В твою любовь. Рискуя всем (СИ) - "Dididisa"

Лэндон

Надо быть полным идиотом, чтобы не догадаться, что таким образом — через дурацкую игру — Ким попробует выйти на контакт со мной.

Это так в её духе: манипулировать людьми. Пускай невзначай и незаметно, пускай не всегда очевидно — но всё же.

Вот что ей стоило просто подойти и извиниться?

Я тоже не собирался оставаться в стороне, но в этот раз считал, что инициативу должна проявить именно Ким. Она ведь задета — её гордость и совесть, и я был уверен, что чувствует вину.

А в итоге моя рыжая сумасшедшая девчонка затевает игру, вовлекая туда всех, и эта игра однозначно не самым лучшим образом сочетается с алкоголем. Уже представил, какие пошлые и ненормальные вопросы и действия она будет предлагать…

Я еле сдерживался, чтобы не сделать Ким замечания: кажется, выпила она уже достаточно, теперь заплетающимся языком объясняя правила.

Крис же, смутившись, пожелал нам спокойной ночи и ретировался в палатку к спящему командиру, где обустроил себе отдельное место ночлега. Его можно понять — я часто замечал, как он неуютно и, возможно, одиноко чувствует себя в нашей компании, видя мои отношения и Эрика, поэтому как только выдавалась возможность, он находил повод уйти, лишь бы не оставаться именно с нами четырьмя.

Да и памятуя о том, как наш предводитель тогда в лазарете отреагировал на переливание крови Грейс от Криса, я предполагал, что последний претендовал когда-то на её взаимность. И, скорее всего, это длилось ещё во время их инициации, когда я был инструктором, соответственно, он отошёл в тень, как только на горизонте вновь объявился Эрик и завоевал Грейс — судя по всему, практически без боя.

Удивительно, но за ней, неофиткой, я не замечал тогда особого интереса к нашему нынешнему сероглазому лидеру.

Хотя, по правде сказать, кроме собственных чувств, постоянно долбящих внутри к Ким, которая уже столько лет жила на полигоне, я не замечал ничего.

— Короче, смотрите, — Ким махнула рукой за Крисом, который скрылся за пологом, и потянулась за какой-то веткой, найдя её в траве. Чуть завалилась на бок, вернулась в то же положение и начала разламывать её на разные кусочки. — Сделаем так: короткие палочки — это действия, длинные — это вопросы. Отказываться от действий нельзя, так же, как и нечестно отвечать на вопросы. Будем передавать их друг другу по кругу, скрывая в ладони длину — кто что вытянет, то и выполнит. Спрашивать и вытворять можно что угодно.

Я тяжело вздохнул, придвинувшись к ней поближе и занимая место ушедшего товарища. Моя бестия никак на это не отреагировала, расфокусированным взглядом, в котором плясали привычные смешинки, скрывающие её внутреннюю боль, оглядывая то Эрика, то Грейс.

Я тоже посмотрел в их сторону, отмечая про себя, как странно мы все выглядели в этой обстановке. Казалось бы, ещё недавно, мы с Эриком с трудом могли назвать друг друга друзьями и просто сохраняли лояльность и дистанцию, без ненависти и презрения, которые так были ему присущи по отношению к остальным; та же Грейс, оставшаяся в моей памяти слабенькой, зажатой неофиткой — при этом честной, серьёзной и исполнительной — волею судьбы и по моей рекомендации, поразительным образом очутилась рядом с Ким на полигоне, став её лучшей подругой; а сейчас рядом со своим мужчиной выглядела счастливой и расслабленной, обняв колени и прижимаясь боком к фигуре Эрика.

Жизнь — чертовски непредсказуемая штука, вечно перетасовывающая карты так, что ты никогда не угадаешь, где и с кем окажешься в следующую минуту…

— Если бы ты поменьше занималась «сокрытием длины в ладони», возможно, твои наскальные рисунки были бы более реалистичными, — вдруг усмехнулся Эрик, вильнув бровями в мою сторону.

Да я смотрю, тут у всех, кроме меня, настроение на высоте…

Видеть и слышать его таким было непривычно и забавно, и я вновь убедился в том, как правильно выбранные женщины благотворно влияют на нас, мужчин.

Грейс тут же прыснула со смеху, прикрыв рот длинным рукавом куртки; я тоже спрятал улыбку, пока Ким, воинственно надув губы, дернулась в сторону Эрика с палочками:

— Ох ты ж блять, какой разговорчивый! Ну-ка, давай, лидер всея Чикаго, вытаскивай первым!

Эрик пригубил виски, уже будучи явно навеселе, и театрально закатил глаза. Но веточку всё же вытащил.

Длинная.

— О-ля-ля! — Ким вскинула свою кружку, расплескав содержимое по траве и углям, отчего они мгновенно зашипели, и ехидно прищурилась. — Вытягивал из моей руки, значит, отвечай на мой вопрос, юморист хренов.

— Идёт, — дерзко ответил ей Эрик, вальяжно закинув руку на съежившуюся от прохлады и улыбающуюся Грейс.

Думаю, неформальная обстановка и пройденные испытания сказались на его отношении к моей фурии — Эрик, казалось бы, стал чуть терпеливее. Либо он проявлял спокойствие из уважения к Грейс.

Или ко мне.

— Колись давай: когда, где и почему ты втюрился в мою подружку? — моя девушка резко взмахнула одной ногой, закидывая её на другую, и с чего-то вдруг решила облокотиться на меня. — У меня есть предположения, но я хочу услышать первоисточник.

Думаю, виски слегка притупил её память, иначе она бы в жизни не сделала подобное, пребывая со мной в ссоре. Я остался сидеть всё в той же позе, боясь её спугнуть и ожидая ответа от Эрика. И старательно игнорируя тепло, исходившее от тела Ким даже сквозь одежду, и сокрушающий меня аромат её чертовых медных волос, в которых мерцали отблески от костра…

— Отличный вопрос, — одобрительно и с азартом закивала Грейс, повернувшись к лидеру и соприкасаясь с его заросшей щетиной щекой. — Мне тоже это любопытно…

Надо сказать, нам всем было интересно, когда между этими двумя действительно всё началось. Эрик на мгновение прикрыл глаза, став чуть серьёзнее, и молча обдумывал ответ.

Зная его натуру, для него признаться в этом — не так просто.

Поразмыслив, он медленно начал, всматриваясь в полыхающее пламя перед собой:

— Я часто спрашивал себя об этом… И, наверное, я был неравнодушен к Грейс ещё во время совместной инициации.

Повисла пауза.

— Конкрееееетнее, — протянув гласную, громогласно приказала Ким, вновь делая глоток.

Пользуясь тем, что она увлеченно прониклась игрой, я осторожно приобнял её за талию. Она даже не вскочила, пьяным котенком приникая ко мне всё ближе в ответ.

Я когда-нибудь слечу с катушек из-за этой несносной женщины…

— Блять, да ты и мёртвого разговоришь, Ким… — раздосадовано воскликнул Эрик, отмахнувшись. — Предполагаю, что какие-то сильные эмоции я стал испытывать после того, как спас её в коридоре. Хотя, если Грейс рассказывала тебе об том легендарном бое, где метнула в меня деревянный нож, возможно, что-то вспыхнуло уже тогда. Не знаю…

Моя стерва вдруг резко качнулась к огню, выплевывая часть виски, которое не проглотила, и ошарашенным взглядом впилась в Эрика:

— Я знаю эту историю! Историю спасения! Это что, твою мать, был ты?! Ты чего молчала, крошка?

Грейс довольно рассмеялась, мягко высвободилась из объятия лидера и с задором перехватила палочки, рассыпавшиеся у ног подруги.

— Я просто не успела поделиться, да и сама узнала на корабле. Своеобразным способом. А ну, дай-ка сюда…

Было заметно, как ей стало приятно после слов нашего главнокомандующего, а я по-доброму хмыкнул, вспоминая, как Эрик тогда давно тщательно пытался скрыть ото всех факт того, что она осталась жива после нападения только благодаря ему.

Я, кстати, до этого момента думал, что Грейс всё ещё не в курсе. А тот памятный бой я очень хорошо помнил.

— Не слишком ли много вопросов для одного игрока, засранка? — она не дождалась очередных бурных эмоций Ким, которая медленно вновь откинулась назад ко мне, как-то усаживаясь между разведенных коленей.

Её голова тяжело уперлась в мою грудь, и я ощутил, как перехватило дыхание. Оставалось надеяться, что Ким не почувствует позвоночником моё не к месту возникшее возбуждение, причиняющее дискомфорт в брюках.

Наши сидящие напротив друзья сделали вид, что ничего не замечают, хотя я успел увидеть одобрительное переглядывание между Эриком и Грейс.