Знамение (СИ) - Камелия Пирс

Я вышел из Коллегии с тяжелым грузом ответственности на груди. Знали бы родители, чем я сейчас занимаюсь… Грязную работу мне дают не зря, ведь раньше я числился как один из лучших охотников. Что приравнивалось к званию идеального убийцы.

Тогда казалось, что во мне собраны все необходимые из качеств, которыми должен обладать настоящий воин и не осознавал, что они же делали меня не очень хорошим человеком.

Слишком много во мне было хладнокровия, жестокости и безразличия, я не осознавал ценности жизни, не только ординаров, но и каждого живого существа, находящегося в Алиуме. Но можно было с откровенностью сказать, что хорошее и плохое во мне помогла разглядеть любовь.

И сейчас, возможно из-за эгоистических побуждений или же из-за того, что мне было страшно за то, что происходит в нашем мире, я надумал сделать то, что вероятно приведет к повторению истории с побегом.

Во-первых, я никак не мог выбросить из головы их дурацкий поцелуй с этим богатеем из династии высокородных магов — Блейком. Меня настолько бесила сама мысль о том, что Кэтрин так быстро обо мне забыла и переключилась на этого смазливого мага, что совершенно не было на нее похоже, что я готов был крушить все на своем пути. Обычно ей было стыдно даже за то, что я покупал ей шоколад просто так, слабо верилось, что она с ним из-за его положения, а значит у нее к нему были чувства, что в сотню раз больнее…

А во-вторых нам нужна была помощь, которую могла предоставить только Кэт. Если она вертелась в кругах магов, благодаря компании парнишки Блейка, то могла бы помочь утихомирить настроения, что витали в их светском обществе. Поскольку в противостоянии между видами, нефилимы не устоят против натиска магов, особенно если на их стороне будут фэйри.

И как бы мне не хотелось на нее обижаться и не приводить ее к новым безвыходным положениям, без способностей избранной и ее статуса мы не справимся.

Глава 25

— Мэтью, что уже опять случилось, чего ты такой обозленный? — Как обычно ни свет ни заря встала попить воды, а он будто и не уходил с кухни.

— Снова куча проблем на работе, еще и Питер хочет, чтобы я ему помог в переговорах с вампирами, которых не считаю подходящими для нашего круга общения. Уж слишком у них нечистая репутация.

— Они как-то связаны с Корнелиусом? — Спросила, грызя ноготь и совсем не обращая на это никакого внимания.

— В том-то и дело, что нет. Я только знаю, что они как-то участвовали в сговоре против нефилимов, на их счету ни один полукровка, — почувствовала, как во мне вскипает гнев.

— Почему только его тянет в какие-то бандитские круги общения? — Меня не покидала мысль, что Питеру вечно не хватало каких-то острых ощущений и поэтому он лез на рожон.

— Зов крови, наверное, — с черным юмором сказал Мэтт, ухмыльнувшись.

— Очень смешно, — буркнула, грызя облупившийся с ногтя лак.

— Согласен. Ладно, мне нужно бежать, а то снова опоздаю на встречу, и избавься уже от этой дурацкой привычки, — он схватил меня за руку так, чтобы могла видеть свои ногти. Покраснела, осознавая, что парень отчитывал словно маленького ребенка. Он быстро поцеловал меня в лоб, и собрав папку с документами вышел из дома. Мэтт совсем не переживал о том, что оставил меня и сестру дома одних, в последнее время для него это было обычным делом.

Мы с Хоуп часто остаемся вдвоем и порой становится неимоверно скучно, мы находим чем заняться, но отсутствие общения сказывается на нас.

Не представляю как малышка терпела нянек, пока Мэтт был на работе. Мы с ней учимся, насколько это позволяет усидчивость девочки. Как и следовало ожидать, Мэтью не разрешил Хоуп идти в школу даже после уговоров с использованием щенячьего взгляда. Мы занимались с ней дома и старались развлечь себя всеми возможными способами.

В перерывах умудрялась выполнять домашку и иногда заниматься музыкой. В одной из комнат на втором этаже стоял прекрасный белый рояль, который был безупречно настроен и издавал звуки, ублажающие слух.

Мэтт разрешил мне играть на нем, однако сам категорически отказался демонстрировать свое умение в игре. Вдруг прозвенел будильник, который я забыла отключить, когда встала. Снова проснулась намного раньше, чем потребовалось и уже не могла уснуть. Я позвонила Анастасии.

В последнее время, пока ходила в школу, она сидела с Хоуп и сама вызвалась на это дело, объясняя свои порывы тем, что ей все равно нечем заняться. Однако мне казалось, что ее привлекала огромная плазма в гостиной, на которой было идеально играть в любимые игры на приставке.

Мэтт был не против того, чтобы Нэсс сидела с его сестрой, потому что он, как и я, проникся к ней глубокой симпатией, да и она не давала поводов в себе усомниться.

Каждый раз, когда прихожу домой, застаю девочек, играющих в приставку. Я не то, чтобы была сильно против, но иногда можно и чем-то полезным заняться. Кажется, я превращаюсь в сварливую бабку, иначе как еще объяснить мои возмущения.

Нэсти написала мне смс-ку о том, что скоро придет, поэтому я начала собираться в школу. Наскоро бросила нужные учебники в рюкзак, натянула джинсы и футболку, поверх которой накинула кофту на молнии и пошла в ванную, чтобы привезти свое лицо в нормальный вид, иначе мои синяки под глазами ввергнут учителей в ужас.

Не успела выйти, как Анастасия уже звонила, чтобы я вышла.

— Привет, — улыбнулась, впуская ее в дом.

— Что-то ты сегодня быстро, — произнесла она, вешая свой рюкзак на спинку стула.

— Рано встала, — пожала плечами. — Будешь чай? — На мой вопрос она отрицательно помотала головой и села за стол. Пока закипал чайник, я возилась в холодильнике в поисках чего-то пригодного для моего завтрака.

— Ты в курсе, что у Мии есть сын? — Как бы невзначай сказала подруга, пока доставала шоколадную пасту с верхней полки, до которой с трудом дотягивалась.

— Серьезно? Сколько ему? — Поинтересовалась, кидая кусочки хлеба в тостер.

— Всего лишь год. Он еще не ходит нормально толком, — улыбнулась она, видимо вспоминая малыша. — Я как переехала к ней, сразу поняла каково это, когда в доме есть ребенок. Мия такая хорошая мать. Я вообще думала, что Гарри плакать будет постоянно, и мы не сможем ужиться, но этого не произошло. Он такой спокойный, и смотрит так, словно все понимает, а сама Мия вертится вокруг него, дает столько