Маска Гермеса - Вадим Новосадов

- Можно подыскать, - хотя он и хотел скрыть неуверенность, но от проницательного политика и отца семейства скрыть это было невозможно.

Векшин же предпочёл бы, разумеется, чтобы президентская родственница была под защитой его человека.

- Ей далеко не все подходят. Да она и почувствует трюк. В отместку начнёт выказывать свой норов. Предупреди этого молодого человека, чтобы он был осторожнее, - хладнокровно заключил президент, отбирая карт-бланш у подопечного.

ГЛАВА 27. ФРОНДА.

Получив закодированное электронное предписание от Спирина, Рита Вагнер настояла на срочной встрече со своим боссом, владельцем телевизионной компании, Лаврецким, по поводу проведения идеологической акции, которая без обсуждения с ним не могла состояться. Миссия ей предстояла не только малоприятна, как и всё, что требовал от неё Спирин, но вероятно, и трудновыполнима. То, что хотел Спирин, не устроило бы Лаврецкого, хотя и настроенного оппозиционно к власти, но не настолько, чтобы, поливая всякой грязью политический бомонд, запачкаться самому, а то и вовсе не захлебнуться.

Он метил в медийный истеблишмент, который, как известно четвёртая власть, и потому пытался ограничиться щадящими уколами критики. Иначе, первую власть, можно разгневать навсегда, и не конкретных сменяемых лиц, а власть как абсолют, с набором незыблемых правил, существующих в любую эпоху. Нарушь он эти правила, и его бы не пустили на медиа рынок своей страны ни эти власть предержащие, ни последующие. Никакими посулами прагматичного Лаврецкого на отречение от таких перспектив не соблазнишь.

К тому же он, похоже, и не из тех, кто теряет голову от любовной страсти. Ведь он делец. Хотя, как знать. Его первый брак оказался неудачлив, и возможно, уже наступило то время, когда он желал взять реванш. В предложении к ней стать менеджером его компании, в первую роль, сыграли личные мотивы, иначе, зачем бы ему брать на эту должность никак не зарекомендовавшей себя в этой области персону. При этом, как это ни странно, до сих пор Лаврецкий и не добивался её, в чём можно было усмотреть ловушку, которая ткётся терпением.

Эта крыса Спирин хотел сделать её орудием шантажа. Риту, однако, заботил не успех или поражение, а то, как ей не разочаровать Лаврецкого, не превратить его во врага.

Опасалась Рита и того, что эта встреча могла бы спровоцировать Лаврецкого на предложение руки и сердца, к чему она также не была готова.

А чем ей грозило невыполнение поручения Спирина? То, что он был в курсе крупных переводов Лаврецкого из оффшорной зоны, свидетельствовало о его широких связях, к тому же, эта история с убийством Мерзоева, из которой Спирин и рассчитывал изготовить свою сенсационную бомбу, могла бы дать ему неоценимые преимущества в игре. Косвенно, его атака планировалась, вне сомнений, против главы российского государства, но жертвенной пешкой становился Визант, к которому Рита не теряла интереса, более того, он всё сильнее подогревался ревностью в его флирте с Анной Паниной, о чём Рита не знала, но догадывалась.

В отдельном зале парижского ресторана Лаврецкий выслушал идею спокойно, будто был готов к чему-то похожему.

- И какие же у Спирина аргументы, чтобы заставить меня выполнить его требования? - тут же решил выяснить он.

- У него имеются сведения, что переведённые суммы на счета нашей компании, из оффшорного банка. Видимо, это и является предметом его давления.

- Вы в этом уверены?

- Абсолютно. У меня есть копии авизо, которые он мне подкинул, я могу их показать, - она вынула из портфеля тонкую папку и протянула Лаврецкому.

После первых секунд растерянности Лаврецкий внимательно изучил бумаги и затем отложил их на стол, избегая её взгляда, борясь, как видно, с подозрением в её адрес.

- Эти копии были сканированы из электронного архива банка, - упреждала Рита обвинительные выпады в свой адрес.

- Не думаю, что для спецслужбы подобная задача стоит особых трудов, - парировал Лаврецкий в тоне, отрицающим недоверие к ней. - Должно быть, сработали хакеры, или подкупили кого-то из персонала. Семь бед, один ответ, - продолжал он сдержанно. - Этот Спирин давно пытается меня шантажировать. Но у него узкое мышление, как и у всех ищеек. Не уверен, что за ним стоят влиятельные силы. Это похоже на агонию, дешёвую авантюру, а может и месть неудачника. Иначе, зачем он так упорно пытается подставить этого Византа, личность мало кому известную? - Лаврецкий бросил взгляд на Риту. - Моя служба собрала на него досье, - добавил он, встретив её лукавый и непроницаемый взгляд. - Правда, хоть я и могу строить догадки, но я так и не прояснил, чем этот Визант насолил Спирину? И что это, за загадочная личность, ваш, Визант? С какой такой особой миссией его сюда прислали, если иметь в виду превратности его короткой биографии?

- Точно я не могу вам сказать, меня в их отношения никто не посвящал, - уверенно соврала Рита, научившись в своей бывшей профессии говорить неправду без смущения. - А Визант, насколько я могу судить о нём, человек отчаянный, такие, в секретных службах, нужны всегда.

Лаврецкий так и не выдал недоверия к Рите и тем более избежал намёков на её связь с Византом, хотя сам воздух был пропитан этими ощущениями, и чтобы сохранить это хрупкое равновесие, она скрыла, что копии авизо она получила от самого Византа.

- А в чём лежит наш интерес, если мы спровоцируем скандал, или подогреем ту шумиху, которая ещё не утихла? - задался вопросом Лаврецкий. - Президенту критика западной прессы как с гуся вода. Может это только станет поводом для разборок у себя дома, против тех, кто пытается оттуда нанести ему моральный ущерб?

- Я теряюсь в догадках относительно целей этой кампании, - спокойно отвечала Рита, глядя своими обольстительными глазами на собеседника.

- Вы пришли меня убедить обнародовать эти материалы, но не очень, похоже, этого хотите. Не поделитесь ли своими сомнениями?

- В них нет ничего особенного. Если я инициирую этот скандал, то в моей стране, на моей журналистской карьере будет поставлен крест. Если же я этого не сделаю, то, возможно, я и вовсе не смогу вернуться на родину, по крайней мере, какое-то время. Спирин это устроит. С другой стороны, своим журналистским чутьём, я понимаю, что нельзя этот скандал уступить кому-то ещё. Тот, кому нужно слить эту информацию, может обойтись и без нас.

Рита сейчас теряла противоречивые чувства к тому, что ей приходилось приложить руку к гибели человека, с которым она состояла в близости, кто уже пострадал из-за неё, хотя и не пытался мстить. Скандал уничтожит в первую очередь Византа.

Лаврецкий, тем временем, смотрел на неё с мягким восторгом, готовый принять её доводы, под чем скрывался более существенный интерес, чем политика.