Избранные циклы фантастических романов. Компляция.Книги 1-22 - Кира Алиевна Измайлова

ее вообще видел, эту девушку? Почему вы теперь на других не глядите? Что-то тут неладно, мистер Кин, и не надо мне о несчастной любви говорить, не поверю!

Я потер лоб. Та-ак, кажется, я влип. Ну что ж, рано или поздно это должно было случиться. Попробуем выкрутиться… раз уж я Таусенду «чем-то симпатичен»!

– Знаете, инспектор, – сказал я, усаживаясь напротив. – Давайте-ка я расскажу вам правду, а верить мне или нет – решайте сами.

Таусенд чуть коньяк не разлил.

– Ну, рассказывайте, – осторожно произнес он.

– Не было никогда никакой Сибил, – устало сказал я. – Я ее выдумал. Мне тогда казалось, что это очень хороший ход: я якобы храню верность умершей возлюбленной, а потому и не женюсь. А на самом деле жениться мне просто не хотелось. И не хочется. Есть, знаете, такая порода людей, которым в семье не жизнь…

– Ну-ну… – неопределенно протянул он.

– Теперь к практике, – продолжил я. – Да, отец устроил меня к своему приятелю. Я протирал там брюки полгода, и за это время людей буквально возненавидел. Я ведь, как вы могли заметить, и так-то нелюдим, но сейчас я хотя бы могу ограничить круг общения! А когда ты вынужден день за днем выслушивать незнакомых и зачастую неприятных тебе людей, которые полощут перед тобой свое грязное белье, обвиняют друг друга порой из-за таких мелочей… Впрочем, что я вам-то объясняю!

– Хм… – произнес инспектор.

– Одним словом, я понял, что еще немного, и я отправлюсь прямиком в сумасшедший дом. – Кажется, этой репликой я не улучшил ситуацию. – Тогда я и сказал отцу, что желал бы заняться международным правом, и даже поступил в один из французских университетов. Могу показать вам документы. Правда, я там не задержался… – Я снова потер лоб. – Действительно понял, что юрист из меня никакой.

– И чем же вы там занимались? В Париже-то? – приподнял бровь инспектор.

– А, я там не задержался, – ответил я. – Сперва объехал Европу, затем меня потянуло за море, в Египет… В общем, на протяжении этих лет я где только не побывал, носило меня по всему земному шару. Кажется, я только Австралию пропустил, и то по стечению обстоятельств… Ну а потом я вынужден был вернуться: как вы сами сказали, скончался мой отец. К тому моменту я уже был слеп на левый глаз, да и… – Я передернул плечами. – Другие травмы тоже давали о себе знать. И я решил, что хватит с меня приключений.

– Н-да? – все так же загадочно произнес инспектор.

– Именно. Знаете, сложнее всего было писать письма, – усмехнулся я. – Отец бы не понял, получи он конверт с бразильским или, скажем, индийским штемпелем. Впрочем, я договорился с одним человеком во Франции, писал ему, а он уж переправлял почту сюда, ну и наоборот, соответственно. Вот так.

– Интересная история, – сказал Таусенд. – Только проверить-то ничего нельзя. Поди, человечек тот из Франции давно затерялся, да даже если и нет, что это доказывает? Что вы путешествовали? Ну, пускай. Но это не отменяет того, что вы натворили дома.

– Ничего я не творил, инспектор, – вздохнул я. – Думаю, еще можно разыскать кого-то, кто работал тогда в конторе. Они подтвердят…

– Ищем, ищем, – кивнул он. – Тогда и посмотрим. А вы лучше сидите-ка пока дома, не то вас заклюют.

– Откуда такая забота, инспектор? – поразился я. – Или я вам так душевно дорог?

– Да уж конечно, – фыркнул Таусенд и снова помрачнел. – Просто знаю, каково это, когда пальцами тычут.

– Неужели? – Что-то в поведении инспектора меня насторожило. – Понаслышке или…

– Или, мистер Кин, или, – ответил он.

– Не может быть!

– Еще как может…

– Но вы, конечно, не поделитесь этой историей, – полувопросительно сказал я.

– Да чего ж не поделиться, если весь Блумтаун знает, – ответил он. – Кто-то суперинтенданту анонимку прислал. Дескать, взятки я беру. Преступников за деньги отпускаю! На махинации закрываю глаза…

– Улики изымаете… – негромко подсказал я. – Прямо как я, а?

Инспектор осекся и непонимающе уставился на меня.

– Н-ну, такое там тоже было, – кивнул он. – Словом, дальше чин чином устроили проверку. Суперинтендант уж старался, чтобы дальше управления не пошло, но кто-то все-таки проболтался.

– И что в итоге?

– Да ничего не нашли, – буркнул Таусенд. – Только слухи-то… Сами знаете, то ли он украл, то ли у него украли, но что-то там нечисто. Джейн ходит сама не своя, подруги ее шушукаются, на меня люди косо смотрят… Тьфу, пакость!

– Понятно, – сказал я, хотя мне по-прежнему ничего не было ясно. – Знаете, инспектор, что-то тут действительно нечисто. Спасибо, что рассказали, я теперь хоть понял, отчего на меня с утра так косились!

– Вот-вот, заметили, значит! – вздохнул он. – В общем, сидите пока дома, мистер Кин.

– Виктор, – сказал я. Инспектор тоже был мне симпатичен, равно как и его супруга, страстная любительница гераней.

– Гхм… Джордж, – произнес он, и я отсалютовал ему бокалом. А что оставалось товарищам по несчастью? – Так вот, найдете уж чем заняться…

– Конечно, – сказал я. У меня мелькнула шалая мысль. – Хотите, покажу?

– Э-э-э… ну покажите, – осторожно сказал инспектор, и я повел его в оранжерею.

Уж не знаю, что думал увидеть там Таусенд, может, мумифицированный труп моей выдуманной невесты Сибил, но точно не это…

– Ой… – вырвалось у него, и это было так забавно, что я чуть не рассмеялся, но вместо этого укоризненно сказал:

– А вы мне не поверили!

Через некоторое время мы распрощались, инспектор обещал держать меня в курсе дела, но лучше не по телефону, а то телефонистки имеют обыкновение подслушивать. Лучше уж он заедет по пути, пусть даже это породит новые слухи о нашем преступном сговоре. На том и сошлись.

Он уехал, а я задумался. Что-то общее было в наших историях. И как, спрашивается, мне теперь доказывать, что я совершенно невиновен? А может, и не надо? И от меня все отстанут раз и навсегда? Но тетушка Мейбл этого не переживет, вынужден был я признать… Значит, надо искать выход!

Пару дней я провел как в раю: никто не присылал мне приглашений, не звонил, не являлся в гости, и я мог полностью отдаться уходу за моими крошками, явно соскучившимися за время моего отсутствия.

На третий день грянула буря.

В дверь решительно постучали, а поскольку я как раз спускался вниз, то застал момент, когда Ларример отворил неизвестным гостям.

На пороге воздвиглась тетушка Мейбл, за спиной которой маячил Сирил, нагруженный саквояжами, и я понял, что проблемы только начинаются.

– Вик, мальчик мой! – произнесла она, царственным жестом вручив Ларримеру лиловый зонтик, каковых (различных расцветок) у нее имелась целая коллекция. – Мне все известно!

Ну разумеется,