И снова о конце света. - Горшунов Вячеславович

Черти выскочили на крышу комплекса, пробив перекрытие. Они замаялись тащить пленника и решили передохнуть. Но нельзя же, чтобы он убежал. Нет, это недопустимо, решили они и с хрустом и явным удовольствиям принялись ломать Брахару ноги. Сначала одну, ударив её обломком перекрытие, затем другую, завязав её морским узлом. И чтобы не уполз на руках позаботились. Они распластали его в центре посадочной площадки и привинтили его ладони к бетону. Автоматическими болтами - отличное достижение техники. Потом черти принялись привязывать его волосы, каждую волосинку в отдельности. Это показалось им слишком трудоёмким делом, и они просто сняли с Брахара скальп. После трудов один чёрт пипеткой собрал пролившуюся кровь пленника и слил её в огромный чан. Добавил по вкусу обломков перекрытия и бранных слов и стал ждать готовности блюда. На вкусный запах стали слетаться вороны. Перед трапезой они решили закусить мякотью узника. Брахар вяло окинул взглядом собравшееся общество. Ему уже не было страшно. Ему было просто противно. Он хотел умереть. Больше его ничего не интересовало. К счастью, в этот миг послышался рёв моторов и гудение хитиновых крыльев. Прямо на него спускалось огромное жирное чудище, сплошь усеянное рогами и фасеточными глазами. Оно открыло тяжёлое веко на огромном центральном глазу и сказало:

- Ты получил хороший урок в мире людей, смертный. Теперь твоя душа готова соединиться с нами и узнать силу Тёмного Племени.

Туша проткнула Брахара сучковатым изогнутым рогом, оторвала его от распятия и взмыла к звёздам, проливая на оторопевших чертей дождик из остатков его крови.

Джина сняла нейроблок и в блаженстве закрыла глаза. Она уже насладилась местью и сейчас смаковала последние минуты пережитого удовольствия перед приступом своей болезни. "Надо бы сделать из подобных упражнений терапию", - подумала она.

- Мисс Смарт, - окрикнула просунувшаяся в двери голова майора Шая. - Аланарец исчез. Ну, в смысле не сбежал, а его похитило Тёмное Племя. Я, конечно, накажу виновных и всё такое. Вы не сильно расстроены, мэм?

- Я всё знаю, майор. Но всё равно спасибо за приятные известия. Вы можете быть свободны. - Сейчас моя очередь встретится с чертями, - добавила она себе под нос. [] - Ну нет уж, друг Мортениус, на этот раз уже вы хватили через край. Что за кровожадность-то такая? Вы побывали в стане СР и подхватили у них эту заразу? - С укором принялся вычитывать друга Хардегон, лишь только досмотрел смоделированный эпизод до конца. - Вы только вспомните, друг мой, ведь наша нейросеть - это мирное изобретение, созданное исключительно для удобного общения. Ее и использовать-то для таких пыток нельзя.

- Позвольте-позвольте, - тут же вступился всегда готовый к спору Мортениус, - Для пыток, конечно, нельзя, а вот внушить с ее помощью какую-нибудь гадость опытный нейротехник запросто сможет. Ретрансляторы этой сети воздействуют на ОБА высших уровня сознания. Вы же не забыли биологию сознания, я надеюсь?

- Вы сказали, опытный нейротехник. Да как нейротехник этой примитивной корпорации вообще сможет воспользоваться нашей системой? И с чего вы взяли, что эта Смарт такая уж опытная?

- Да вы только посмотрите, друг мой, какие характеристики у нее в личном деле! Сенсорные показатели получше ваших, между прочим!

Хардегон как бы нехотя заглянул в открытый другом файл, и, обнаружив там подтверждение последнему, прямо скажем, унизительному для него утверждению друга, вдруг потерял всякое желание продолжать спор. Для него открылись две пренеприятнейшие истины: первая та, что в модели Мортениуса, пускай излишне мистической, все же есть доля реализма, а вторая та, что друзья и сами находятся в зоне действия той самой нейросети жилого комплекса! Это заставило нейролетчика посмотреть на дело с несколько других позиций:

- Ну хорошо, друг Морти, не будем тратить драгоценное время на бесцельные споры. Так или иначе, мы сходимся в одном мнении: как это ни грустно, но мы вынуждены признать, что наш брат Брахар погиб. Помянем его смелую душу, и пусть она найдет покой в Царстве Творца.

- Пускай найдет покой! - эхом отозвался Мортениус.

Они помолчали, как того требовал обычай.

- А теперь, друг мой, я думаю, нам следует покинуть это гостеприимное место, пока не очнулись наши знакомые рекруты, да не накликали на нашу голову своих дружелюбных приятелей.

- Полностью согласен, друг мой Харди. Вы не забыли скопировать оперативные планы этой несчастной армии?

- Конечно, не забыл. Они на этой матрице.

- Ну что ж, тогда нам больше здесь делать нечего. Идем, друг мой.

Однако в сложнейшую многогранную систему уравнений, которую составляли друзья на аналитическом компьютере, вкралась одна маленькая ошибка. И Хардегон, и Мортениус оба допустили ее, поэтому никто не обратил на нее внимания. Ни один из них никогда не пытался контролировать человеческое сознание с помощью легкого вживленного пилотского нейроблока, и потому не учел такого фактора, как усталость. На самом деле, порядком измотавшийся Брахар контролировал свою пленницу далеко не полностью, как то предполагали его соплеменники. Его слабость оставляла некоторую свободу мыслям и чувствам его жертвы, и это сохранило жизнь Брахару. По крайней мере, пока.

Острый носок туфли Лейлы Чарити ткнулся в гравий дорожки, она неловко шлепнулась на колени и визгливо вскрикнула. Брахар рывком поднял ее на ноги и громким шепотом выдохнул прямо в ухо:

- Тихо! Тихо во имя Творца, или:

- Или что?! Или ты меня застрелишь? Или заставишь прыгнуть в шахту лифта?!

Голос Лейлы дрожал, она была на грани истерики, но глаза ее наливались злостью. Брахар с ужасом подумал, что с каждой минутой контролирует пленницу все меньше. Но сейчас, несмотря на усталость, во что бы то ни стало следовало заставить ее подчиняться. Он сконцентрировал свою волю и влил в измученное сознание Лейлы мощный - убийственно мощный - угнетающий импульс. Она изменилась прямо на глазах: злоба сменилась глубоким отчаянием, уголки рта задрожали, зрачки заблестели сквозь пелену слез. Женщина закрыла лицо руками, и Брахар еле успел поймать ее прежде, чем она вновь опустилась бы на пол. "О, Имя Творца, почему я не нейротехник?! Что мне делать с ней?" Аланарцу стало мерзко и неловко, когда пленница уткнулась ему в плечо и простонала:

- Мы: обречены. Нас скоро: догонят и: пристрелят. Я не хочу: как Джерри:

И почему же она - женщина?! Женщины не должны быть военными. Женщины не должны касаться крови и жестокости. Во всяком случае, Брахар был уверен в этом. Да, ему несомненно следовало бы сейчас одним выстрелом оборвать это мучение, как разумно предположил в своей модели Мортениус, и быстро уйти из комплекса, пока еще оставался шанс уйти. Но вместо этого Брахар погладил пленницу по голове и тихо заговорил, пытаясь успокоить: