Поцелуй весны (СИ) - Шейн Анна

- Хорошо, - согласился Хозяин с огромной неохотой, но тут услышал, как резко выдохнул Артур, избавляясь от страха, а Катрина шепнула ему: «Все хорошо». Это придало фейри больше уверенности в своем решении, - я отпущу тебя и нескольких твоих подружек. Только помоги ей.

- Отлично, - преподобная даже не попыталась скрыть улыбку, - правда есть одно «но».

- Какое еще «но»?! – сэр Догейн выкрикнул, не сдержавшись.

У него затряслись руки, и впервые в жизни от вида крови выворачивало наизнанку. Он не понимал, почему так ускорилось сердцебиение, и почему так сложно было сдерживать слезы.

Рыцарю показалось: если он заплачет, то станет полным ничтожеством. Он мужчина и должен быть сильным. А Ария… Ария не должна его так заботить.

- Чтобы жить в чужом теле, нужно много практики. Ария никогда этого не делала. И если вы все не хотите, чтобы она умерла от болезни в ближайшие два года… Ее душа должна быть перемещена в тело, похожее не прежнее. Тело, в котором течет та же кровь, - верховная указала взглядом на одну из лежащих рядом усыпленных ведьм. Черноволосую, с обманчиво невинным лицом, - но, к счастью, у вас есть ее сестрица.

- Но из-за нее… - вырвалось у Артура на выдохе, - за нее она и мстила…

Рыцарь исступленно посмотрел на Арию. Ведьма потяжелела, ее веки были крепко сомкнутый, кожа приобрела тревожащий бледно-синий оттенок.

Счет пошел на минуты.

- Что ж… - кажется, преподобная начала волноваться. Возвращение Арии к жизни было единственным ее шансом на свободу, - Нанэт обманула ее, и не побоялась бы даже избавиться от сестрицы при необходимости. Считайте, что через ритуал мы восстановим мировую справедливость. К тому же… - ведьма перевела взор на Хозяина, напряженно уставившегося в невидимую точку на земле, - он убьет Нанэт, вместе со всеми нами. Она, по сути, уже мертва. Так, может, оставить хотя бы хорошую ведьму в живых?

- В этом… В этом есть смысл, - Артур с надеждой посмотрел на Хозяина. Сэру Догейну хотелось, чтобы это решение принял фейри. Рыцаря раздирала изнутри мысль, что он окажется тем человеком, который настоял на ритуале, что Ария возненавидит его, когда узнает, по чьей вине на самом деле погибла Нанэт.

На горесть Артуру, Хозяин не стал забирать его ношу:

- Я совсем ее не знаю. И не вправе решать, кому жить, - фейри смотрел прямо на сэра Догейна, отчего тот весь задрожал, - но я сделаю то, что вы решите.

Он сказал: «Вы», - однако Артур понимал, что речь идет исключительно о нем…

- Тогда, во имя Небес, проделайте этот проклятый ритуал! – вдруг раздался голос того, кого сэр Догейн не ожидал увидеть на своей стороне.

Артур ошеломленно посмотрел на отца, и когда понял, что тот говорит всерьез, пролепетал:

- Но она ведь возненавидит меня за это!

Винсент тяжело вздохнул. Какая же каша была у его сына в голове! То спасайте, то дайте умереть! Лорд Догейн и вовсе не хотел вмешиваться в чужую судьбу, а к Арии не питал теплых чувств, но не мог остаться в стороне, видя, как у Артура душу выворачивает наизнанку.

- Будем откровенны, Артур, - Винсент понадеялся, что насмешка приведет сына в чувства, - рано или поздно любая женщина тебя возненавидит.

Это действительно его оживило, и сэр Догейн уж решился что-то ответить, что-то не менее обидное, как вдруг ощутил теплую ладонь на своем плече.

Катрина подошла к нему, нагнулась и обняла. Она оказалась такой горячей, нежной, светлой.

И сразу стало легче.

- Проведите ритуал, - леди Догейн уколола преподобную холодным взглядом, - а после вы должны будете исчезнуть. Молите Небеса, или кому вы там молитесь, чтобы судьба больше никогда не столкнула вас со мной или моей семьей.

Верховная ведьма медленно кивнула.

Маска притворства слетела с ее лица. Стало видно, что она искренне напугана, что не хочет умирать, и наверняка сделает все, лишь бы сдержать слово и больше никогда не оказаться на пути Хозяина и людей, которые были ему дороги.

Нескольких ведьм, самых сильных, пришлось освободить. Когда они начали ритуал, остальные стояли в стороне и наблюдали за тем, как струится магия по рукам колдуний, как светящиеся щупальца обволакивают умирающую Арию и спящую Нанэт…

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

В воздухе повеяло чем-то паленым. Этот запах, запах темной магии, Хозяин ненавидел.

Как и свое решение отпустить Ковен.

Раздалась ослепительная вспышка, и ведьмы разомкнули руки. Тело Арии изогнулось на секунду, все еще объятое магическим огнем, а потом тяжело ударилось о землю.

Нанэт закашлялась.

Артур сорвался с места и подлетел к лежащим на земле сестрам.

- Ария? – окликнул он и ее.

И Нанэт открыла глаза.

Когда сэр Догейн крепко обнял ее, Хозяин понял, что теперь обязан сдержать слово и позволить ведьмам уйти.

Вдруг Катрина взяла его за руку и осторожно уперлась головой о его грудь. Фейри показалось ужасно забавным, что она не достает до его плеча, и по телу разлилась приятная, хоть и чуть покалывающая теплота.

И ему вдруг стало ясно: пускай ведьмы уходят, пускай принцы и короли точат на него зуб, пускай недоброжелатели смотрят в его сторону… Что бы ни случилось, Хозяин больше никогда снова не станет слабым.

Ведь пока Катрина держит его за руку, пока она прижимается к нему, пока хранит его Сердце – фейри способен перевернуть весь мир.

И Хозяин позаботится, чтобы она всегда оставалась рядом.

Эпилог

- По нашим обычаям, это я должен дарить тебе подарок. Тебе и Катрине, - проговорил Винсент, растерянно улыбаясь.

Вода в реке игриво журчала, но, попадая в вытянутую стеклянную бутыль в руках Хозяина – звенела, как колокольчик.

- Разве это подарок? – посмеялся фейри, закупоривая наполнившийся сосуд и вставая с корточек, - к тому же, - он протянул бутыль лорду Догейну, - мне нравится мысль, что проклятому принцу Лансеру теперь каждый год придется приезжать к вам на поклон, чтобы получить мою целебную воду. Если он, конечно, не хочет снова стать огромной волосатой свиньей.

Стоявший рядом с Винсентом Бенжен едва ли понимал, зачем все эти сложности с водой и доставкой ее принцу, но только сейчас решился выказать это:

- Но ведь ты бы мог просто дать ему искупаться в этой реке…

Фейри взъерошил мальчику волосы, напоминая, что тот еще ребенок, и ему необязательно знать все тонкости взрослых взаимоотношений.

- Да… Мог бы, - Хозяин лишь усмехнулся, ясно давая понять, что это никогда не случится.

Лорд Догейн старался не показывать, что такая изощренная месть фейри его немного пугала. Ведь эта очищающая вода – залог благополучия его семьи. У Лансера не будет возможности в чем-либо обвинить Догейнов. А у тех, в свою очередь, появится некоторое влияние на наследника.

Винсент, впрочем, пообещал себя пользоваться этим лишь в самых крайних случаях.

- Спасибо, - лорд Догейн легко похлопал фейри по плечу.

- Не благодарите. Вы отдали мне руку своей дочери, так что я всегда буду вам обязан.

В ответ Винсент легко кивнул.

- Возвращаемся в замок? – спросил он, крепко прижимая бутыль к груди, словно успел забыть, что стоит возле реки с целебной водой.

- Идите, - отозвался Хозяин, укладывая руку на плечо Бенжену, - а мы немного задержимся.

Лорда Догейна это чуточку удивило. Как и пажа.

Но по тому, как хитро поблескивали зеленые глаза фейри, стало ясно: он специально нагоняет таинственность.

Видимо, на то у него были причины.

Винсент вежливо улыбнулся на прощание и двинулся в сторону замка. Следовало сказать Катрине, что он хочет уехать отсюда, пока есть такая возможность. Землям Догейнов нужен властитель. Да и принцу пора узнать, какой расклад его ждет.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Когда он отдалился, Хозяин развернул немного растерянного Бенжена к себе лицом, нагнулся, чтобы их глаза оказались на одном уровне, и проговорил тихо, будто боясь, что услышат посторонние:

- Я хотел тебе сказать, что ты отлично справился. Пока нас с Катриной тут не было, ты смог помочь моему миру. Ты очень храбрый юноша, Бенжен.