Реконструктор. Дорога в один конец - Александр Конторович

Ну… попробовать в принципе можно…

Отбежав от валов метров сто, перевожу дух.

Нет, такими темпами мне никуда не успеть! Скоро уже жахнет!

Осматриваюсь по сторонам и вижу приоткрытую дверцу в каком-то бугре.

Погреб?

Да ну… откуда он тут?

А что же?

Не один ли хрен?

Ступеньки трещат под моими сапогами, заворачиваю за угол…

БАМ…

Качусь по ступенькам вниз, в голове вспыхивают искры…

Когда над лесом вымахнул вверх столб грандиозного взрыва, Горшенин остановился и посмотрел назад. Налетевший порыв ветра снес с его головы пилотку, но капитан даже не поморщился.

– Все, товарищ капитан?

Ответом вопрошавшему стал еще один взрыв, немного послабее предыдущего. Потом еще… и еще…

– Радио в штаб, – не поворачиваясь, сказал Горшенин. – Задание выполнено.

Выписка из рапорта капитана Горшенина

«… Умело используя трофейную технику и вооружение, бойцам отряда удалось проникнуть на территорию объекта. В результате совместного удара трофейных танков изнутри и оставшейся части отряда со стороны леса и железнодорожной насыпи оборона противника была дезорганизована. Значительная часть зенитной артиллерии была выведена из строя, а большая часть личного состава охраны выбита с занимаемых позиций и частично уничтожена. Подошедшее подкрепление было задержано на ближних подступах к складу и, понеся потери в живой силе и технике, перешло к обороне. Воспользовавшись этим, саперное подразделение произвело минирование хранилищ. После чего, в организованном порядке, отряд оставил территорию складов и отошел на исходные позиции. В расчетное время заряды взорвались и вызвали детонацию боезапаса в хранилищах.

Склады уничтожены полностью, все находившиеся в это время там немцы убиты, орудия зенитной артиллерии также уничтожены. Потери среди подошедших частей противника могут быть определены только приблизительно, но, по предварительным расчетам, составляют не менее ста – ста пятидесяти человек ранеными и убитыми.

Трофейная бронетехника после выполнения задания была заминирована и подорвана. Находившиеся в расположении ремонтной базы бойцы в свою очередь подорвали имевшуюся там технику и подожгли строения.

Таким образом, учитывая потери противника в расположении разгромленного ремонтно-восстановительного батальона, немецко-фашистские захватчики потеряли:

1. Одиннадцать средних и четыре легких танка – уничтожены подрывами и поджогом.

2. Значительные запасы ремонтно-восстановительных материалов – уничтожены путем подрыва.

3. Строения ремонтно-восстановительного батальона и складов арттехвооружения – уничтожены подрывами и поджогом.

4. Уничтожено восемь зенитных орудий калибра восемьдесят восемь миллиметров и четыре установки малокалиберной зенитной артиллерии.

5. Общие потери противника в живой силе составляют не менее двухсот пятидесяти человек убитыми и около трехсот человек ранеными.

Наши потери составили:

1. Шесть минометов калибра восемьдесят восемь миллиметров – подорваны при отходе, согласно указанию командования.

2. Два офицера и тридцать шесть бойцов – убиты.

3. Восемнадцать раненых вынесено в расположение наших войск.

4. Пропало без вести – четыре человека.

Выписка из постановления За выполнение задания командования и проявленное при этом мужество и героизм наградить орденами и медалями следующих бойцов и командиров РККА:

…командира взвода отдельной разведроты двести восемьдесят шестой стрелковой дивизии – старшину Красовского Максима Андреевича – орденом Красной Звезды (посмертно)…

Эпилог

Подполковник Дронов поднялся на крыльцо и стукнул костяшками пальцев в закрытую дверь:

– Кто там?

– Свои – подполковник Дронов.

– Ой! – За дверью затопали ноги, что-то стукнуло.

Спустя минуту лязгнул крючок, и дверь приотворилась.

– Заходите, товарищ командир… – отступила в сторону чернявая девушка в военной форме.

– Да я, собственно, ненадолго… Мне бы Нину повидать.

– Маркову? Это можно, я сейчас! – И девушка исчезла внутри.

Гость повернулся и, отойдя в сторону, присел на лавочку. Достал портсигар, вытащил оттуда папиросу и постучал по крышке. Подумал и осторожно убрал ее назад.

– Товарищ подполковник?

– Здравствуйте, Ниночка, – приподнялся офицер.

– Здравия желаю… а… что случилось?

– Да вы присядьте, – указал он рукою на место рядом с собой.

Девушка опустилась, но смотрела на гостя с выражением какой-то тревоги в глазах:

– Максим?

– Да, Нина. Он не вернулся.

– Но… Он ведь и раньше…

– Там был такой взрыв… За километр с людей пилотки посносило.

Нина стиснула кулачки и прижала к груди руки.

– И что же теперь?

Дронов облизал пересохшие внезапно губы. Не первый день на войне, столько уже всякого повидал, но в такие вот моменты он как-то терялся.

– Формально – он пропал без вести. Но все понимают, что выжить при таком взрыве невозможно. Он признан погибшим. И награжден орденом, посмертно.

Девушка молчала.

– Я знаю, что он всегда вас выделял среди прочих. Максим был скрытным человеком, но мне кажется, что он вас любил. Ведь это так?

– Да… Я тоже…

– Знаю. Не удивляйтесь, мне по должности положено многое знать. И еще… вас ведь скоро должны комиссовать?

– А вы откуда?! – вспыхнула Нина. – Ну да…

– Возьмите. – Подполковник протянул ей красную коробочку. – Это его орден. Ну, тот, которым его наградили. И две медали – разведчики сдают их перед выходом, такие правила. Формально вы ведь не женаты, но начальник штаба армии приказал сделать исключение. Пусть ваш ребенок сможет увидеть подтверждение того, что его отец был не совсем обычным человеком…

«А я вот щас какому-нибудь дяде… Вот просто ни за что – сугреву ради!»

Это Дольский?

Ну да… вроде бы он.

Ох, я этому дяде и врежу! Чтобы не бросал куда ни попадя всякое железо! Как еще ребра все не поломал?

Ворча под нос, пытаюсь выбраться из кучи каких-то железяк. Зрение понемногу фокусируется, и я вижу свет! Опа, так это что ж такое получается – взрывом весь погреб раскурочило? Ну и ну – неслабо же приложило!

Стоп.

Неслабо?

Это взрывом-то нескольких снарядохранилищ? Да тут не то что погреб – холм приличных размеров срыло бы до основания!

Сажусь на деревянный пол и осматриваюсь.