Забвение роз - Ольга Романовская

  За заходящим солнцем Мериам наблюдала с раскидистой яблони, куда, будто на трон, усадил её Шардаш. Сам он остался стоять, подперев ствол спиной. Свесившаяся рука адептки теребила волосы профессора, робко скользила по щеке. Она хотела и стеснялась приласкать.

  Профессор пытался предугадать ход беседы с императором, советовал, как себя вести, какие вопросы постараться задать, и предостерегал от запальчивых слов:

  - Он высший демон, наполовину высший вампир из клана, в гости к которому я добровольно не сунусь. Будь осторожна!

  - И, - Шардаш поморщился, - если что, откажи тоже мягко.

  Мериам покраснела, вспомнив взгляд Темнейшего. Пожалуй, предупреждение лишним не будет. Жаль, всё же, что день рождения она отпразднует не с профессором, а с императором. Адептка покосилась на Шардаша, задумалась, сказать ли ему, что ей завтра двадцать. И промолчала: подарок Мериам и так получила.

  Решено было, что Шардаш переместиться в столицу вместе с адепткой, проводит её до места встречи и заберёт обратно в условленный час. Ждать встречающих не станет, чтобы не раздражать Темнейшего. За время ужина профессор планировал успеть побывать в Университете и порыться в местной библиотеке. Там хранились хроники всех государств Солнечного и Лунного миров, что-то могло подтолкнуть к разгадке демона-убийцы.

  Когда догорел закат, а небо усыпали звёзды, Шардаш предложил поужинать. Мериам не хотелось уходить: в Бонбридже не было таких звёзд - ярких, будто вспышка волшебной палочки. Однако профессор настоял на своём, заметив, что ему прекрасно слышно, как она хлюпает носом от долгого неподвижного сидения. Сам он тоже продрог, но заболеть не боялся: оборотни куда выносливее людей и не страдали смешными заболеваниями, вроде простуды.

  Оказавшись на руках у Шардаша, Мериам подумала, что тут очень неплохо, и идти сама отказалась. Профессору пришлось нести её до ограды, прислушиваясь к биению сердца, ощущая тёплое дыхание. У заборчика он не выдержал и, опустив на землю, поцеловал адептку в губы. Мериам упёрлась спиной в доски, едва выдерживавшие столь страстные напор, но не сопротивлялась, пытаясь отвечать на поцелуи.

  Язык Шардаша вновь вылизывал её шею, пальцы расстегнули пальто, скользя по платью, тело прижималось всё теснее. С трудом оторвавшись от Мериам, профессор простонал, что хоть бы та об острых коленках вспомнила, потому что в следующий раз он точно до конца зайдёт. Раскрасневшаяся адептка оправила одежду и чуть слышно спросила:

  - Это у всех мужчин так?

  - Лучше б я человеком родился! - пробормотал в ответ Шардаш. - Вы запахов не различаете, и внутри вас зверь не живёт. Хорошо, что холодно на улице. Впрочем, не остановило бы меня это.

  Профессор замолчал и, отвернувшись, отошёл на пару шагов. Мериам с сочувствием и страхом взглянула на него. Увы, она не могла заставить себя сделать то, что так хотелось Шардашу. Адептка впервые задумалась о тех ночах, что они провели в одной постели. К сожалению, этому пришёл конец, так мучить профессора Мериам не станет.

  - Тревеус, - адептка впервые называла его по имени, - не надо. Всё хорошо. Пойдёмте ужинать. Я даже вина выпью.

  Шардаш кивнул и знакомым путём повёл Мериам к огням домов Ферама.

26

Шардаш любовно поглаживал волшебную палочку. Он опасался, что белые стражники сломали её, а получить новую нелегко. Это ведь не набор разных материалов, а магия, подстраивающаяся под конкретную руку. Палочки делались только на заказ, либо передавались от отца к сыну. Или от матери к дочери. А без верной помощницы волшебник терял половину силы. Но нет, магистр сберёг палочку и теперь тайком отдал, намекнув, что по правилам не положено, но чихал он на эти правила. В этом весь Ролейн Асварус! Какой ещё магистр принял бы в орден тёмного оборотня, который едва не убил его? Правильно, никто, а Асварус ещё и уважением проникся. Раненный, окровавленный, закричал подоспевшим ученикам, чтобы не трогали. Шардашу тогда тоже досталось, орденский лекарь долго лечил от тёмноэльфийской магии.

  Мериам жалась к профессору, во все глаза смотря на освещённые фонарями улицы. В столице она не была ни разу, всё казалось в новинку. И тротуары шире, чем в Бонбридже, и карет море, и все сновали куда-то. А над головой странное свечение, духи порхают. И никто не обращал на них внимания.

  - Это купол над Университетом светится, - пояснил Шардаш. - Академия чародейства и вовсе искрится огнями. Духи - это фамильяры, то есть давно почившие, но всё ещё живые слуги родовитых магов. Среди знати тоже колдунов много. Вон, глянь, упражняется один в фигурной верховой езде.

  Мериам запрокинула голову и увидела всадника на крылатом скакуне, который выделывался 'восьмёрки' вокруг печных труб. Явно перед кем-то красовался.

  - Пошли! - Шардаш тронул адептку за плечо. - Нам ещё ресторан найти нужно, Асварус только район назвал.

  - А по запаху нельзя? - робко предложила Мериам, считая этажи зданий: ни одного ниже трёх.

  Повсюду - богатые доходные дома. А между ними горят огни магазинов, заманивают к себе ресторации.

  В просвете улицы - набережная. Играет бликами вода, будто парят над каменным парапетом светильники. Все магические, дорогие.

  - За рекой - квартал знати, - объяснил профессор. - Ладно, давай, посмотрим. А по запаху Темнейшего не найти: демоны запаха не имеют, а любимого парфюма императора я не знаю. Когда навещал, ничем не надушился.

  Адептка кивнула. Ужинать с Джаравелом ФасхХавелом не хотелось до рези в желудке, но кого волновали желания какой-то Мериам Ики?

  Подхватив Мерим под локоток, Шардаш слился с толпой, умело лавируя среди разношёрстной публики. Попадались тут не только люди, но и эльфы обеих ветвей, красноокие вампиры, орки, зеленоглазые оборотни и существа смешанных кровей. Все в основном парами.

  Профессор сдержанно улыбался, наблюдая за реакцией Мериам на большой шумный город. Бонбридж, конечно, не деревня, порт как-никак, но куда ему до столицы! Шардаш провёл здесь много лет, сначала как студент, затем как аспирант. Правда, с тех пор, как в последний раз был здесь, минуло десять лет, но память услужливо воскрешала названия улиц, кварталов, площадей. Интересно, остались ли в столице люди, которых он некогда знал? Преподают ли ещё в Университете те же профессора? Впрочем, куда им деться? Новая поросль их не заменит. Амбициозная, нахальная, но неумелая. Он сам некогда был таким же, но жизнь выучила на настоящего мага.

  Над самой головой, едва не задев, пролетел фамильяр, оставив серебристый след в воздухе. Сделав круг, он вернулся и почтительно замер перед Мериам: