Заря империи - Сэм Барон

Никар мгновение молчал.

— Да, это стоит обдумать. Скот и зерно потянут на кругленькую сумму, и если они не вернутся в Орак, то нас ждет голод. Мы обсудим этот вопрос. — Он обвел взглядом стол, но никто ничего не предлагал. — В таком случае мы заканчиваем. И я снова благодарю богов за возвращение Джалена.

“И за доставленные им сведения”, — добавил про себя Эсккар. Он вышел из дома, воины следовали за ним. Эсккар пригласил их к себе на ужин.

Бантор, Джален и Сисутрос пошли отдельно, но Гат присоединился к Эсккару и Трелле, хотя они и двигались в противоположном от дома Гата направлении. Когда они остались на улице одни, Гат кивнул телохранителю Эсккара, чтобы тот отошел вне пределов слышимости. После этого Гат схватил Эсккара за руку.

— Командир, — заговорил он, подвигаясь поближе к начальнику, затем повернулся, чтобы включить в разговор и Треллу. — Я не уверен, видел ли ты выражение лица Калдора, когда заговорила Трелла. Я же как раз смотрел на него. Он сидел за спиной отца. Щенок кипел от ярости, после того как отец его осадил.

Гат потрепал бороду.

— Если бы взглядом можно было убить, то юная Трелла уже лежала бы в земле. — Он выглядел обеспокоенным. — Тебе лучше бы проследить за ним, Эсккар. Я не исключаю, что он попытается причинить зло или тебе, или Трелле.

— Гат, спасибо за беспокойство, — искренне поблагодарила Трелла. — И за твое предупреждение. Мы будем осторожны.

— Хорошо. А если потребуется, то я прикажу одному из своих ребят всадить нож ему в спину. Я даже сам могу это сделать. Просто дайте мне знать. — Он кивнул Эсккару. — В таком случае я прощаюсь до ужина.

После этого он пошел своей дорогой, широко шагая.

Эсккар в задумчивости посмотрел на Треллу, потом обнял ее. Они направились к своему дому, телохранитель следовал в нескольких шагах позади.

— Госпожа Трелла, — обратился Эсккар, использую почетный титул, даваемый старшей женщине в доме. — Как я понимаю, сегодня вечером нам предстоит многое обсудить. Похоже, происходят вещи, о которых я не имею представления.

— Когда ты много говоришь ночью, я на следующее утро чувствую себя разбитой и не отдохнувшей. Хотя в последнее время ты был слишком занят и слишком уставал, и на меня у тебя не оставалось сил.

— В таком случае мне придется найти для тебя время. Может, ты проследишь, чтобы сегодняшней вечер не растянулся и наши гости ушли пораньше. А после этого у нас останется много времени на… разговоры.

— Да, господин.

Она взяла его за руку и не отпускала, пока они не вошли во двор бывшего дома Дриго.

Глава 12

В тот вечер не потребовалось прилагать много усилий, чтобы ужин побыстрее закончился. Джален устал после путешествия и хотел поскорее вернуться к девушке, с которой стал вместе жить как раз перед поездкой на север. Он первым встал из-за стола. Гат и другие гости поняли намек Аннок-сур. Новости, привезенные Джаленом, интересовали всех, но после его ухода никто уже не хотел задерживаться.

Эсккар нашел Треллу в кухне. Она помогала поварихе и Аннок-сур. Он взял ее за руку и повел по лестнице с наружной стороны дома на второй этаж. На верхней площадке, прикрытой занавеской, стоял большой горшок. Эта лестница, идущая вдоль наружной стены дома, позволяла слугам опорожнять горшок, не беспокоя хозяина и не отвлекая его от работы.

Дом Дриго был чудом строительной мысли. Он мог похвастаться многим, чего не было даже в доме Никара. Толстая дверь вела в комнату приличного размера, которую Дриго использовал для работы. Теперь там стоял большой стол, шесть стульев и маленький столик.

Еще одна тяжелая дверь вела отсюда в комнату для сна. Ее размер поразил Эсккара — почти двадцать пять футов в длину и двадцать в ширину. Четыре небольших окна были расположены на двух стенах довольно высоко, на равном расстоянии друг от друга. Они пропускали свет и воздух. Однако через них не мог бы пробраться даже ребенок. На случай пожара было одно узкое окно, закрытое толстой ставней, укрепленной двумя подпорками. Ставню будет труднее открыть, чем дверь. В глиняном горшке под окном лежал моток толстой веревки для использования в чрезвычайной ситуации. За этим окном можно было наблюдать и охранять его из внутреннего дворика внизу. Дриго специально так устроил личные покои, чтобы никто не мог войти или подслушать, что происходит в его спальне и что там говорят.

Теперь все это шло на пользу Эсккару. Они с Треллой тщательно заперли каждую дверь. Впервые в жизни у него было что-то более ценное, чем золото, — уединение. Он мог спокойно говорить и быть уверенным, что его никто не подслушает.

Он обнял девушку и прижал к себе, глядя сверху вниз на ее лицо и вдыхая запах ее волос.

— Трелла… я весь день хотел обнять тебя и поблагодарить за твои слова за столом Никара. Ты делаешь все возможным, и теперь даже Семьи слушают, когда ты говоришь.

Она обвила шею мужчины руками и прижалась лицом к его груди.

— Ты сказал, что хочешь поговорить, господин, — поддразнила она его обращением, принятым у рабов. — Или ты привел меня сюда не для этого?

И снова ей удалось возбудить его несколькими словами и прикосновением своего тела.

— Я думаю… что мы поговорим позднее.

Он снял с нее одежду, медленно стягивая через голову, наслаждаясь видом ее тела и ощущениями, когда это тело прижималось к нему. Прошло три дня после того, как они любили друг друга в последний раз. Внезапно показалось, что это очень большой срок.

— В таком случае… нам следует поторопиться, — прошептала она, расстегивая его пояс, который упал на пол.

Она помогла ему раздеться. Ее желание было не меньше, чем его.

Эсккар нежно подвел ее к постели и опустил на нее, затем провел руками по ее телу. Он не торопился, заставляя себя сдерживаться, пока приводил ее в возбуждение. Он хотел, чтобы она тоже получила удовольствие, и хотел этого не меньше, чем получить его сам.

Он никогда не делал ничего подобного раньше. До Треллы его мало волновало, чувствовали ли его женщины что-то или нет. Он слышал рассказы о таком. Мужчины говорили, что есть женщины, которые получают не меньше удовольствия, чем мужчины. Раньше Эсккар отмахивался от таких историй, считая их просто солдатской болтовней. Владела Трелла магией или нет, но она принесла ему что-то особенное, и это что-то делало их любовь большим и лучшим, чем простое совокупление. Эсккар хотел сохранить все так, как есть.

Потом он лежал, отдыхая на чистых подушках и мягком матрасе, заполненном хлопком и перьями. Горела маленькая масляная лампа, давая достаточно света, чтобы видеть все, происходящее в комнате. Трелла вышла и вскоре вернулась с графином с водой и двумя стеклянными кубками.