Семья волшебников. Том 2 - Александр Валентинович Рудазов

интересно, что такое настоящий гоблинский ужин, но теперь уже не очень. Потому что гоблинский ужин оказался похож на чан помоев, который дома выливают в яму.

Тетя Грымза варила все это прямо у Вероники на виду, а другая гоблинша и все дети ей помогали. Они кидали в котел нечищеную картошку, морковку, капусту и лук, причем не моя, причем половина была подгнившая. Они чуть-чуть все-таки чистили, убирали комья земли и самые испорченные куски, которые Грымза тут же сама и съедала, но все остальное отправлялось в похлебку.

Это была так называемая кассуле, вечная похлебка. Высокое кулинарное искусство гоблинов. Самую малость дровишек, а лучше угольку, чтобы очаг постоянно грелся, и хороший добрый котелок — а все остальное даст мать-природа.

Просто налейте в котел воду, положите что-нибудь мясное или условно-мясное — и добавьте любые ингредиенты, которые вам нравятся. Нет, на самом деле, абсолютно все годится, если вы гоблин. Любые овощи, фрукты, злаки, масло, сыр, трава, древесная кора, камни и глина… ладно, камни и глину не стоит, но в остальном — что угодно.

Только не забывайте подливать воду и подкидывать все, что удалось найти или поймать. Помешивать, не давать остыть, время от времени кипятить, чтобы не давать слишком уж плодиться хомунциям. Если нашлись какие-то приправы — совсем замечательно, вкус все время будет новый и неизменно интересный.

В традиционных гоблинских хозяйствах такая вечная похлебка может тихонечко тушиться годами. Десятилетиями. Говорят, в недрах Мардахая бурлит котел, которому полторы тысячи лет, который поставили на огонь самые первые гоблины-переселенцы, явившиеся на Парифат из сказочной страны за облаками.

Этой похлебке, конечно, вечной еще только предстоит стать. В день переезда Грымза начала приготовление с нуля. Но со старого места она привезла горшочек загустевшего бульона, так что новое кассуле стало наследницей старого, поставленного на огонь еще бабушкой Каргой и торжественно переданного Грымзе, когда ее еще звали не Грымзой, а Косточкой.

— Главное, чтобы настоялось, — объясняла Веронике Клецка. — Тогда земля вниз уйдет.

— Сегодня у нас с фасолью! — гордо провозгласила тетя Грымза, кидая в котел фасоль вперемешку с червяками.

Варилась похлебка долго, а пахло от нее все гаже и гаже. Вероника с грустью вспомнила мамину манную кашу. С комочками. Они зато съедобные, пусть от них и тошнит.

Да и вообще-то мама всегда готовит нормальную кашу. Это в этот раз она зачем-то решила проучить всех, в том числе и Веронику.

А Вероника тут при чем? Вероника хорошая, она всегда все делает по правилам.

— А у меня дела, — сказала она, пытаясь выползти из-за стола. — Я пойду.

— Ну куда ты? — плюхнула перед ней помятую миску тетя Грымза. — Сейчас будет готово.

Веронике уже не хотелось ужинать. Ей хотелось только тошнить. Но гоблинята дружно лупили по столу ложками, облизывались и кричали.

Поскольку сегодня у них были гости, Грымза даже вытерла стол. Но тряпка была не первой свежести, и Вероника подумала, что мама бы сказала, что она несет благическую опасность.

А потом в миску плеснули бурой жижи. И тетя Грымза заботливо оторвала Веронике кусок хлеба. От каравая, который прижимала к грязному вонючему переднику. А перед этим он лежал на грязном засаленном столе с дохлыми мухами…

— Я не хотю есть… — снова попыталась уползти Вероника.

— Так, — уперла руки в бока тетя Грымза. — Это что за капризы, девушка? Ты знаешь, что делают с гоблинятами, которые плохо кушают?! Их отправляют в котел!

— А тё там с ними делают? — испугалась Вероника.

— Моют дочиста!

Гоблинята в ужасе выпучили глаза и издали хоровой вздох. Ложки быстро замелькали, они принялись уплетать бурое варево.

— И шелуху съесть не забудьте! — велела тетя Грымза.

— Пусть оно истезнет… — зажмурилась Вероника. — Пусть истезнет куда-нить… глаза б не видели…

Когда она разжмурилась, похлебки перед ней уже не было, и Вероника облегченно выдохнула.

— Вот, вот, видели?! — завопила Клецка. — Она заставляет вещи исчезать и появляться!

Гоблинята подались вперед, а маленькая Мышь вообще залезла на стол и попросила:

— Сделяй куёчку!

Майно, Лахджа, Тифон и увязавшаяся за ними Астрид шагали через лес. Гоблинята возвращались домой не прямым путем, а немного путаным, так что пришлось попетлять. Параллельно собачьему нюху Лахджа использовала Ме Отслеживания, но оно действовало по тому же принципу, так что все равно идти по следам.

— Ищи, Тифон, ищи! — понукал Майно, который начал немного волноваться.

Пес почему-то сначала привел их к помойке. Ну да, конечно, гоблины же. Лахджа остановилась на краю ямы, чтобы убедиться, что там нет ее дочери или еще кого-нибудь… и с изумлением уставилась на копающегося в мусоре старика. Одетый в непромокаемую мантию и перчатки, он перебирал старые счета, исписанные черновики Майно, еще какие-то грязные бумажки…

— Я на них найду управу… — донеслось тихое бормотание. — Я этих Дегатти выведу на чистую воду… Выселю их… да прямо в Карцерику…

— Мэтр Инкадатти, а вы зачем в моей помойке роетесь? — осведомился Майно.

Инкадатти повернулся, втянул голову в плечи, по-змеиному зашипел и совсем не по-стариковски выпрыгнул из ямы.

— Я… не знаю, что сказать, — отряхнулся он. — Неловко получилось. Я просто уронил тут… кое-что.

— В нашу выгребную яму?

— Ну… эм… неловко получилось, — повторил Инкадатти. — Я играл в уош, и мяч закатился прямо…

— Вы играете в уош?..

— Плохо, поэтому мяч и укатился. Вот он, — продемонстрировал мячик старик. — Я его только что нашел. Я нашел, что искал, теперь я пойду.

И он засеменил прочь, придерживая полы мантии.

Семья растерянно постояла на краю ямы, Майно вытащил из нее Тифона, который принялся с интересом все обнюхивать и немного валяться…

— Фу, отвратительно, Тифон, — поморщилась Лахджа. — И кстати, мы искали дочь.

— А нашли Инкадатти, — хмыкнул Майно. — Пойдем.

Астрид, которая, в отличие от родителей, знала, где живут гоблины, и несколько раз уже была у них в гостях, с превосходством произнесла:

— Какая-то проблемная у меня сестра, теряется все время. Я вот такой в ее возрасте не была.

— Ты просто ела все подряд, — хмыкнула мама. — Грызла мебель.

— И кусалась, — добавил папа.

— Все равно не так страшно.

— А еще тебя похищали мои родственники, — напомнила мама.

— Я гостила у теть и дядьев, — поджала губы Астрид.

— Они сломали тебе руки и подвесили вниз головой.

— А мы еще не знаем, в каком состоянии найдем Веронику, — возразила Астрид. — Может, ее там уже доедают.

— Типун тебе на язык, — сказала Лахджа и невольно ускорилась.

Да, гоблины жили не в самой усадьбе Гальвени. Они расположились к северо-западу, довольно близко от поместья Дегатти. Перейти речку, пройти метров триста по березовой роще — и