Фантастика 2025-46 - Маркус Кас

туземцев, которых Антанта планирует бросить впереди своих солдат на наши оборонительные рубежи.

– Эрих, надеюсь, что вы сможете отразить это наступление? – встревожился кайзер. – Германия истощена и напрягает свои последние силы. Нам нужна только победа. Мы в состоянии сражаться лишь потому, что, организовав этот дурацкий переворот в Петербурге и свергнув моего кузена, англичане своими руками выбили Россию из войны и тем самым выстрелили себе в ногу. Как говорят русские, скупой платит дважды. А жадный – трижды. И сейчас союзники по Антанте каждый день с удивительным упорством подтверждают правоту этой поговорки.

Немного помолчав, Вильгельм добавил:

– И вообще, как это отвратительно – использовать в своих интересах невинных детей природы, плохо понимающих – за что они идут на верную смерть…

В последнее время, как бы это помягче сказать, германский кайзер подпал под влияние небезызвестной фрау Антоновой, каждого визита которой он ждал с нетерпением, и теперь порой неожиданно сыпал услышанными от нее поговорками и философскими сентенциями.

Генерал фон Фалькенхайн в ответ подумал про себя, что сформировал бы армию хоть из готтентотов, если бы он смог бы набрать их в достаточном количестве и обучить пользованию винтовкой. Только бы на фронте поменьше гибло немецких солдат, которых с начала войны и так уже потеряно несколько миллионов. И конца и края этим потерям пока видно. Но вслух он кайзеру говорить не стал, а вместо этого произнес:

– Ваше императорское величество, разумеется, у меня есть план – как упредить Антанту и нанести ей решающее поражение. Ко второй половине июня мы создадим на фронте две мощные ударные группировки. Одна из них, в составе 2-й и 18-й армий должна будет ударить на Амьен с целью расколоть надвое фронт Антанты, отделив французов от англичан. Но этой панцербригады в составе Амьенской группировки не будет, потому что удар на Амьенском направлении будет отвлекающим, предназначенным для того, чтобы Антанта снимала резервы, откуда только возможно, и бросала их под Амьен. Поскольку наши заводы работают и продолжают выпускать новые панцеркампфвагены, то какая-то часть новых машин поротно и поштучно будет участвовать в наступлении на Амьен, с одной стороны, облегчая продвижение наших войск, а с другой стороны, создавая у противника впечатление, что главный удар наносится именно там.

Генерал фон Фалькенхайн сделал паузу, а потом с заговорщицким видом произнес:

– В то же время, когда все резервы Антанты будут втянуты в бои за Амьен, свой удар нанесет Реймская группировка нашей армии, в составе которой и будет наша первая панцербригада. От линии фронта до Парижа ей меньше одного суточного перехода. Пока французы с англичанами будут ожесточенно сражаться за Амьен, через который проходит стратегически важная железная дорога, мы ворвемся в Париж и продиктуем там врагу наши условия капитуляции.

– Эрих, вы гений! – патетически воскликнул кайзер. – Именно так мы и победим этих легкомысленных французов и жадных англичан! Именно так!

31 мая 1918 года.

Петроград, Таврический дворец.

Глава ИТАР Тамбовцев Александр Васильевич

Сегодня утром мне позвонил Феликс Эдмундович Дзержинский и пригласил поприсутствовать на чрезвычайно интересном мероприятии. А именно на допросе доставленного в Петроград из Ирака легендарного Лоуренса Аравийского. Наши орлы сумели отловить этого достопочтенного шпиона и диверсанта и в полной целости и сохранности привезти его к нам. Правда, сэр Лоуренс дважды пытался сбежать по дороге, но в обоих случаях его попытки дать деру были пресечены самым решительным образом. Последний раз он попытался удрать из спецвагона в Бологом, и потому, перед тем как доставить британца под ясные очи Железного Феликса, пришлось прибегнуть к услугам косметики, дабы припудрить наливающийся синевой бланш под глазом супершпиона.

Меня Дзержинский пригласил присутствовать на первом допросе сэра Лоуренса по двум причинам. Первая – я в свое время имел отношение к разведке, и Феликс Эдмундович хотел услышать мое мнение о том, что скажет (или не скажет) в беседе с ним этот британец. Ну, вторая причина – вполне вероятно, что кое-что из сказанного этим Джеймсом Бондом будет интересно мне как главе информационной службы Советской России. Сообщение о поимке Лоуренса нам в любом случае придется давать, и если мы присовокупим к ним кое-какие откровения британского шпиона, то пропагандистский эффект от опубликованного нами материала может быть довольно значительным.

Внешность Томаса Эдварда Лоуренса была самая заурядная. Небольшого роста, сухощавый, гладковыбритый блондин с загорелым лицом и голубыми глазами. Ничего примечательного, кроме, пожалуй, слишком крупной головы, высокого лба и прищура глаз, внимательных и проницательных.

Я знал, что родился он в 1888 году в небогатой англо-ирландской семье и был бастардом – незаконным сыном – сэра Томаса Чэпмена и его служанки. Он сумел окончить знаменитый Оксфордский университет, после чего в 1910 году был завербован английской разведкой и отправлен в качестве ее агента на арабский Восток.

Там, изучив досконально язык, обычаи и нравы бедуинских племен, он стал своим для многочисленных шейхов и вождей арабов, кочующих в пустынях Аравийского полуострова. В то время территории эти находились под владычеством Турецкой империи. Однако Турция как государство находилась тогда в состоянии глубокого кризиса, получив прозвище «больного человека на Босфоре». Британия, в колониальной империи которой «никогда не заходило солнце», решила прибрать к рукам наиболее лакомые куски разваливающейся Турецкой империи. Способствовать этому и должны были такие «рыцари плаща и кинжала», как Томас Лоуренс.

В августе 1914 года началась Первая мировая война. На юге Аравии стараниями Лоуренса против турок подняли вооруженное восстание две группы арабских племен. Первую из них возглавлял вождь малочисленной тогда еще секты ваххабитов Абд эль-Азид ибн Сауд, а вторую – шейх священного для всех мусульман города Мекки Хусейн ибн Али. У Хусейна военным и политическим советником был Томас Лоуренс, а у ибн Сауда – Сейнт Джон Филби (отец знаменитого советского разведчика Кима Филби). Каждый из британских агентов старался протолкнуть наверх своего протеже. У Филби оказались более могущественные покровители в Лондоне. В 1917 году английский король Георг V решил назначить монархом, правящим на Аравийском полуострове, ибн Сауда, после чего вновь образованное государство получило название королевство Саудовская Аравия, а ваххабизм стал в ней государственной религией.

Ну, а сам Лоуренс тем временем организовал вооруженное восстание в тылу турецких войск. Став советником и другом шейха Хусейна и его сына Фейсала, он сформировал из воинов подвластных им племен летучие партизанские отряды. Верблюжья кавалерия внезапно нападала на турок, наносила им огромные потери, после чего бесследно исчезала в пустыне. Их главной мишенью стала Хиджазская железная дорога, строившаяся для перевозки паломников из Дамаска в