Мифы мегаполиса (тематическая антология) - Дмитрий Колодан

— Портативная империя ситхов, — негромко проговорил магистр. — На территории РАО «ЮС» можно жить годами, не выбираясь в город. Это государство в государстве. В этом здании расположены магазины, рестораны, киноконцертные залы, библиотеки, сауны, гостиницы, кондоминиумы, прачечные, зимние сады, храмы, нотариальные конторы и выставочные галереи. Цены на всё до смешного низкие, но если потребитель демонстрирует атрибуты принадлежности к Темному Ордену, а не к обслуживающему либо вольнонаемному персоналу, то цены еще дополнительно делятся на два. В библиотеке можно взять на дом подлинные фрагменты «Некрономикона», оригиналы сочинений Парацельса, Джона Ди, Алистера Кроули, Гермеса Трисмегиста и Агриппы Неттесгеймского. В ночных клубах выступают приглашенные на три часа и доставленные чартерными рейсами Майкл Джексон, Робби Уильяме, Бритни Спирс и «Резиденте». В ресторанах и барах подают запретную черную икру, элитную мраморную говядину «Кобе», трюфели, экскрементный кофе «Копи Лувак», чай «Да Хун Пао» и «Сотерн» урожая 1787 года. Владыки ситхов заботятся о своей пастве и тщательно следят, чтобы их воинство не теряло лояльности по отношению к ним. Хлебом и зрелищами держат они на темной стороне Силы толпы неразумных неофитов…

Процессия пересекла обширный двор, заполненный снующими простолюдинами, стражниками и офисными менеджерами с пластиковыми файлами в руках, и через массивные железные ворота вступила во врата Башни. После тщательной проверки на металлодетекторе, газоанализаторе, масс-спектрографе и ультразвуковом сканере джедаи в сопровождении охранных големов были допущены во внутренние помещения цитадели ситхов.

Титус Рутра нервно поглядывал на левое запястье, на котором электронные цифры неумолимо отсчитывали драгоценное время, оставшееся до взрыва; магистр сохранял рыцарственное достоинство и хладнокровие, ни разу не бросив даже беглого взгляда на свой допуск. Механические стражники Башни Рунарха поначалу настаивали на том, чтобы джедаи оставили световые мечи на посту охраны, но потом, еще раз считав данные с допуска Чоудхури, рассыпались в извинениях и более препон не чинили.

Светлые рыцари вновь двинулись за бронзовым големом, коий указывал им путь к лифтам. Широкий сводчатый коридор, по которому они гулко шагали, был украшен увеличенными рисунками из исторических хроник и комиксов, посвященных великим деяниям ситхов. Крупно выписанные объемные слова «Бах!», «Трах!», «Буме!» и «Тресь!» прыгали навстречу входящим со всех стен и с треском лопались у них за спиной, подобно огромным мыльным пузырям.

— Внутри Башни расположены офисы, лаборатории, мастерские, гигантские боевые машины и пыточные подвалы Темного Ордена, — поведал наставник ученику, во все глаза разглядывавшему настенные фрески и готическую лепнину контрфорсов. — Здесь в алхимических тиглях и ретортах кипит мировое зло. Здесь вынашиваются коварные планы и разрабатываются бесчеловечные научные проекты. Здесь в ткань бытия вплетаются грубые черные нити…

Вскоре воины-джедаи вместе со своим почетным караулом вышли в просторную рекреацию, в стенах которой располагались серебряные двери лифтов. Над ними скалились и дразнили посетителей длинными острыми языками каменные горгульи, по пояс высунувшиеся из-за угловых балок, да так и застывшие навеки гротескными памятниками самим себе.

— Спасибо за компанию, господа, — внезапно обратился к големам сопровождения Чоудхури. — Было крайне приятно познакомиться с вами, но дальше, с вашего разрешения, мы уже сами.

В руке его блеснул световой меч. Отточенным самурайским движением магистр смахнул с плеч главного стражника бронзовую голову, и та, весело подскакивая на гранитных плитах пола, покатилась к выходу.

Ничего не понимая, падаван выхватил свое оружие. Каменные големы разом атаковали его с двух сторон; прянув назад, Титус сверху донизу располовинил первого противника, второго же с разворота полоснул поперек поясницы учитель. Големы кучей булыжников загрохотали по полированному граниту.

— «Зачет», юный падаван! — одобрил Джагавр. — Быстро и четко!

— Во имя Альмонсина-Метатрона, но зачем мы это сделали?! — воскликнул Пазузу.

— Потому что безгранично коварство ситхов, — снисходительно пояснил Чоудхури. — В тесной кабине лифта, где негде как следует размахнуться, у нашего эскорта было бы гораздо больше шансов расправиться с нами. Бронзовое шило в почку или стилет в печень. Или ты придерживаешься мнения; что им непременно нужно было дать шанс? Так было бы благороднее?..

— О Верховный Архитектор, — пробормотал Титус Рутра, глядя, как из-за угла один за другим выкатываются и принимают боевую стойку армейские роботы РАО «ЕЭС». — Я придерживаюсь мнения, что теперь нам крышка.

— Уныние — омерзительный смертный грех, юный падаван, — сообщил Чоудхури. — Тому, кто избавился от страха смерти, ничто не печалит душу. Лучше займи правильную позицию для отражения вражеской атаки.

— Внимание, злоумышленники! — пролаял один из роботов голосом дистанционного оператора. — Бросайте оружие и выходите в коридор с поднятыми руками!

— Что ж, мой мальчик, — хмыкнул магистр, стискивая рукоять светового меча, — нас ожидает славная разминка!

— Но учитель! Их же слишком много!..

— В чем дело? — ледяным тоном осведомился наставник. — Я ощущаю эманации трусости? А ну-ка быстро: слово, в котором имеется пять «о»!

— Но учитель!..

— Быстро, я сказал! — Чоудхури опустил меч. — Я не стану отражать выстрелы противника, пока не услышу слово с пятью «о». Ну?

— Это… сейчас… — пролепетал несчастный Рутра, заворожено глядя, как понемногу начинают вращаться барабаны встроенных пушек-пулеметов армейских роботов.

— Последнее предупреждение! — загремел динамик. — Если в течение пятнадцати секунд вы не бросите оружие и не выйдете в коридор с поднятыми руками, будет открыт огонь!

— Однако как нелепо мы с тобой погибли, юный падаван, — горестно вздохнул магистр.

— Нет-нет, учитель! Сейчас… М-м-м… Сейчас, сейчас.» Э-э-э… Молоковозов! — выкрикнул Пазузу. — Молоковозов!

— Это что, дурацкая фамилия?! — возмутился магистр.

— Нет, это множественное число, родительный падеж! Не вижу чего? Молоковозов!

— Ладно, «зачет», — нехотя проговорил Чоудхури. — Но молокозаводы в следующий раз уже не приму. И вообще не приму ничего, что не будет в единственном числе именительного падежа. Ясно?

— Ясно, мастер, — облегченно выдохнул Титус.

Они встали плечом к плечу у дверей лифта, ощетинившись лезвиями световых мечей.