Эротические рассказы Рунета - Том 1 - Автор неизвестен Эротика и секс

Идем по очередному кругу. Спасибо и на этом. Кто-то очень хорошо блокировал Вальрису у меня в голове. Или же для доступа нужен некий головной контактор? Но мы теперь будем вместе: Валентин и Вальриса. Мы одно целое… Это победа… одна из первых…

Пора спать…

Просыпаться утром всегда трудно. Особенно для меня. И на это раз было все тоже самое.

— Вставай.

— Сейчас, мам.

— Спасибо. Просыпайся.

Ох ты! Это не мама — это Наставница. Утро застало меня у Адари в облике Вальрисы. А как же родители? Что они думают? Наверное, волнуются? Сон пропал в одно мгновение. Вскакиваю на кровати готовая бежать, но Адари останавливает меня одним движением руки.

— Не спеши.

— Мне надо домой! Что скажут родители?

— Успокойся. Все нормально. Я внушила родителям, что с тобой ничего не происходит. Они все будут воспринимать как должное.

Такая постановка вопроса меня не радует. Зачем воздействовать на маму и папу?… Но с другой стороны, если бы они столкнулись со всеми моими проделками, то наверное заработали бы не один инфаркт, да и по больницам и прочим организациям побегали бы изрядно. Потом от всего этого не отделаешься… Отпустило…

— Все будет хорошо, — утешает Адари. — Прими душ и идем завтракать.

Поверю. Многое, что говорила Наставница, оправдывалось. Накинем халатик, ноги в тапки и в ванную. Моемся аккуратненько. Сейчас проблема с волосами нам не нужна, а те как назло лезут, куда попало. Надо было их связать. Сколько же мороки у этих девчонок.

Кончики все-таки намочил. Ну и пусть. Зато от душа бодрее себя чувствую. Теперь вытираться, снова в халатик и тапочки, а затем на кухню. Пахнет вкусно. Адари умеет готовить.

— Что у нас сегодня за планы? — интересуюсь, устраиваясь за столом.

— Ты в школу пойдешь, — смеется Наставница.

Как не интересно. Там сейчас будет большой кавардак по поводу моего бегства. Надо будет отдуваться за все это.

— А может, пропустим школу? — с надеждой спрашиваю ее.

— Ты можешь жить здесь сколько захочешь. Но мне почему-то кажется, что тебе не захочется полностью зависеть от меня или кого-то другого.

Тут она права. Я хочу жить сама, а не постоянно слушать приказания: иди туда, принеси то, не трогай это — как собачка на поводке.

— Судя по твоему поведению, — продолжала Адари, — ты в большей мере Валик, который стал прелестной Валей. Я верю, что ты будешь чудесной девушкой, но у тебя доминанта Валентина. А он живет в реальности этого мира, и развитие его пока соответствует старшекласснику. Чтобы идти дальше, надо развивать в себе способности, как Валика, так и Вали.

И здесь не обошлось без нотаций. Ясно одно — от школы не отвертишься. Придется идти. В знак протеста я превратился в Валика, но, тем не менее, завтрак доел с не меньшим аппетитом. Адари наблюдала за мной.

— У тебя остались видны атрибуты, — заметила она.

Такого я и сам не ожидал. Оказывается мои вчерашние занятия по прохождению сквозь отказы атрибутов, не пропали даром. Они теперь воспринимали меня как свою хозяйку. А как насчет взаимодействия? Мысленно дотрагиваюсь до одного из атрибутов. Тянусь в контакт. Передо мной распахивается окошко. Не долго думая, я отдаю приказ скрыть атрибуты. Открыв глаза, убеждаюсь, что их не видно. Снова вступаю в контакт… Ура!!! Сработало!!!

— Осваиваешься? — улыбается моей ребячливости Адари.

— Угу, — обиды на нее уже нет.

— Ну тогда переодевайся, забирай портфель и беги домой. Как раз успеешь собраться в школу.

— Сейчас. А откуда портфель?

— Думаешь, оставим тебя в беде?

— Спасибо.

— Воспитанная девочка, — рассмеялась Адари.

— И послушная, — шучу на это раз я.

— Это мы посмотрим, — грозит пальцем Наставница. — У нас еще много впереди.

Что удивительно, я совсем не против продолжить свое бытие Вальрисой, и обучение тоже… Это даже становится интересно.

— Когда прикажите прибыть, для дальнейшей стажировки.

— Можешь сегодня погулять, а завтра заходи. Могут появиться срочные дела.

— Хорошо.

Переодевание много времени не заняло. Захватил портфель и на выход.

— Я пошел.

— Счастливо, Валик.

— Тебе тоже.

Дом встретил меня своей родной обстановкой. Мама собиралась у себя в комнате.

— Не опаздывай, — напомнила она, заслышав мои перемещения.

— Да, мам.

Она не чувствовала себя обеспокоенной, а я по-прежнему относился к ней как маме. От этого настроение у меня поднялось. Минутное дело переложить учебники и тетради в портфеле.

— Мам! Я побежал.

— До свидания, Валик.

В школе дела обстояли довольно странно. Никто из учителей не то что упрекнул меня за вчерашнюю выходку, но даже не спрашивали о ней. Одноклассники отнеслись ко мне обыденно. Был ли ты или нет вчера, убегал с урока или нет — это твои проблемы, а мы посмотрим, что произойдет.

Более участливы были Серега с Мишкой. На первой же перемене они забросали меня вопросами о моем состоянии и предложили посильную помощь в дальнейших срывах уроков. Вчера, после моего столь экстравагантного ухода, учительница скрылась у директора минут на двадцать. Затем заявился мужик, объяснил, что у меня кое-что произошло и нужно было срочного уйти, забрал портфель и скрылся в неизвестном направлении на машине. Последнее наводило на мысль о перспективах моего пребывания в стенах данного заведения. Поэтому ребятам очень хотелось узнать, как можно симулировать и иметь столь высоких покровителей.

Пришлось напрячь свои способности отшучиваться и юлить. Рассказывать правду — нельзя, лгать — не хотелось, а внимание ребят было приятно. Хорошо иметь друзей.

На следующей перемене к нам присоединились и девчата. Разговор от моей персоны перекочевывал на наши дружеские отношения и при подаче Сереги на более интимные темы. Это заставило меня призадуматься, что неплохо бы активизировать нашу дружбу, особенно в плане отношений между полами. Ребята уже давно были не против. У девчат особого сопротивления не замечалось. Нужен был толчок. Способна ли Вальриса в образе Валика дать этот импульс? И нужен ли он? Не превратиться ли это в их Взятие? Такой поворот дела мне не нравился. Мне нужны были друзья. Открытые честные друзья и подружки, с которыми можно было поговорить, довериться и оказать помощь. Если можно обойтись без подчинения тогда можно и попробовать.

Разговор с Оксанкой произошел уже, когда мы возвращались домой.

— Что произошло, Валик?

— Ты же знаешь, когда я осознал, что произошло, то был настолько шокирован, что сорвался с места…

— Мне кажется, здесь что-то не то, — не дала закончить официальную версию Оксанка.

— Почему ты так думаешь, — насторожился я.

— Я чувствую, что это связано с другим, — призналась она.

— Да нет… — начал я.

— Мне показалось, что в тот момент ты был тот и не тот одновременно, — продолжала Оксанка, не давая мне возразить. — Словно в тебе было два человека.

— Ты начиталась фантастики.

— Нет, Валик. Фантастика здесь ни при чем. Я думаю, что Галина Александровна была права. Это сказывается твое второе я.

Такой оборот стал неожиданностью. Насколько Оксанку ввели в курс дела? И почему она обратила внимание на слова женщины именно в данном случае? Неужели Оксаночка является «моей половинкой» и так чувствует меня? Было бы грех ее обманывать. И говорить правду тоже опасно. Что тогда? Искать серединку? Ту, которая является золотой? Полуправда и недомолвки?

— Да, — соглашаюсь я.

— Что? — не поняла сразу Оксанка.

— Это действительно проявление моей второй ипостаси.

Она вопросительно смотрела на меня, ожидая внезапной перемены.

— И сильно она проявляется? — в ее голосе чувствовалась осторожность.

— И да и нет, — уклонился я от ответа.

— Ты ничего не помнишь?

— В том-то и дело. Я полностью все прекрасно помню.

— Не контролировал себя?

— Как говориться — был полностью дееспособен.

— А как же это проявлялось?

Ох уж это женское любопытство. Впрочем, недавно и я в таком же обличье интересовался многими вопросами. Надо быть терпеливее и терпимее.

— Я словно поменялся внешне, — бросив взгляд на Оксанку, отмечаю, что та с интересом слушает меня. — Внутренне я остался такой же. Все понимал и осознавал, вел себя точно также как и сейчас, но вторая половинка накладывала свой отпечаток.

— Я не понимаю. Ты был прежним и другим?

— Это трудно объяснить, — вздохнул я.

Метров двадцать мы шли молча.

— Ты, в самом деле, оставался прежним?

— Я был самим собой, — нашел я выход. — И думал о тебе, — добавил внезапно даже для себя. Отчасти это была правда, если вспомнить наш с Зорой конфликт.

— Правда? — в глазах Оксанки промелькнула радость.

— Да.

Самое простое подтверждение показалось мне оптимальным в данном случае.