Лесной маг - Робин Хобб

Ты видел, как отчаявшиеся аристократы пренебрегали волей Доброго бога. Когда умирали их наследники, они продвигали на их место сыновей-солдат. Ты завидовал Россу, завидовал своему брату и его месту в жизни. Ты хотел стать наследником! Поэтому ты добился, чтобы тебя выставили из Академии, вернулся домой и надеялся, что на нас свалится беда вроде этой. А теперь ты думаешь, что, швырнув его тело в яму и засыпав землей, ты займешь его место. Ты так думаешь? Так?

От его гневной тирады у меня перехватило дыхание. Я покосился на Ярил, пытаясь понять, что думает она. Ее лицо побледнело от потрясения. Еще одна ошибка.

— Посмотри-ка, как глубоко проникло разложение! Ваш отец задает вам вопрос, а вместо того, чтобы честно на него ответить, вы тайно переглядываетесь. Как давно ты затеял заговор против меня, Невар? Несколько месяцев назад? Или, может быть, лет? Как глубоко ты втянул Ярил в свои махинации?

— Он сошел с ума, — тихо проговорил я.

Я искренне считал, что это так. Глаза Ярил округлились, и она покачала головой, безмолвно предупреждая меня об опасности. Мне следовало склонить голову и извиниться перед отцом, но вместо этого я посмотрел ему прямо в глаза, выпученные от ярости.

— Я любил Росса, отец. И никогда не плел вокруг тебя интриг. Мне не нужно было никакого другого будущего, кроме дарованного мне добрым богом, я мечтал стать твоим сыном-солдатом. Все, что я предпринял с тех пор, как умер Росс, я делал как обычный управляющий поместьем, которое никогда не будет мне принадлежать. Разве не в этом состоит долг сына-солдата, отец, которому ты сам меня учил? В трудные времена сын-солдат возвращается домой, оставив королевскую службу, чтобы защитить владения отца и брата. Я никогда не требовал власти или прав на наше поместье. Все приказы я отдавал от твоего имени. Если ты просмотришь книги и поговоришь с людьми, ты увидишь, что я в точности следовал твоему примеру.

В комнату вошел слуга, бесшумный, словно призрак, поставил перед отцом тарелку с дымящимся супом и выскользнул за дверь. В столовой царила тишина, пока он не закрыл за собой дверь. Затем я заговорил снова:

— Что же до могил мамы, Росса и Элиси… да, все так, как ты казал. Если бы ты отдал мне другой приказ, я бы поступил иначе следуя твоей воле. Я к тебе приходил и пытался с тобой разговаривать, но ты не отвечал на мои вопросы. Поэтому похороны были очень простыми. Да, я не счел нужным отделять их от людей, которые честно служили им при жизни. Мне пришлось сделать это как можно быстрее, не из пренебрежения, а по необходимости. Их тела… Отец, я вынужден был предать их земле без промедления. К тому времени, как Дюрил выпустил меня из комнаты, они… ну, ты был там. Ты знаешь.

Я глянул на Ярил, умоляя ее хранить молчание. Я скрыл от нее, что тело ее матери много дней пролежало без погребения, разлагаясь в своей постели. Ей не стоило знать, что Элиси умерла, пытаясь дотянуться до графина с водой, брошенная и слугами, и родными. Это знание мучило меня, и я не хотел причинять сестре ненужную боль. Я спокойно встретился с отцом взглядом, ожидая, что он признает мою правоту.

Он холодно посмотрел на меня в ответ.

— Я был болен. Ты ни слова мне не сказал о могилах. Я доверил это тебе, Невар. Я рассчитывал, что ты сделаешь все как полагается.

— Я сделал все, что мог, отец! Слуги разбежались. Те, кто остался, были слабы или все еще больны. Я старался наладить жизнь в доме.

— Ты завернул их в одеяла и пошвырял в могилы. Ты даже не озаботился гробами. Ты отдал тело своей матери червям, словно она нищая, найденная в канаве. Ты не молился и не делал приношений. Над их могилами даже нет камней с именами! Ты закопал их в земле, чтобы тут же забыть. А потом ты и твоя сестра зажили в свое удовольствие, решив забрать себе все, что принадлежало тем, кто лучше и благороднее вас.

Я взглянул на Ярил. Она несколько раз вскрикнула, пока отец рисовал эти уродливые картины перед ее мысленным взором. Ее трясло. Меня же переполнял гнев, когда я слушал, что он ей говорит.

— Ты мне доверил? Доверил мне? Ты бросил меня запертым в моей комнате, чтобы я умер там от голода! Я провел много дней без воды и пищи, и никто обо мне не вспомнил. Если бы сержант Дюрил не пришел, чтобы найти мое тело, я бы тоже уже был мертв. Это бы доставило тебе радость?

Он окинул меня холодным, безучастным взглядом, а потом повернулся к Ярил:

— Он лжет. Очевидно, что он лжет. Разве он похож на человека, который голодал? Он пытается настроить тебя против меня, Ярил. Он хочет, чтобы ты с ним согласилась и тоже сказала, что я сошел с ума. Тогда он сможет просить короля передать ему управление поместьем. А потом он найдет способ объявить себя наследником.

Ярил комкала в руках платок, прижимая его к губам. Она дрожала, словно мы окатили ее холодной водой. Я едва понимал, что она говорит.

— Прекрати это. Перестань! — Голос у нее прерывался, словно она задыхалась. — Я ничего не знаю. И ничего не хочу, только бы это прекратилось. Перестаньте ссориться!

Она вскочила со своего стула, сделала два шага в сторону двери и с громким плачем рухнула на пол. Я был в ужасе. Она казалась такой сильной, и я думал, что она сумела прийти в себя после пережитого. Я даже представить себе не мог, что она с трудом держит себя в руках. Ярил попыталась подняться, когда я встал, но не смогла удержаться на ногах и поползла к двери.

Я бросился к ней, неуклюже опустился рядом на одно колено, а затем с усилием поднялся с ней на руках. Она дрожала, рыдания сотрясали ее тело с каждым вдохом. Она не открыла глаз и продолжала судорожно прижимать к губам платок. Обхватив ее за плечи, я постарался держать ее вертикально.

— Я отнесу мою сестру в ее комнату, — ровным голосом проговорил я. — Ей нехорошо. Ты ошибаешься насчет меня, отец, и тем более несправедлив к Ярил. В эти трудные времена мы оба были верны и преданы нашей семье. Кроме нас, у тебя никого больше не осталось. Почему же ты хочешь нас поссорить?

Мы уже почти подошли к двери в столовую, когда он выпустил в меня последний заряд жалящих слов.

— Я знаю, зачем тебе ее расположение, Невар. Знаю, почему ты так нянчишься с сестрой, на которую прежде не обращал внимания. Ты понимаешь, что человек, за которого она выйдет замуж, может оказаться для тебя последней надеждой и опорой, тем, кто приютит тебя, когда ты станешь старой жирной развалиной. Ты понимаешь, что на меня тебе рассчитывать не стоит. Потому что я отрекаюсь от тебя. Я знаю обо всем, что ты делал, обо всех твоих позорных поступках: ты с важным видом разгуливал по моему городу, изображал из себя настоящего солдата, раздавал приказы и бахвалился. Думаешь, я не слышал о твоих кутежах в моем Приюте? Ты опозорил мое имя, распивая вино с крестьянами и шлюхами! Ты разрушил мои мечты о твоем будущем! Ты для меня ничто! Ничто! Ничто!