Ненаучный подход (СИ) - Келин Алекс

— Шел бы ты… на поэтический вечер, — уже намного тише ответил собеседнику Горностай. — Прокурор-стихоплет, тебе за один мундир нальют и хлопать будут, — Горностай ненадолго замолчал и продолжил уже без ерничанья: — Перед князем я за все отвечу, а жалобщики твои рылом не вышли, чтоб я перед ними распинался. И людей моих не трожь, ясно?! Все претензии — ко мне, я приказы отдавал.

Виктор постучался, получил громкое «не заперто!» и вошел в кабинет начальника.

Гнездовский прокурор посмотрел на него, чуть удрученно покачал головой и молча вышел. Горностай, красный со злости, кивком указал Виктору на стул.

— Слышал? — спросил шеф.

— Так точно, — не стал отпираться Виктор.

— Вот и хорошо. Завтра окажешься без начальства, на вольных хлебах… Или нет. Это уж как повезет. Чего пришел-то? — устало вздохнул Горностай, усаживаясь в свое кресло. — Посольство от драки уберег, княжьим людям дома у Мальцевой нахамил, князю на глаза не попался. Сплошные успехи.

— Надо бы развить, — сказал Виктор. — Дело об убийстве Ивана Шкипера можно объединять с делом об убийстве мага Кшиштофа и с делом о сегодняшнем разрушении моста. Скорее всего, организатор один, и это кто-то из верхушки магической Академии. Нужно расспросить ректора.

— Повесткой вызовешь?

— Ксения Красницкая и Вильгельм Динхофф через неделю созывают экстренное заседание Ученого совета, — Виктор предпочел не заметить сарказм шефа. — Мне нужно там быть. Анна точно поприсутствует, в качестве свидетеля.

— Так вот о чем вы у Мальцевой чаи гоняли… Наш пострел везде поспел, — задумчиво протянул Горностай и крутанул карандаш. Подумал несколько секунд, повторил финт и скомандовал, повысив голос:

— Светлана! Зайди.

Когда Светочка оказалась на пороге кабинета, полковник выдал ей официальный бланк стражи и велел:

— Бросай все дела, выписывай нашему следователю Бергену командировку в Дракенберг. Пока я еще здесь начальник, а заодно исполняю обязанности полицмейстера, обойдемся без цепочки инстанций. Только давай побыстрее.

Светочка за многие годы привыкла ничему не удивляться. Она глянула на Виктора и простучала каблучками обратно в приемную.

— Вас повысили? — поинтересовался Виктор.

— Что-то вроде того, — кивнул полковник. — Полицмейстер хотел перевести стражу на осадное положение и охранять магистрат и управу до особых распоряжений. Я с ним не согласился, слово за слово… Полицмейстер сидит в камере, я — здесь, на улице солдаты из гарнизона. Воевода очухивается с перепою. Его заместитель матерится в голос, что мало меня бил в детстве. Кто кого бил еще, оба в синяках ходили… Зато в городе вместо погромов — пара драк и одна неудачная попытка поджога колдовской лавки.

— Ого! Но ведь победителей не судят?

— Вот и поглядим.

Полковник порылся в столе и выдал Виктору увесистый потрепанный кошелек.

— Держи командировочные, уж чем богаты. Постарайся прижать ту сволочь, что нам это устроила. Или хотя бы доподлинно выясни, кто это. Если я еще буду в этом кресле — придумаем, как призвать мерзавца к ответу. Если нет… Я в тебя верю. И отправляйся побыстрее, пока кто-нибудь мой приказ не отменил.

— Пока не могу. Мне еще хоть пару суток бы и обоих стажеров. Надо кое-какие бумажки подсобрать, здесь и в Перевальске.

— Ну смотри. Тогда в управу не суйся.

Виктор встал и молча отдал салют стражи.

Полковник ответил ему тем же.

В приемной Виктора остановила Светочка. Велела расписаться в журнале за командировку, потом еще в каких-то бумажках, а под конец попросила:

— Вить, привези мне, пожалуйста, духи из Дракенберга.

— Ч-что? — поперхнулся следователь.

— Духи. «Крыло золотого дракона». Я тебе запишу, чтоб не забыл. Дела делами, но вскоре все устаканится как-нибудь. Жизнь продолжается, кто бы ни пытался это опровергнуть, а?

— Ага, — согласился Виктор. — Может, еще цветочек аленький?

Светочка строго на него посмотрела.

— Личную жизнь я предпочту устроить без заморских чудищ.

Глава 25. Служить и защищать

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

В Дракенберге было невероятно красиво. На его фоне гранитный Гетенхельм казался мрачным и помпезным, а празднично-разноцветный Гнездовск — захолустным, хоть и милым.

Тонкие ажурные башенки дракенбергских особняков стремились вверх и как будто парили над зеленью парков. Камни мостовых были подогнаны идеально, между ними не пробивалось ни травинки. Зато клумбы и газоны радовали глаз цветами, рассаженными причудливыми узорами.

Анна Мальцева смотрела вокруг с такой тоской, что Виктору на секунду стало неловко. Он вспомнил себя на аллее княжеского парка пару лет назад — как будто вернулся домой, но дом давно чужой и ты в нем никому не нужен.

— Скажи, — он показал Анне на огромные спирали из тюльпанов на склоне декоративного вала, — это для красоты или магии?

— Для красоты. Они отцветут через неделю, недолговечное колдовство получилось бы.

Здания в пять-шесть этажей были здесь обыденностью. На внешних стенах некоторых из них Виктор разглядел стеклянные коробки подъемников. Он, конечно, слышал о таких штуках и даже видел парочку в гётских замках — но там ворот крутили вручную, а здесь все приводилось в движение магией.

Подмывало плюнуть на гонор и солидность, с помощью Анны проникнуть в какое-нибудь здание, покататься на подъемнике и посмотреть на город колдунов сверху. Может быть, потом Виктор так и поступит.

Анна проследила за его взглядом.

— Я впервые увидела Дракенберг в тринадцать. Представляешь? Чуть не плакала от восторга. Не знаю, как бабушке удалось договориться со швейцаром, но нас покатали на подъемнике банка. Видишь, высокое здание из красного кирпича? Вот там. Давай потом зайдем?

— Давай, — кивнул Виктор. — Думаю, никто не удивится, что дипломированный маг устраивает экскурсию провинциалу.

Здесь вообще никому не удивлялись. Похоже, глазеть на встречных считалось дурным тоном. Или все настолько привыкли к иноземцам, что удивить жителя Дракенберга было непросто. В магической столице встречались жители почти любой страны, от разнообразия костюмов разбегались глаза. Зато на них тоже не обращали внимания. Анна раскланялась с парой знакомых, но они спешили куда-то по своим делам, как и все в этом городе.

— Пойдем по прибрежной аллее, там красивый вид на реку и памятник Триедину, — предложила Анна. — По улицам петлять придется, да и нет там ничего интересного.

Виктор прекрасно знал, что город крошечный, раз в десять меньше Гнездовска. Анна рассказала, что всеми красотами Дракенберг обязан мощному источнику природной магии. И, конечно, огромным капиталам колдунов. Все равно ощущение было малоприятное — как будто мельник с дальнего хутора впервые увидел Гетенхельм. Обидно чувствовать себя деревенщиной, особенно рядом с выпускницей Академии.

Они вышли на аллею над набережной. Слева открывался великолепный вид на реку, а справа цвела яблоневая роща. Розовые и белые цветы перемешались ароматным облаком. Эта продуманно-небрежная красота Виктора уже раздражала.

Впереди уже была видна усадьба ректора. За ней поднимались шпили учебных корпусов.

Нестриж здесь был шире, чем в Гнездовске, и намного глубже. По центральному фарватеру под всеми парусами шел галеас под гнездовским флагом. Весла были убраны — хватало ветра и течения. «Княгиня Даримира» должна была бросить якорь напротив Академии. Повезло, что «Княгиня» уже дней десять была на учениях неподалеку, от Гнездовска ей сюда идти минимум неделю при хорошем ветре.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Как думаешь, — спросил Виктор, — что получится, если попытаться утопить освященный галеас магической бурей?

— Ничего, — сказала Анна. — Князь с Ксенией проводили эксперимент. Все успокаивается в метре от корпуса. Может быть, если сложить усилия сразу многих магов, что-то и выйдет, но вряд ли. Ксения очень старалась.

— М-да… Если князь решит размолоть пушками стены Академии, ему никто не возразит?