Цвет магии - чёрный. Книга 2 - Мария Николаевна Сакрытина

- А…

- Рай? – выдохнул я.

Он перевёл взгляд на меня, моргнул.

- А…

- Рай, это я. Элвин. Всё в порядке. Пожалуйста, не бойся. Я позову дворецкого, Алекса, он знает, что делать. – Ещё бы, он же высший демон.

- Эм… Нет. Мы не… Элвин, у тебя кровь!

Я посмотрел вниз. Точно, Шериада… Левая рука вся была в коричневых разводах.

- Это не моя.

Рай выдохнул. А я впервые заметил, что комната выглядит как-то бедновато. Где деревянные портьеры и изысканный шёлк? Мрамор, наконец?

- Рай, где мы?

- Во дворце. Господи, Элвин, что происходит? Откуда ты…

Хороший вопрос: что происходит? Мне тоже впору было его задать.

Глава 9

Что-то было не так.

Я имею в виду, кроме напавших на Рая наёмников (реакционеры? преступники? убийцы?), что-то было… неправильно. Наёмники врывались и в особняк Шериады, это тоже было странно, но… Да, уже привычно.

А сейчас… Я не мог понять, в чём дело. Подвеска Шериады молчала – но она никогда не предупреждала меня о проклятии, только отражала. К тому же королева вполне могла заставить свой артефакт замолчать навсегда. Если она во мне разочаровалась – а после моей выходки в её кабинете она наверняка разочаровалась… Значит, я остался без защиты.

Чужой магии в комнате тоже не чувствовалось – откуда? На Острове нет шаманов.

Но что-то всё равно было не так.

- Как ты?.. Откуда?.. - бормотал Рай, пока я осматривался. В голове словно колокольчик звенел: «Опасность! Беги! Спасайся!»

В Арлиссе было проще: там я всегда начеку… И редко остаюсь один. Меня провожают в столовую, на факультативы, в общежитие – Нил, Криденс, Сэв… Сэв особенно любил меня провожать, в прошлом месяце он ни дня не пропустил. «За тобой глаз да глаз», - шутил он. Конечно! Просто неопытный демонолог – желанная добыча, а Сэв, похоже, не мог бросить вызов сам – возможно, из-за титула? Зато мог защищаться, что он и делал с откровенным удовольствием.

Так, после одной из стычек, напавший на нас стихийник из другой группы начал вместо гласных мяукать. «Тяу му-у-урбьяу!» - заявил он нам, когда пришёл в себя. В саду, кажется, мы направлялись в столовую. К слову, стихийник не испугался, зато обиделся – жуть. Мяукал нам вслед до победного, Сэв жаловался, что вот-вот оглохнет.

И никто беднягу вылечить не смог, целители только руками разводили. Криденс с Адель в кои-то веки тогда были солидарны: они думали, что Сэв целителям попросту заплатил, и те не стали даже пытаться помочь. Вполне возможно, потому что деньгами Сэв сыпал без счёта.

«Я к нему, что ли, лез? – сказал он, когда куратор той группы явился выяснять отношения. –  Это он на меня напал. Причёску испортил». «Какую причёску? – съязвил тогда Криденс. – Ты себя в зеркало видел?» Сэв приосанился и ответил, ероша и без того встрёпанные волосы: «А ты знаешь, сколько времени мой слуга создаёт этот художественный беспорядок?»

На том всё и закончилось: быть принцем столь важной для Нуклия страны, как Золотая империя, означает, что наказать как следует тебя имеет право только Повелительница. И то, наверное, лишь с согласия твоего отца-императора. Хотя, по слухам, Повелительница может всё, и я в это верю…

Очевидно, она не захотела защитить Рая, или его никто бы и пальцем не тронул.

Кто-то из нападавших застонал, и меня передёрнуло. Тот, с двумя кинжалами… Кажется. Разве у него был шрам на щеке? Его сложно не заметить, но у меня как-то получилось. Сейчас я с трудом удержался от желания привести его в чувство ногой в живот.

Откуда такая кровожадность?

Колокольчик в голове надрывался, мурашки побежали по коже. Я снова осмотрелся. Ничего, ровным счётом ничего подозрительного, кроме этих ребят на полу.

- О каком лорде они говорили, Рай?

Он замолчал и спрятал дрожащие руки за спину.

- Рай, пожалуйста? Что за лорд?

Это дворец. Лордов здесь не так уж много. То есть, хватает, но не вечером, в неприёмное время. К тому же напасть на представителя принцессы – да и вообще напасть – рискнут, пожалуй, только члены королевской семьи. И то лишь мужчины, женщины вряд ли, у нас не принято таким заниматься. На Острове женщины не интересуются политикой, это неприлично. Хотя многие дамы плевать хотели на приличия. Но только не королевская семья, они же образец морали, символ стойкости и благочестия… Должны быть. Тот же принц Дамир, наример, от избытка морали не страдал никогда.

Рай молчал, зато его взгляд говорил лучше слов. Я говорил, что в Арлиссе трудно? Жизнь Рая в это время тоже была явно не сахар, а я на каникулах не удосужился даже спросить – то есть, как следует поинтересоваться, сам Рай в жизни не признается – всё ли у него на самом деле в порядке. Помимо нашествия варваров.

Я посмотрел вниз, на человеческую «поленницу».

- Шериада знает?

Рай не успел ответить – один из нападавших… да, тот, со шрамом – пришёл наконец в себя и посмотрел на меня без малейшего страха.

- А, так это ты ручной шаман принцессы. Так бы и сказал, тебя велели взять живым. А принцесса твоя и не узнает. Ты же ей не скажешь.

Я всё-таки его пнул – в висок, да, туда и целился. Он снова отключился, но так дёрнулся, что чуть не сломал фигурную «поленницу».

Колокольчик звенел не переставая. Господи, да в чём дело?

Я посмотрел на Рая.

- Что?..

Колокольчик взорвался.

Согласен, я дурак. Нужно было не только выставить, но и держать всё это время щит. Нужно всегда быть на чеку – как и положено порядочному нуклийскому волшебнику. Нужно запомнить, наконец, что я больше не спутник, и моя персона может интересовать не только богатых аристократок, но и их честолюбивых мужей: подчинённый волшебник – отличное оружие.

 Я просто представить не мог, что кто-то попытается напасть на меня дома. То есть, на Острове. Господи, у меня действительно больше нет дома, я нигде не могу чувствовать себя в безопасности!

Если вы из Нуклия и читаете это, то можете решить, что так мне и надо. Возможно даже, что я ною. Вы, должно быть, чувствовали такую же беспомощность давным-давно, в детстве. Вы наверняка уже забыли этот страх – однако я жил иначе. Я не привык бояться.

И когда дурея от боли – второй