Незримые тени - Дея Нира

видения во сне становилось все тяжелее. Она чересчур глубоко погружалась в чужие жизни, слишком близко воспринимала происходящее. Еще немного – и она сойдет с ума, если не остановится. Но как это сделать теперь?

Девушка нащупала звенящий будильник и нажала на рычажок. Звук прекратился. Хотя тошнота и мигрень никуда не делись, необходимо поскорее встать. Утренние лучи уже проникли в комнату, прогнав ночную темноту. Все казалось довольно обыденным, даже сам дом угомонился и притих.

Анна, опираясь на длинный стол, заставленный всяческой утварью, выглянула в окно. Сторож курил около пристройки, держа в правой руке чашку, которую то и дело подносил ко рту.

Нужно выбираться отсюда.

С трудом миновав коридор, хватаясь за стены, Анна едва не упала на лестнице. Лица на фотографиях застыли, улыбаясь. Люди, которых больше нет. Некоторые из них обрели плоть и кровь у нее на глазах, чтобы потом снова отправиться в мир иной.

«До скорой встречи».

Анна толком не помнила, как вернулась в отель.

Там простояла под горячим душем добрых полчаса, пока упругие струи хлестали ее по спине и голове. Единственным желанием было отдохнуть. Отрешиться от всего, что увидела, потрясенная и обескураженная. Ей нельзя ни о чем думать сейчас.

Погружаясь в темные, но спасительные объятия сна, она поняла, что ужасно устала.

Как никогда.

Поесть удалось только на следующий день, когда аппетит вернулся к ней, а тошнота и головная боль прошли. Чистые листы лежали на кресле. Их укоряющая белизна напоминала о том, ради чего все затевалось. Тут должна появиться невыдуманная история.

Выйдя на улицу, Анна обнаружила, что людей стало гораздо меньше. Да и сама погода внезапно изменилась: исчезло чувство легкого тепла, что оставляет уходящее лето, передавая инициативу своей сестре осени.

Нужно закончить то, что она начала, и вернуться домой. Взваленное на себя бремя казалось непомерно тяжелым. То, что началось как интересное приключение, сейчас представлялось наказанием.

Дома ее ждут мама и Вереск. Привычный образ жизни.

Но подумав об этом, Анна испытала легкую дрожь. После пережитого и увиденного ей вдруг показалось, что она не станет больше жить так, как прежде.

Не хочет заглядывать за плотный занавес тайн и загадок.

Не хочет изматывающих видений.

Ничего.

От этих мыслей стало и страшно, и радостно.

Но что тогда ей делать?

Кто-то легонько коснулся ее. Обернувшись, девушка увидела Адама. Большой вязаный шарф в полоску укутывал его шею по самый нос.

Анна бы улыбнулась, но растерянный взгляд мальчика настораживал. Они поздоровались.

– Что случилось, Адам?

Он сглотнул. Испуг все сильнее проявлялся на его лице.

– Мне нужно рассказать вам кое-что.

Как можно спокойнее Анна произнесла:

– Разумеется. Я слушаю.

Мальчик глянул по сторонам и потупил взгляд.

– Не здесь.

Они неспешно пошли под шуршащей сенью деревьев, роняющих увядающую листву.

Магазинчики и кафе сверкали вымытыми витринами. Солнечные блики так и плясали на них. И тут, и там еще сидели приезжие, наслаждаясь утренним завтраком. Пахло свежей выпечкой, горячей сдобой, а бодрящий кофейный аромат витал от одного дома к другому.

– Хочешь чего-нибудь? – предложила Анна.

Мальчик подумал, но отказался. Не слишком хороший признак. Она заметила, что Адам нервничает, но попыталась еще раз.

– Мороженое? С ягодами и вафлями?

Искушение было огромным. Он даже облизнулся, но снова вздохнул и покачал головой.

– Что же такого ты хочешь рассказать, раз боишься? – спросила девушка.

Он сунул руки в карман. Чтобы расслышать ответ, ей пришлось наклониться чуть ниже.

– Я боюсь, что, когда скажу правду, вы рассердитесь.

Анна чуть замедлила шаг. И как можно более миролюбиво сказала:

– Обещаю, что не рассержусь. Ведь для любой правды нужна смелость. А ты, я уверена, очень смелый. К тому же я приложу все усилия, чтобы помочь тебе.

Мальчик глубже вжался в свой шарф и искоса глянул на собеседницу.

– Наверное, вы удивитесь, но помощь нужна не мне. А вам.

– Даже так? Я заинтригована, – девушка произнесла это шутливым тоном, но Адам и не думал улыбаться. Его глаза смотрели с грустью и тревогой.

– Я знаю, зачем вы приехали в наш город.

Рядом внезапно залаяла собака, и Анна вздрогнула. Но мальчик шикнул на нее, топнув ногой. Собака тявкнула еще раз, затем примирительно завиляла хвостом.

– Что бы ты сейчас ни рассказал мне, – сказала девушка, – давай договоримся о следующем. Перестань чувствовать себя виноватым, иначе выдаешь себя с головой. Представь, что рассказываешь мне нечто обычное, что не нужно скрывать. И повторяю, я не стану осуждать тебя. Итак?

Он кивнул, собираясь с мыслями.

– Помните тот день, когда мы встретились впервые? Так вот, я следил за вами.

– Хм… Неплохое начало, – подбодрила его Анна. – Продолжай. Для чего?

Адам вновь поежился.

– Чтобы знать, куда вы ходите и зачем. Ох… – выдохнул он. – Такое чувство, что она слышит… и мне не по себе.

«Она». Усилием воли, Анна едва удержалась, чтобы не вскрикнуть.

– Успокойся. Кто эта «она»?

Хотя Анна уже могла поклясться, что поняла, о ком идет речь.

– Я сказал тогда, что вы напоминаете мне кого-то… это я немного проговорился. Но так и есть. Вы с ней чем-то похожи. И я удивился.

– Расскажи-ка мне о ней, – попросила девушка.

Адам еще глубже засунул руки в карманы. Казалось еще немного – и раздастся треск рвущейся ткани.

– Ее настоящего имени не знает никто, все зовут ее Вьяра. Так в наших краях когда-то звали женщин с особыми способностями, которые умеют видеть больше, чем другие люди. Вьяр называют… – он помешкал, собираясь с духом.

– Ведьмами, – аккуратно подсказала Анна.

– Верно.

Адам шмыгнул носом.

– Она сказала, что вы тоже… – не решаясь закончить.

– О, – коротко выдохнула девушка. – Я поняла.

– Это так?

В его вопросе были неуверенность, страх и неловкость.

– Если это так, то ты станешь бояться меня? – спросила Анна.

Адам остановился, во все глаза глядя на нее и отчаянно замотал головой.

– Нет… честное слово, нет. Вы совсем другая…

– Мы поговорим об этом позже и обещаю: я все расскажу о себе и почему не сделала этого сразу. Идет?

Их неспешная прогулка продолжалась.

Вьяра родилась в обычной фермерской семье. Когда подросла, то пошла в обычную школу. И девочкой могла показаться тоже вполне обычной, во всяком случае внешне, если бы не один случай.

Она росла довольно замкнутой и необщительной, хотя где бы ни появлялась, дети тянулись к ней, желая поиграть или поговорить с этой странной, но почему-то интересной, по их мнению, девочкой.

Вьяра же редко удостаивала кого-то из них ответом, а уже тем более куда реже принимала участие в играх. Прятки и догонялки совсем не привлекали ее, зато девочку чаще можно было увидеть в лесу, куда она убегала, чтобы побыть в тишине. Что она там делала? Этого не знал никто.

Случалось видеть ее то у реки, напевающей заунывные песенки, то у болот, куда детям запрещали ходить испуганные взрослые. Вьяра забиралась в самую глухую чащу, куда только самые храбрые охотники отваживались заглядывать. Вооружившись до зубов, они старались как можно скорее миновать глухой лес. Иначе, не ровен