, — я бросаюсь к ней и крепко-крепко обнимаю, — прости меня. Я не думала, что ты будешь так волноваться.

— Ничего, — смеется Сьюзи. — Сначала я волновалась, но когда увидела тебя по телевизору, сразу поняла, что у тебя все нормально. Кстати, ты просто молодец.

— Правда? Тебе понравилось?

— Очень! Ты была круче этого, как там его… Люка Брендона. Ну он и нахал.

— Да, — помедлив, соглашаюсь я. — Пожалуй. Но после передачи он был очень даже мил.

— Мил?.. — безразлично спрашивает Сьюзи. — Но ты все равно была круче. Кофе хочешь?

— Очень.

И она исчезает в кухне.

Я сгребаю счета и письма и медленно начинаю просматривать. Раньше меня бы затрясло от одного их вида. Скажу больше — они бы отправились прямиком в мусорное ведро. Но знаете, сегодня мне ни капельки не страшно. Нет, правда, ну как можно было столько глупить с деньгами? Как я могла быть такой трусихой? На этот раз я всерьез возьмусь за свои дела. Сяду с чековой книжкой и последними счетами и методично со всем разберусь.

Смотрю на охапку конвертов в руке и вдруг ощущаю себя очень взрослой и серьезной. Ответственной и разумной. Сейчас я наведу порядок, и отныне в моих финансах все будет четко и гладко. Я полностью перевернула свое представление о деньгах.

К тому же…

Вообще-то я не собиралась вам об этом рассказывать, но ладно. «Утренний кофе» будет мне платить бешеные, просто безумные деньги. Не поверите, но за каждую передачу я буду получать…

Ну вот, теперь мне неловко. В общем, скажу так… много. Хи-хи!

От этого приятного воспоминания улыбка расползается по моему лицу. Как только мне назвали сумму, я воспарила к небесам и с тех пор никак не могу опуститься на землю. Видите ли, теперь я смогу легко оплатить все свои счета. И по «ВИЗЕ», и по карточке «Октагон», и за квартиру — словом, все. Наконец-то с долгами будет покончено!

— Ну и почему ты так внезапно исчезла? — спрашивает Сьюзи, неожиданно возникая на пороге. — Что случилось?

— Не знаю, — вздыхаю я и кладу письма на стол. — Наверное, мне просто нужно было вырваться, подумать. Я была в смятении.