Ловушка для Горби - Эдуард Владимирович Тополь

В ИСЕТИ БАСТУЮТ ПАТРОННЫЙ И РАКЕТНЫЙ ЗАВОДЫ ТЧК

ОБКОМ ПАРТИИ НАПРАВИЛ В ИСЕТЬ АВТОКОЛОННУ С МЯСНЫМИ И МУЧНЫМИ ПРОДУКТАМИ ТЧК

НАМ УДАЛОСЬ УБЕДИТЬ ОРУЖЕЙНИКОВ ОТКАЗАТЬСЯ ОТ ЭТОЙ ПОДАЧКИ ДО УСТАНОВЛЕНИЯ СВЯЗИ С ЗАБАСТОВОЧНЫМ КОМИТЕТОМ УРАЛМАША И ОСВОБОЖДЕНИЯ СТАСОВА И ВСЕХ ОСТАЛЬНЫХ АРЕСТОВАННЫХ ТЧК

В НАСТОЯЩЕЕ ВРЕМЯ ЕЩЕ ОДНА АВТОКОЛОННА С ПРОДУКТАМИ ДВИЖЕТСЯ С АРМЕЙСКИХ СКЛАДОВ К УРАЛМАШУ ТЧК

ЖДЕМ ВАШИХ УКАЗАНИЙ ТЧК

СООБЩЕНИЕ ВТОРОЕ:

В 14.40 НА ВОЕННОМ АЭРОДРОМЕ ВЫСАДИЛАСЬ ДИВИЗИЯ КГБ ЧИСЛЕННОСТЬЮ ПРИМЕРНО 1200 ЧЕЛОВЕК ТЧК

СЕЙЧАС ЭТА ДИВИЗИЯ ЗАНИМАЕТ ПОЗИЦИИ ВДОЛЬ ВСЕГО ШОССЕ ГОРОД — ОТЛЕТНОЕ ТЧК

ОДНОВРЕМЕННО НА ГРАЖДАНСКОМ АЭРОДРОМЕ КОЛЬЦОВО ИДЕТ ВЫСАДКА ДВУХ ДЕСАНТНЫХ ДИВИЗИЙ ЗАПАДНО-СИБИРСКОГО ВОЕННОГО ОКРУГА ТЧК

ОДНА ДИВИЗИЯ ВЫСТУПИЛА В СТОРОНУ ШОССЕ ГОРОД-ОТЛЕТНОЕ ЗПТ ВТОРАЯ ДВИЖЕТСЯ К ГОРОДУ ИСЕТИ ТЧК

ВОКРУГ ИСЕТИ УЖЕ СКОНЦЕНТРИРОВАНО ПРИМЕРНО СЕМЬДЕСЯТ ПРОЦЕНТОВ СИЛ ГОРОДСКОЙ МИЛИЦИИ И ГОРОДСКОГО ВОЕННОГО ГАРНИЗОНА ТЧК НАБЛЮДАЕМ ТАКЖЕ ПЕРЕБРОСКУ ТАНКОВ ПО ЖЕЛЕЗНОЙ ДОРОГЕ ИЗ ПЕРМИ К ИСЕТИ И ИЗ ЧЕЛЯБИНСКА К ЕКАТЕРИНБУРГУ ТЧК

ИМЕЕМ РЕАЛЬНУЮ ВОЗМОЖНОСТЬ ЗАДЕРЖАТЬ ЭТИ СОСТАВЫ ЗПТ ЖДЕМ ВАШИХ УКАЗАНИЙ ТЧК

ПРИЕМ…

Зарудный повернулся к Гусько, сказал негромко:

— Передавай, что ответ дадим через час.

Гусько достал из кармана электрический фонарик и послал в окно короткую серию вспышек.

После этого Зарудный вернулся за стол, сел и нервно вздрагивающими руками закурил папиросу «Казбек». Пожалуй, никто из рабочих «Уралмаша» никогда не видел этого самоуверенного, шумного и наглого мастера в таком взволнованном состоянии.

ИЗ «СТЕНОГРАММЫ ЗАСЕДАНИЯ ЗАБАСТОВОЧНОГО КОМИТЕТА» (Продолжение)

С.Зарудный: Садитесь, садитесь! (Ждет, когда все сядут на свои места). Теперь вы знаете почти все. А про остальное легко догадаться. Конечно, как сказал здесь Кузякин, эти два гроба с Наташей и Ириной Стасовыми не упали с неба. Но мы были бы последние идиоты, если бы притащили на завод эти трупы только для того, чтобы поднять забастовку. За всю историю советской власти еще никто ни разу ничего не добился от нее простой забастовкой. Ни в Новороссийске, ни в Краснодаре, ни в Польше. Но сейчас мы имеем уникальную ситуацию. Утром мы этой ситуации не имели, потому что не знали настроений на других заводах. Ведь у нас в России всегда кто в лес, кто по дрова. Но, кажется, подперло уже и тех, и других. Извините, я говорю невпопад и не по логике, потому что волнуюсь. Короче, так. Гусько, давай карту. (Гусько кладет на стол карту). Вот наш «Уралмаш», вот Отлетное кладбище, а вот город Исеть, его на карте нет из-за секретности, но мы его нарисуем — вот так (рисует). Теперь что мы видим? Как докладывает наша разведка, семьдесят процентов городской милиции, ГБ и военного гарнизона брошены вокруг Исети. Это и понятно: там такое количество ракет, что десять Хиросим можно за пять минут устроить. А про танковые снаряды я и не говорю! А остальные войска здесь, вокруг «Уралмаша», держат нас в блокаде. Чтобы, конечно, не дать нам с исетцами соединиться. Все правильно. Теперь вопрос: если бы власти хотели, как расписывал недавно Круглый, мирно решить с нами все проблемы — стали бы они вызывать сюда танки из Челябинска, дивизию гэбэшников из Москвы и десантников из Омска? И почему они выбрали для похорон самое дальнее кладбище, хотя в городе есть четыре других? И почему, как стемнело, дивизия КГБ занимает позицию вдоль дороги на кладбище? Как бывший майор Советской Армии, я могу вам сказать, на что это похоже. Это похоже на западню. Нас хотят вытащить с завода, увести на кладбище, и на этой дороге устроить нам то, что мы устраивали моджахедам в Афганистане. Вот на что это похоже. Но, предположим, мы не полезем в этот котел. Что дальше? Завтра они перегруппируют войска и придумают что-то другое. Потому что, когда у бастующих танки, пусть даже без снарядов — у властей начинает очко дрожать, и они нас войсками задавят. Значит, нам нельзя ждать до завтра. И вот тут я подхожу к самому главному. Посмотрите на карту еще раз. Вы видите, что, строя нам ловушку, они оставили почти весь город без прикрытия. Какие-то небольшие части дежурят, конечно, у «Станкостроителя» и «Инструменталиста», но небольшие. И в этом наш шанс. Сегодня вечером, прямо сейчас мы можем взять власть в городе — мы можем взять обком, горсовет, телеграф, радио — все! Потому что танки, которые стоят сейчас у нас во дворе, имеют полный боекомплект. Это было моим личным секретом до последней минуты, но теперь я могу вам сказать: у нас есть оружие для первого прорыва. А как только мы доберемся до «Урал-Грузовой», мы получим еще три эшелона боезапасов. Это откроет нам путь на Исеть. Конечно, вы можете сказать, что я авантюрист, что все равно нам не одолеть всех этих войск, которые они бросят на нас со всей страны. Но тут есть одна подробность. В Исети, как вы знаете, делают тактические ракеты. И если мы к утру их получим, Стриж и Митрохин остановят все военные операции. Потому что иначе мы просто раздолбаем весь Кремль этими ракетами, даже без ядерных боеголовок…

(Шум, выкрики, споры, высказывания присутствующих).

Зарудный: Тихо! Я такой же рабочий, как вы, а по всей стране таких, как мы, — миллионы. И уже всех подперло. Наверно, так бабы чувствуют накануне родов. Только в других городах нет такого шанса, чтобы вот тебе сразу и танки и снаряды к ним — аж шесть вагонов! А у нас есть. И еще две сотни наших «афганцев» с ночи разъехались по Уралу поднимать народ и ждут наших указаний. Вот и все, братцы. Но я думаю, что не вы должны решать восстание, а народ. Возьмите ваши магнитофоны, идите по своим цехам и дайте людям послушать все, что мы тут говорили. Если народ согласен на восстание, то каждый цех может стать полком. Но все должны будут соблюдать железную дисциплину. Однако об этом говорить еще рано, пусть люди сначала примут решение…

Выходя из конференц-зала вместе с другими членами Комитета, Акопян задержался возле нервно курящего Зарудного и сказал:

— На заводе сотня стукачей, не меньше. Весь твой план может рухнуть, если хоть один из них до начала восстания выскочит с завода.

— Я знаю, — ответил Зарудный и посмотрел на Гусько: — Что скажешь?

— Все проходные блокированы «афганцами», и есть люди, которые за ними