Монстры в Академии (СИ) - Бунькова Екатерина

— Да, и Ксавьер, само собой, — спохватился Леам. — Что-то я не подумал. Но, честно говоря, его имя лучше почем зря не трепать и тем более, не прикрываться им в таких мелких махинациях.

— Почему? — не поняла Марина.

— Сложно все очень, — признал Леам, глядя в окно рекреации на мужчину, который как раз сейчас о чем-то беседовал во дворе с профессором Мадиером. — Его родителей казнили по обвинению в предательстве страны. Но отречения рода не было, только казнь. Так что формально Ксавьер все еще аристократ, потомок древнего рода. Вот только, боюсь, все это лишь до тех пор, пока про него не вспомнят.

— Да, если он где засветится, могут и крылышки подрезать, — подтвердил демон, потешно помахав когтистыми лапами в воздухе.

— Главное, чтоб не голову, — серьезно заметил Леам, и демон так же серьёзно кивнул.

«Надо же, как они о нем беспокоятся, — заметил внутренний голос. — А он о них — не настолько, чтобы вызвать подобную реакцию. Интересно, почему?».

«Видимо, тут кроется еще одна давняя история», — подумала Марина. А вслух спросила:

— Леам, а давно казнили родителей Ксавьера?

Ей вдруг подумалось, что причиной закрытости мужчины может быть острое горе, с которым он еще не научился жить. Это женщинам свойственно плакать по умершим, а мужчины часто замыкаются в себе.

— Ну, в самом конце войны и казнили, — ответил эльф, глянув на нее с недоумением, будто это само собой разумеется. — Они же сопротивление возглавляли. Как их схватили, так защитники магиков сразу от боевых действий перешли к эвакуации. Пока шум да дело, многих удалось вывезти. Самого Ксавьера в том числе.

Марина покивала. Вот она, причина уважения к Ксавьеру: его семья пыталась защитить все сообщество магиков в Освении. Даже если сам Ксавьер в этом не участвовал, на него распространилась аура уважения. Хотя сам он, похоже, не желал ни этого уважения, ни тем более, участия родителей в восстании с последующей их казнью.

— Думаю, если б он остался, его бы тоже обезглавили спустя неделю или две, — на всякий случай пояснил Крис.

— Так что вы про него лишний раз не рассказывайте никому, Марина Игоревна, — понизив голос, попросил Леам, — И фамилию его не упоминайте.

— Я ее и не знаю, — непроизвольно призналась Марина, спохватившись, что пора бы уже выучить местный алфавит. Глядишь, хотя бы фамилии в списке смогла бы прочитать.

— Брефеда, — негромко и непривычно серьезным тоном сообщил ей Крис, а Леам кивнул, и теперь уже оба парня покосились на мужчину, похоже, чувствуя себя некомфортно от того, что обсуждают такие вещи у него за спиной.

А Марина неожиданно при этом слове ощутила легкое головокружение и дезориентацию. Сказанное слово как будто раздвоилось, и в ее голове прозвучала одновременно и фамилия, и отчетливая фраза — «Голубиное крыло».

Немного покопавшись в своих ощущениях, Марина поняла, что это перевод. Похоже, головокружение и дезориентацию вызвал «подсаженный» в ее голову автоматический переводчик, который после перемещения в этот мир позволял ей понимать окружающих. Но почему именно эта фамилия перевелась, а другие — нет?

«Впрочем, когда представляли Леама, у тебя тоже в голове зазвенело, — припомнил внутренний голос. — Но перевода не было. Надо еще раз попробовать. Ну-ка, вслушайся: Леамистрель Тулглторн».

В голове девушки прозвучал гул, но в слова он не оформился, лишь намекнул, что такое буквосочетание может быть переведено.

«Дело в акценте! — сообразил внутренний голос. — Это же слова другого языка. Леам произносит их по-своему, вот они и переводятся. А ректор назвал его имя с акцентом, вот и не заработал переводчик».

— Леам, зайчик мой, — обратилась к эльфу девушка, чтобы проверить догадку. — Можешь назвать свое полное имя?

— Леамистрель Тулглторн, — послушно повторил эльф действительно совсем с другим произношением. Марина снова ощутила головокружение и легкую дезориентацию.

«Поющий среди бури», — возник в ее голове очередной перевод.

«Уау! — оценил внутренний голос. — Да мы теперь можем ездить по свету, не напрягаясь с изучением языков! Круто. Погнали в отпуск в кругосветку?»

Марина проигнорировала это предложение и попробовала еще.

— Крис, как твое полное имя? — спросила она, чтобы доказать теорию.

— Не знаю, — пожал плечами Крис. — Я сирота. Родителей не знал никогда.

Он как ни в чем не бывало улыбнулся до ушей, продемонстрировав тридцать два желтоватых клыка. Если Крис и страдал от потери семьи, то так глубоко в душе, что и сам этого не понимал.

— А как полное имя Амадеуса? — подумав, уточнила Марина, обратившись к Леаму.

— Амадеус Броннау, — ответил Леам, и картинка перед глазами девушки снова на секунду «поплыла». Имя демона не перевелось, а вот фамилия, как и у Ксавьера, оказалась с «двойным дном»: «Похитителем сердец» обозвал его неведомый переводчик в голове Марины. И она подумала, что демон этому имени вполне соответствует — что во внешности, что в поведении.

«Интересно, со всеми ли так?» — задумалась Марина, а потом попросила эльфа:

— Леам, ну-ка, поназывай мне полные имена нашего класса.

— Зачем? — удивился эльф. — У вас же список есть.

— Хочу послушать, как они правильно звучат, — сказала Марина. — Ты произносишь их не так, как я привыкла вас именовать.

— А, понятно, — отозвался эльф и принялся называть всех.

Увы, удивительного буйства двойных смыслов не случилось. Почти все имена и фамилии оказались обычными. Только Персиваль Сайон прозвучал в ее голове как «Белый волк». Причем, как и у Амадеуса с Ксавьером, перевелась только фамилия.

«Похоже, фишка кроется в древности рода, — сообразил внутренний голос. — Видимо, отголоски старых времен. А Леамистрелю еще и имя старинное дали, вот и перевелось целиком».

— Леам, а почему тебе дали такое имя? — уточнила Марина. — Ты же не певец.

— Какое? — удивился парень. — Меня, вроде, просто в честь прадедушки назвали.

— То есть, ты не знаешь значение собственного имени? — удивилась девушка.

— Нет, конечно, — улыбнулся парень. — Язык моих предков забыт давно и надежно. Сейчас на нем никто не говорит, мы только имена и храним как память.

— Ну, что ж, — усмехнулась Марина. — Тогда хочу тебя удивить: твое имя означает «Поющий среди бури».

— Правда? — искренне удивился эльф. — Откуда Вы знаете?

— Ну, я все-таки учитель, — загадочно ответила Марина, внутренне веселясь: вроде и не соврала, хотя с появлением в ее голове магического переводчика ее профессия никак не была связана. Скорее уж, с использованием очень дорогих артефактов телепортации, которые наградили ее такой полезной способностью. — Кстати, фамилия Персиваля переводится как «Белый волк», Амадеус у нас — «Похититель сердец», а Брефеда означает…

— … «Голубиное крыло»! — хором ответили парни и весело переглянулись.

— Откуда вы знаете? — удивилась она.

— Да кто ж не знает? — так же искренне удивился в ответ Крис. — «Голубиных королей» знают все.

Марина лишь головой покачала. Так вот, откуда растут ноги у этого прозвища. Сегодня просто день откровений. И даже беседовать с Ксавьером не пришлось. Хотя, нехорошо, конечно, за спиной его обсуждать. Но что поделать?

***

Криса Марина все-таки загнала мыться. Как и всех прочих. Ради такого дела она даже пожертвовала непочатый флакон шампуня и пачку мыла. Ну, да зато и результат порадовал: оказалось, что Крис откровенный блондин, а Еж и Флокси вовсе не такие загорелые, какими казались все эти дни.

Потом она еще почти час пыталась освоить искусство маникюра, пытаясь сделать хоть что-нибудь с когтями Криса, но в итоге плюнула на это дело. Чистые и ладно. А пилить прочные, как гранит, когти — только нервы себе портить. Себе и несчастному демону, которому каждое движение пилочкой давалось, как скрип вилкой по алюминиевой кастрюле.

В общем, когда она погнала спать всю эту наконец толком отмытую и частично постриженную толпу, то почувствовала себя удовлетворенной: день прошел определенно не зря.