Гномий Клинок - Дмитрий Морозов

— Как ты оказался здесь? Ты же был в расщелине?

— Какой расщелине? Ты что, переработал?

Элан оглянулся — позади него возвышалась монолитная стена, без всяких признаком ещё недавно прорубленного хода. Он только покачал головой.

— Ну вы, блин, даёте. Это что — сила гор?

— У камня свои секреты. Их не понять тем, кто состоит из мягкой плоти — ты не обижайся, ладно? А так можно быть уверенным, что магма не повредит моим сородичам.

— МАГМА?

— Чёрт, забыл предупредить. Старушка гора решила очистить свои пещеры от порождений мрака, сделав их доступными милому её сердцу народу молотов. Но никакой спешки нет — у нас есть ещё пара часов — или около того!

— Так и знал, что этим кончится! — Элан торопливо вскочил, и, достав заранее вручённую ему предусмотрительными гномами тряпицу «специально для того, что бы не повредить астролита», принялся заворачивать кристалл в несколько слоёв ткани.

— А если придётся прорубаться сквозь тёмных тварей?

Кристальный пепел безразлично ответил, поудобней устраиваясь за спиной Элана:

— Кто поумнее, сам уберётся с нашей дороги, почуяв астролит — а с остальными как-нибудь разберёмся — их не должно быть так уж много.

Однако всякой мелочи было предостаточно. Стоило им вынырнуть из тумана, поднимаясь по гномьему штреку, как тут же пришлось выхватить меч, отбиваясь от самых разнообразных существ, словно специально ожидавших его на этом пути. Но то ли сказалась влияние кристалла, то ли подрагивание почвы под ногами — твари атаковали вяло, торопясь поскорее увернуться. Стоило схлынуть первой, самой решительной волне — и можно было уже идти, правда, внимательно прислушиваясь к шорохам и пресекая, в прямом смысле этого слова, любые поползновения на его ценный груз. Элан всё убыстрял и убыстрял шаги, а когда надёжный гранит треснул и зазмеился паутиной разломов, не выдержал и сорвался на бег. В спину дохнуло жаром глубин, с потолка посыпались пока мелкие камни, и хранитель убрал меч за спину, слишком занятый бегом, что бы отвлекаться на атаки. Тёмные радостно взревели и полезли гурьбой — но то, что делало Элана более быстрым и ловким, замеляло их движения, и человеку ничего не стоило уворачиваться от вялых и неуклюжих атак.

С разгона Элан вылетел в небольшой зал — и едва сумел остановиться: прямо перед собой он почувствовал холодное дыхание древней пропасти. Торопливо выхватив кристальный пепел (тёмные твари, пытающиеся его догнать, сразу замедлили свой бег, и иные и вовсе повернули назад) он глянул вперёд — и увидел, как каменный мостик, построенный тысячелетия назад хозяйственными гномами, медленно и неуклюже заваливается вниз, делая переход через древнюю трещину невыполнимой задачей. Хранитель, не дав себе времени на раздумья, торопливо прыгнул вперёд, в полёте оттолкнувшись от остатков рассыпающегося моста, метнулся вверх, кинув перед собой меч — и ухватился рукой за острые края остатков моста — но уже на другой стороне.

Он тяжело перевалился на землю у трещины, положил руку на тускло светящийся кристальный пепел, и глухо, с трудом переводя дыхание, произнёс:

— Ты не говорил мне о трещине.

— А я о ней и не знал. Впрочем, она не стоит внимания — разлом невелик, и поднимающееся из глубин лава заполнит его меньше, чем за пять минут.

— Чёрт! — Элан вздохнул воздух, в котором уже носились кусочки пепла, и торопливо двинулся вперёд.

— Нам нужно добраться до врат народа молотов. Старушка никогда не причинит вреда своим любимцам, и извержение остановится, не повредив их. Но до этого всё будет уничтожено.

— А то я не понимаю! — Резь в спаленных бегом лёгких перехватывала дыхание, мышцы одеревенели и не хотели служить, тёмные совсем ошалели и то испуганно прыскали в стороны, то наваливались с бесшабашностью отчаяния, заставляя работать ставшим неподъемным мечом. Ни один человек не выдержал бы такого сумасшедшего бега, в темноте, постоянно ожидая нападения, под уклоном, ведущим неизменно верх. Пожалуй, его не выдержал бы и гном. Последние метры Элан бежал на автомате, не открывая залитых потом глаз, убрав меч в спину и не пытаясь уворачиваться от атакующих тварей. Ещё спасала защита — восстановленная кристальным пеплом глубоко в недрах горы, она ещё держалась, заставляя мелкую живность скользить, и помогая хозяину выиграть драгоценные секунды. Он не помнил, как, вывалившись на нижний ярус гномьей цитадели, упал ничком, выдохнув:

— Закрывайте ворота! Скорее!

Как гномы торопливо боролись с массивными створками, поливая огнём из своих диковинных машин пытающихся убежать от извержения тёмных, как запертые гигантским стальным брусом, массивные ворота дрогнули — но выдержали ослабевающий напор глубин — лишь на петлях появились крохотные пузырьки лавы. Он ничего этого не видел. Он спал.

Зелёная трава легко колола подушки лап, туманя голову ароматами леса. Было так приятно скользить по подлеску, оглядывая нижние ветви деревьев, слушая пересвист птах, беззаботно чирикающих о чём-то своём, не обращая внимания на скользящую внизу тень. Солнечный свет, проникая сквозь кроны, залитые лёгким туманом, бросал на землю узорчатые тени, создавая диковинные узоры. Где-то поблизости встала на след его стая, и ему не терпелось присоединиться к ней, почувствовать зов крови, ощутить сладость упоения добычи.

— Элан! — Фиолетовый силуэт призрачного человека сгустился перед мордой огромного волка, преградив ему дорогу. Зверь зарычал, оскалив клыки.

— Приди в себя! Хватит расслабляться. Да, ты здорово напрягся и заслужил сон, тем более, что несколько тёмных тебя достало и народ молотов, обрабатывая твои раны, щедро напичкал тебя сонным зельем — но ты мне нужен!

— Как? Я не в подземельях! — Элан остановился, не удивляясь, что может говорить в облике волка.

— В подземельях, но ты спишь. И я не могу до тебя дотянуться — ты зачем-то выхватил меня, и теперь я покоюсь в трёх метрах от тебя, на узорчатой, покрытой тончайшей чеканкой подставке — очень торжественной и совершенно неудобной. Так что разбудить тебя я не могу — а сам ты будешь спать ещё минимум часов десять.

— И зачем в таком случае ты мне докучаешь?

— Эти коротышки решили закончить тобой начатое и возродить грибницы! При этом не выяснили состав воды, понадеявшись на заверения рунных магов об отсутствии в ней постороннего влияния.

— Но разве этого мало?

Фиолетовый силуэт устало вздохнул.

— Конечно. Да, если в воде нет магических примесей, большинство гномов сможет «на зуб» определить состав воды — однако есть мизерные взвеси, которые не могут быть замечены, зато влияют на молодую грибницу, изменяя её, делая ядовитой, уничтожая листья меллиорна, повреждая астралит…