Земли полуночи - Андрей Стоев

поддержали. Поэтому нас и не затянуло, мы всего лишь посидели на краю. А Лапа полностью попала, да ещё в очень неудачное время.

Получается, что эти самые «провалы», про которые говорил Добрый Крот — это то же самое, что мы видели в Нижнем мире? Впрочем, это очевидно… хотя нет, совсем не очевидно. Ясно, что это нечто похожее, но совсем не обязательно то же самое.

— То есть если бы нас затянуло, то мы бы так же пропали на полторы тысячи лет?

— Нет, мы бы, скорее всего, просто погибли, — извиняющимся тоном ответила Алина. — Не все провалы одинаковы. Мы тогда очень сильно рисковали.

— И тем не менее вы туда полезли и потащили с собой нас? — укоризненно спросил я.

— Я тогда этого не знала, — она пожала плечами. — Что об этом говорить? Мы выжили, и кое-что приобрели.

— Да-да, — саркастически согласился я. — То, что нас не убивает, делает нас сильнее[20]. Именно таким образом идиоты, которым повезло выжить, оправдывают свою дурость.

[ 20 — Кеннер чуть-чуть изменил фразу, принадлежащую Фридриху Ницше.]

Алина улыбнулась и ничего на это не ответила.

— И вообще, подруги, не пора ли просветить меня насчёт вашей реальной цели? — с намёком спросил я.

— А ты не обнаглел, студент, требовать отчёта от руководителя экспедиции? — недовольно осведомилась Лапа.

— Руководитель экспедиции буквально только что объяснила мне, что неформальные отношения часто значат больше, чем формальная иерархия.

— Да, Кеннер, с тобой надо очень тщательно следить за тем, что говоришь, — засмеялась Алина. — Вообще-то, реальная цель экспедиции вам была объявлена — сбор некоторых интересных растений и добыча некоторых интересных животных. Но я признаю, что у меня есть и своя личная цель, и я готова тебе о ней рассказать — понятно же, что вы с Леной в стороне не останетесь. Но сначала сам расскажи нам, что тебе известно об этих местах.

— Ну, я знаю, что сейчас происходит некое событие, которое лесные называют Слиянием. У карл тоже происходит нечто подобное, и они называют это Вздохом Геи. Во время Слияния есть риск куда-то провалиться. По всей видимости, провалиться туда, откуда как раз и лезет всяческая живность.

— И это всё, что тебе известно? — неверяще переспросила Алина.

— Это всё, — подтвердил я. — Ещё лесные упоминали про каких-то родичей, но я не знаю, что это за родичи, и какое отношение они имеют к Слиянию.

— Это просто поразительно, Кеннер, — покачала головой Алина, — насколько ловко ты умеешь создать впечатление полной информированности, на самом деле не зная совершенно ничего. Я вроде и хорошо тебя знаю, а всё равно постоянно на твои штучки ловлюсь. Как же я всё-таки жалею, что Мила в своё время к нам не пришла. Женили бы мы тебя на Анете, и я бы тебе даже главенство в роде уступила, честное слово. А как Ренские сейчас локти кусают, ты бы только знал. Тебе-то они этого не показывают, конечно.

Я смутился, не зная, что сказать.

— Мутный он, мутный, — с удовлетворением заметила Лапа.

— Ну ладно, пусть я достаточно мутный для того, чтобы стать Матерью рода, — согласился я, — но давайте всё же вернёмся к рассказу Алины. Который она, кстати говоря, всё никак не начнёт.

— Это долгий рассказ будет, — предупредила Алина.

— Ну да, нам же всего лишь пару дней лететь, — согласился я. — Отложим до тех пор, пока у нас не появится месяц-другой на общение?

— Хорошо, хорошо, — улыбнулась она. — Я не отказываюсь, просто предупреждаю, что придётся начинать издалека. В общем, как мы все знаем, примерно шестьдесят миллионов лет назад на земле жили динозавры…

— Спасибо, что не стала начинать с протобактерий, — с облегчением заметил я. — Но ты права — пары дней нам точно не хватит.

Алина мимолётно улыбнулась и продолжила:

— … и у некоторых видов небольших ящеров имелась цивилизация…

— Надеюсь, эта информация от очевидца? — скептически осведомился я.

— Кеннер, я понимаю, что мой рассказ звучит очень необычно, — мягко сказала Алина, — но если ты будешь продолжать в таком роде, то мы никуда не придём. И мне совершенно не хочется терять своё время на пустую болтовню.

— Извини, больше не буду, — поднял руки я. — Просто к этому немного трудно отнестись серьёзно. Но я постараюсь, честно.

Алина кивнула и продолжила:

— Насчёт цивилизации не совсем ясно, конечно — это понятие слишком уж расплывчатое. Где она начинается? Древние люди жили группами, вместе кочевали и вместе охотились — можно ли это назвать цивилизацией? И если да, то чем тогда является львиный прайд? В общем, если там и была цивилизация, то совершенно не нашего типа. Наша цивилизация является материальной, потому что нашим предкам пришлось придумывать инструменты и создавать материальные вещи, чтобы выжить в неблагоприятной среде. Предки хигриссов чувствовали себя комфортно без всего этого, и развивались скорее в духовном направлении.

— Мне кажется, — осторожно заметил я, — что невозможно уверенно судить о временах, которые отстоят от нас на шестьдесят миллионов лет.

— Совершенно верно, — согласилась Алина. — Но о суждениях речь не идёт. Я просто пересказываю тебе рассказы их потомков, для которых с тех пор прошли не миллионы лет, а всего лишь сотни тысяч или даже десятки. Хотя к их рассказам, конечно, тоже стоит относиться с некоторым недоверием.

— То есть потомки этих динозавров ещё существуют?

— Ещё как существуют, твари, — усмехнулась Тамила.

— И к нам они, случалось, раньше пролезали, — согласно кивнула Алина. — А дальше что-то случилось с климатом, и все динозавры начали постепенно вымирать. Но по всей видимости, их соборная душа была уже достаточно развита, чтобы осознать, что умирает, и достаточно сильна, чтобы пробить дорогу в другое место. А Гея почувствовала, что огромная часть её куда-то уходит, и потянулась следом. Вот так и возникли провалы. Они стремятся закрыться, но Гея их открывает вновь в попытках вернуть своё. Говорят, что провалы постепенно слабеют, и через тысячу-другую лет закроются окончательно, но пока что у Геи получается их удерживать.

— И что это за другое место? — спросил я.

— Не знаю, — пожала плечами Алина. — Может быть, какая-то планета, но вот Лапа говорит, что тот мир слишком