Пропасть между нами. Знак бесконечности (СИ) - Джахи Джамиля

Лишь, когда почувствовала твердое дно под своими непослушными ногами и обрела возможность уверенно двигаться в воде, баронесса решилась направить свое движение к берегу, не выпуская из рук корягу - спасительницу. Медленно, тратя последние силы, леди Джессика приближалась к берегу, если так можно было бы назвать ее замедленные движения.

На песчаный берег она практически выползла, обессилив от напряжения. Дрожа всем телом от холодного воздуха, баронесса даже не делала никаких попыток, чтоб согреться.

Ее уже не заботили мысли о диких зверях, которые, возможно, водились в этой незнакомой ей местности, а ядовитые змеи, которыми пугали нянюшки в детстве, также были не страшны.

Главное выспаться и отдохнуть на твердой поверхности. Отползти подальше от воды. Воспаленные глаза баронессы невольно слипались, и мягче этого песка не было для нее постели. Руки так и не выпустили корягу, вытащив за собой ее на берег.

Пробуждение от сна пришло внезапно. В воздухе запахло серой, и в сердце баронессы забралась тревога. Серой тянуло определенно с реки, на поверхности которой вдалеке стали видны огоньки.

«Неужели ведьма нашла способ найти меня и возобновить погоню? - мелькают панические мысли в взбудораженном мозгу, - Когда же все отстанут от меня? За что это мне?».

Баронесса, опираясь на корягу, встала. Времени на раздумья опять совсем не осталось. Тонкими ледяными пальцами леди потерла лицо, решаясь на очередной безумный шаг.

Отбросив уже ненужную корягу в сторону, баронесса обреченно побрела вглубь незнакомой местности. Подальше от пугающего ее берега с неясными приближающимися огоньками.

Просто чудо, что в воде она не потеряла обувь и другие свои вещи. Накидку и нижнюю юбку можно не считать за важные потери. Вот, если бы баронесса осталась бы без платья! Такого позора она точно не пережила бы!

Обувь, столь надежно привязанная в свое время к ее ногам, издавала чавкающие звуки. Пришлось остановиться, чтоб переобуть заново обувь и вылить из нее лишнюю воду. Неловкими движениями баронесса попыталась выжать воду с низа платья. Теперь было легче ходить, но леди опять теряла время, а выбора у нее совсем не было».

Джесси сама не знала точно, от чего проснулась. От переживаний за судьбу леди Джессики у нее потянуло в животе.

«Предвестники родов, - подумала Джесси, - Скоро. Совсем скоро».

Улыбаясь, вспомнила, как нянюшка огрела Альберта по спине своей знаменитой тростью, и очень вовремя, а то Джесси чуть не забыла, что имеет дело с герцогом. Увлеклась с поцелуями и дала лишнюю надежду герцогу. Теперь точно не отстанет! Такое скоро не забудешь.

- В нашем доме все соблюдают приличия! – кричала нянюшка при этом, - Я не допущу, чтоб имя баронессы трепали на каждом углу! Я Вам сейчас покажу, - угрожала старушка самому герцогу, - Как надо обращаться с приличными девушками на выданье!

«Это я, Джесси, девушка на выданье? – потешается, вспоминая разборки, баронесса, - Очень завидная невеста с двумя сюрпризами!».

- Когда у нас родится дочь, а она у нас рано или поздно родится - важно ответил герцог нянюшке, - Я учту все ваши пожелания и рекомендации в воспитании наследниц. Вы будете стоять первой среди нянюшек, которых будут подбирать для моей дочери!

- Вот еще, только в очереди я не стояла! – возмутилась нянюшка, - У меня все законные права на деток моей девочки! Зубы мне не заговаривайте, очень важный господин! Соблюдайте приличное расстояние! Стоило мне отвернуться на секунду, так Вы сразу и напали на беззащитную девушку! Это Вы умеете! Нянюшек он подбирать будет! Расстояние, я сказала, соблюдайте!

Нянюшка была в своем праве! Законы она знала. Нянюшек в этом мире не наказывали, если она замечала нарушение приличий.

- Я свою пенсию здесь не просто так получаю, - с важностью старушка сообщает герцогу новость, наслаждаясь его ошарашенным видом, - Заслужила на старости! За выслуживание лет, так сказать, трудовой шантаж и опыт работы!

Глава 84

«Что же это такое со мной происходит? – думает Джесси, - Альберт мне не муж, не жених, нисколько не любимый, не коллега по работе, не дружок и даже не сосед. Почему же у меня так бьется сердечко, когда он берет меня за руку и пытается обнимать?

Наверное, это все из-за наших поцелуев. Ой, как неудобно! Так некрасиво и не совсем прилично получилось! Теперь герцог подумает, что я на него «запала»!!! Ведь сама дала ему повод! Как я могла забыть о том, что он для меня абсолютно чужой человек! Хотя, целоваться с ним было…».

Джесси вновь задумалась, вспоминая свои ощущения от слишком тесного общения с герцогом. Она никак не могла понять себя.

Нянюшка же в тот вечер, отодрав герцога от подопечной, никуда не ушла из комнаты, но аудиенция после небольшого конфликта приняла более приличный характер. Теперь герцог не кидался на баронессу со своими жаркими лобзаниями, а сидел прилично, на определенном расстоянии, которое, впрочем, ему позволяло касаться с нежностью к пальчикам Джесси.

Нянюшка предпочла в этот раз не замечать легких поцелуев герцога бледных ручек Джесси.

Под влиянием неизвестных ей гормонов, а именно так сейчас оправдывала себя Джесси, она стала жаловаться Альберту на тяготы долгой беременности, регулярную тошноту при виде пищи, которой, впрочем, давно у нее не было (об этом неопытному в женских недомоганиях герцогу сейчас не следовало знать), токсикозы, драке деток в животике за наиболее удобные места под ее печенью.

Последняя новость ввергла герцога в подозрительное уныние, так как он все это время пытался представить дерущихся младенцев в неком тесном шаре (со слов Джесси), а познаний в медицине, как впрочем, и всем людям этого мира, ему для воображения явно не хватало.

Джесси поняла, что переборщила со своими рассказами и примерами из своей жизни лишь тогда, когда обратила внимание на то, как вытирает Альберт свой вспотевший лоб, явно сдерживая свои эмоции.

- Дорогая моя, я, конечно, не думал, что беременность для аристократки такой тяжкий труд, - начал оправдываться герцог, - Вот простым женщинам это совсем не представляет никаких трудностей. Оно и понятно. Отсутствие воспитания и плебейское происхождение. У них младенцы появляются в семье почти каждый год!

- Вот на это я и хотела обратить внимание! – начала обвинительную речь Джесси, - Кто же, наконец, озаботится состоянием здоровья несчастных женщин нашего общества! Состояние медицины просто ужасно! Кругом антисанитария и микробы! Не хватает больниц, я хотела сказать – лечебниц, акушерок и разных специалистов. Рожая каждый год по младенцу в этих ужасных условиях, женщины просто теряют здоровье, а потом семья теряет мать. Вот на какие проблемы должен обратить внимание герцог и руководитель государства!

Герцог честно пытался внимательно выслушать баронессу, но ее речь была переполнена многими сложными словами, которые ему были незнакомы.

Вначале он очень переживал, что обнаружит перед дамой своего сердца полное невежество в хозяйственных и государственных вопросах управления герцогством, но, вникнув, что баронессу волнует только проблема здоровья, каких-то там неизвестных ему женщин, успокоился.

«Может, она говорит сейчас о женщинах своих бывших владений? - подумал с облегчением он, - Слава Пастырю, с женщинами герцогства Джессика еще не знакома! Покойный барон, видимо, заставлял свою дочь заходить в каждую семью своих крестьян. Разве так надо воспитывать нежную дочь? Ее надо лелеять, а не заставлять заниматься с детьми простых людей. Вышивка, танцы. Бедняжечка, она всего этого была лишена своим жестоким отцом!».

Герцог прекрасно знал, что от нормального мужчины, если он не знахарь по женским хворям, не следует ожидать широких познаний в лекарском искусстве. Ему хватило рассказов баронессы про взбесившуюся печень, а также некие шары, прочно обосновавшихся в каждой беременной женщине.