Зло любит меня - Даша Пар

— Он понял, кто я! И назвал меня самой ценной, самой дорогой, бриллиантовой Натали! Я полюбила его и он ответил мне тем же! А когда я узнала, кто он… не ушла, не сбежала, а встала рядом и разделила все его планы и мечты. Мы навсегда вместе! Ему не нравилось то, что делали вы, поэтому я стала помогать ему расправиться с вашими планами. Именно я нашла Стефана, моё везение — ведь я художница и вращаюсь в тех кругах. Работы молодого художника были гениальны, он нарисовал мою суть, раненного зверя. Тот самый портрет, который ты, Маркус, отдал Лее! — зло пробурчала девушка.

— Я подчинила паренька, изменила его картины, чтобы они не были такими пронзительными, а современными. А потом, когда появилась Лея… стала натравливать его против неё. Я приказала ему подружиться с Бертом и Бетани. Я приказала нарисовать ему тот сюжет в заброшенном здании и рассказать об этом Бетани. Я делала всё, чтобы Лея раз за разом сталкивалась с его работами. И у меня почти получилось! — от обиды на глазах девушки выступили непрошенные слёзы. Она с ненавистью уставилась на Маркуса.

— Но ты, — прошипела она. — Ты всё испортил! И мне пришлось прятать его, а заодно и эту дуру, Мишу, чтоб её! Столько надежд и всё коту под хвост! Но он не разозлился на меня. Помог похитить девицу, когда вы везли её сюда. Похитить и спрятать. А затем подстроить её гибель в лаборатории, когда мы поняли, насколько она шумная и бесполезная.

— Где Лея? — прохрипел Маркус, ошарашенный признанием Натали.

Не такого он ожидал. Не от этой… глупой и заносчивой девицы! Вся её напускная загадочность никогда не нравились вампиру, но увидеть в ней комплексы подростка… во взрослом, состоявшемся вампире? Нет, этого он никак не ожидал.

— Её забрал этот придурок Кронос! — обиженно проговорила девушка, словно забыв о домклатовом мече, висящем над её головой. — Я говорила своему возлюбленному, что этот парень ненадёжен, но О… — девушка осеклась. — Но он не поверил, принял подонка в команду, а теперь Лея вне досягаемости! Наша последняя надежда!

— Кто он? — деловито спросил Алистер.

— Да пошёл ты, — повторила девушка, вновь успокаиваясь и безразлично скользнув взглядом по вампиру. — Я не скажу вам его имя. Он одарил меня стольким, что вам и не снилось!

— Как знакомо, — задумчиво протянул Маркус. — Натали, ты думаешь, что только Хэл здесь умелица и мастерица? Думаешь, у нас не найдётся истинных ценителей пыток? Наша регенерация в этом случае скорее минус, чем плюс. С тобой можно делать всё, что угодно и ты выживешь. Но захочешь ли жить, если я лишу тебя твоей красоты? Твоего тела? Оставлю жалкий огрызок? Хочешь этого? А полюбит ли тебя твой избранник в новом обличие? Как считаешь, стоит попробовать?

Девушка смертельно побледнела. Глаза забегали, губы поджались, она испуганно завертела головой.

— Ты этого не сделаешь, — неуверенно протянула она, пробуя вырваться из цепких рук вампиров.

— Ещё как сделаю, дрянь, если не скажешь имя, — процедил вампир, наклоняясь к Натали. — Говори имя, Натали!

Не дождавшись ответа, Маркус выпрямился и посмотрел на Алистера.

— Тогда нам не о чем разговаривать, Али…

— Стой! — закричала она. — Я всё скажу! Не надо!

— Так говори!

Несколько раз, как рыба, выброшенная на берег, девушка пыталась сказать имя, наконец, она склонила голову вперёд. Капли кровавых слёз упали на пол, девушка прошептала:

— Один.

И в комнате воцарилась могильная тишина.

— Повтори, что ты сказала? — тихо спросил Алистер, подаваясь вперёд.

Бессильная злоба душила девицу, она лихорадочно смотрела по сторонам, пытаясь найти выход, выбраться из этого вонючего, слабого тела и вновь стать свободной, с ним… Но, натыкаясь на презрение в глазах Луки, отвращение от пришлых вампиров, ответную злость Маркуса, девушка лишь сильнее чувствовала себя в западне. С ней всё кончено. Один даже не догадывается о том, где она. Сейчас он в Португалии, так далеко!

"Прости меня, пожалуйста, прости…" — похоронный марш в голове, девушка прощалась. Сегодня она вновь почувствовала себя живой, этот яркий контраст после объятий серой тоски был невыносимо резким. После стольких лет притворств, тайных встреч, спрятанных улыбок и фальшивых речей, Натали почувствовала крылья за спиной. Всё напускное, лишнее, обретённое вместе с годами неудовлетворённости, одиночества, слетало жухлой кожурой, оставляя после себя истинную Натали. Девчонку, поверившую льстивым словам залётного незнакомца. Он обещал ей звёзды, а вместо этого обратил, решив, что сказки, что рассказывала она, синонимы дара, дремавшего глубоко внутри. Он бросил её спустя десять лет, как понял, что она пуста. А потом погиб во время очередной войны, тем самым навсегда лишив её возможности мечтать.

Всё возвращалось. Натали понимала, что просто так её теперь не отпустят. Один — глава клана "Вечное движение". Клана, почти в полном составе, уничтоженном в 1801 году. Самый малочисленный и самый могущественный клан в мире. Способность Одина — усиливать чужие способности. Это безграничная власть и сила, способная изменить мир и привести его к равновесию. Но другие кланы, объединившись, расправились с этой мечтой. Одина уничтожили, так его кланники оказались беспомощными. Вот только он не умер, а чудом спасся, чтобы в будущем подхватить Орден Охотников и тайно возглавить его. Теперь он мстит тем, кто уничтожил его семью. И параллельно идёт к своей мечте.

Девушка знала, что его цели — это великие цели, и она не имеет права сейчас всё выболтать врагу. Они могут опять ему помешать, могут убить его! Натали для себя чётко решила, что не позволит этому случиться. Лишь тогда, когда она сообщила им его имя, поняла, какую ужасную ошибку совершила.

"Нельзя вновь ошибиться!" — подумала она, пристально смотря на вампиров Алистера. Кто из них несдержан? Кто убьёт её, не смотря на приказ? Взгляд остановился на Габриэле. Годами пряча эмоции, Натали научилась читать по лицам не хуже способности Аннет к чтению душ. И сейчас эта способность пришлась как нельзя кстати, главное правильно разыграть карты.

— Один, — спокойно ответила она. — Что непонятного? — с вызовом поинтересовалась девушка, презрительно смотря на Алистера. — Вы знакомы?

— Один мёртв. Его убили в 1801 году, — нахмурив брови, проговорил Алистер, подходя к девушке. — Как получилось, что он жив?

— А с какого перепугу шавка Маркуса подняла голову? Я не собираюсь отвечать на вопросы дворняги! — облизнув губы, ядовито и сладко улыбаясь, сказала девушка, не без удовольствия чувствуя, как сжались руки Габриэля на плече. — Или ты возомнил, что имеешь право?