Я тебя нашёл (СИ) - Калисто ла Фей

архангел, это моя вина. Мы просили помочь Фейт, а она, светлая, добрая душа, не смела нам отказать.

— Вы не умеете лгать, настоятельница Элпис, как и Фейт.

Иордин не отрывал от меня взгляда. Он словно принюхивался. Его глаза сузились.

Что говорила Элпис, я не слышала. Когда Иордин опустил мне ладонь на голову, прикрыв глаза, моё сердце рухнуло куда-то вниз, возможно, на дно Ада. Видимо, там я скоро и окажусь, потому что магия архангела начала просачиваться в меня.

Поднялся сильный ветер, небо резко начало заволакивать тучами. Грянул гром.

— Иордин, — прохныкала я.

Он всё понял. Понял с первой секунды, когда увидел меня.

Нутро обожгло. Он нашёл что искал, нашёл подтверждение своим мыслям. Я больше не девственный ангел.

— Молчи!

Небо рассекла молния, вторя его словам. Магия вокруг затрещала и начала придавливать к земле. Элпис стала задыхаться и пятиться назад.

— На колени, ангел!

Могильный голос, ледяная стужа, запах раскалённого железа.

— Что вы собираетесь сделать на священной земле? — кричала Элпис сквозь порывы ветра.

Я рухнула на землю и расправила крылья. Под их тяжестью плечи стало тянуть к земле. Шелест перьев глушил завывания ветра и раскаты грома, сообщая, что это последний раз и больше мне никогда не взлететь. Глаза щипало от подступающих слёз. Горло резало от вырывающихся всхлипов. Грудную клетку рвало на части. Словно в меня воткнули стилет и проворачивали. В руке Иордина материализовался меч. Он вспыхнул священным пламенем.

Это приговор.

Смотрела в одну точку, на золотые узоры крыльев на белых сапогах. Не смела поднять глаза, духу не хватало. Архангел занёс клинок надо мной. Вскрикнув, я сжала голову руками.

Секунда, вторая, третья, седьмая. Ничего не происходило. Всё вокруг замерло.

Я распахнула глаза и подняла голову. Иордин сжал челюсть, по лицу ходили желваки, ноздри раздувались от тяжелого дыхания. Рука с занесённым мечом дрожала. В глазах читалось разочарование.

Я предала его.

Эмоции боли и отчаяния исказили его красивое лицо. Фарфоровая маска треснула, обнажая его и показывая, что он живой. Закаменевшее сердце издало стук и начало кровоточить.

«Не смогу», — прочитала я по его губам.

Священное пламя меча стало угасать, он уже начал опускать клинок, как в него ударило заклинанием шаровой молнии, отбросив на десятки метров и ударив о стену храма.

Рядом материализовался мой принц. Хватая за руки, он поднял меня с колен. Рев Иордина, выбирающегося из-под обломков, разрезал пространство.

— Орион, проклятое ты отродье!

Последним, что я увидела, были распахнутые глаза цвета шоколада, и меня затянуло в портал.

Орион

— Может, уже прекратишь улыбаться, как душевнобольной? Мы вообще-то о серьёзных вещах говорим.

Я повернул голову в сторону пыхтевшего негодованием колдуна и улыбнулся ещё шире.

— Малакай прав, Орион. То, что архангелы были замечены в мире людей, говорит о назревании чего-то фатального.

Переведя взгляд с колдуна на рыцаря и узрев всю серьёзность на его лице, я подавил улыбку. Бастиан редко паниковал. Прошедший множество войн, он выработал привычку мыслить трезво и хладнокровно, и раз даже он напрягся, то дело действительно приняло крутой оборот. Я откинулся на подголовник кресла.

Архангелы, значит!

* * *

Пересекая столовую, увидел мать, разговаривающую с Андрасом.

Терпеть его не мог, как и всю дюжину генералов. Зубы скрипнули, и я направился к ним. Отвоевав внимание, я предложил матери переместиться в её обитель.

— У меня для тебя сюрприз.

Дом встретил благоуханием цветов, сладким и чарующим, порханием бабочек и соловьиной песней под звуки журчания фонтана.

Я был свидетелем того, как широко распахнулись её глаза, как она, шокировано вздохнув, неспешными шагами прошла в глубь сада, касаясь каждого куста, обнюхивая каждый цветок. Я видел, как блестели её глаза, излучающие счастье и детскую радость.

Мама присела на ковёр из подснежников. Аккуратно положив на ладонь белый бутон, она наконец обратила на меня свой взор.

— Но как?

Спускаясь с крыльца и неся два бокала любимого ею вина из лепестков роз, я поведал историю о маленьком храбром ангеле. Она слушала и не перебивала и только по окончанию моего рассказа, осмотрев снова весь сад, тяжело вздохнула.

— Орион, я знаю и вижу, ты её любишь безгранично, и точно знаю, что никогда не оставишь, и это меня тревожит больше всего. Ваша любовь…

Здесь она запнулась и осталась в молчании, лишь протянула бокал за добавкой.

Принеся из дома бочонок и наполнив до краёв фужеры, улёгся на траву.

— Всю свою жизнь я бродил словно в тумане. Не знал, где моё место и в какую сторону мне податься. Только когда встретил Фейт, заглянул в её янтарные глаза, понял, что больше не одинок. Её любовь — это свет, солнечный свет, отражающийся от белых подснежников, цветов, что она так любит. Они маленькие и выглядят хрупкими, но это ведь не так. Именно эти крохотные создания первыми пробиваются, когда земля ещё спит под снежным покрывалом. Знаешь, тогда в разрушенном доме она отбросила свой страх и не дала мне погибнуть. Видела бы ты её. Она так нервничала, что болтала без умолку. От её энергии и сияния исходит нежное тепло, что греет не только моё тело, но и душу. Мама, я не боюсь смерти, но я очень боюсь потерять её.

До уха дошёл хруст стебля. Мама сорвала подснежник и протянула его мне. Мы держали тонкий стебелёк, и Фрея произнесла заклинание сохранения жизненных сил. Из меня потекла магия. Цветок впитал в себя энергию и замерцал серебром.

— Надежда! Пусть мы никогда не будем нуждаться в ней.

* * *

Ранним утром мы переместились в мир людей. У колдуна, как обычно, закончились какие-то ингредиенты, рыцарю понадобился гномий точильный камень, а я шёл за компанию. Выходя из лавки, Малакай резко остановился. Я впечатался в его спину. Он задрал голову к небу и прищурился.

— Что-то не так.

Я почувствовал колыхание магии Небес. Небо резко начало заволакивать чёрными грозовыми тучами.

— Что происходит? — смотря также вверх, поинтересовался Бастиан.

Я уже знал ответ. Знал, кому это магия принадлежит.

— Архангел Иордин!

На душе стало неспокойно. Острыми когтями скребя по моим внутренностям, стал потягиваться и просыпаться животный страх. Молния ударила в землю в районе храма Ойлистрей.

— Фейт!

Моё сердце пропустило удар.

— Орион, куда ты?

Братья не успели меня перехватить, и я переместился в пространстве. Оказавшись на месте, я что было духу ринулся к воротам храма. Запечатаны.

Крылатая тварь!

Я посылал заклинание за заклинанием, но ворота не поддавались. Пространство рядом со мной разорвалось, и из портала выбежали Малакай с Бастианом.

— Помогите мне!

Не