Чужая память - Геннадий Васильевич Иевлев

у них из под контроля после катаклизма, то есть лет триста назад. Пусть сотню лет ушло у клонов, чтобы освоиться и завладеть кораблями. Значит порядка двухсот лет они самостоятельно шныряют по галактике. Хватит ли запаса продуктов на корабле на такое время? На контроллере, однозначно, нет, на нём на год едва хватает. На ликвидаторе тоже навряд ли. У разведывательных кораблей, вполне возможно такой запас и есть, но на «Глорр» даже на полтора года едва хватило. Степперы огромны и там запас может быть какой угодно. Но продолжительность автономного плавания так же зависит и от количества членов экипажа степпера. Стоп, стоп! — Аттонар механически провёл рукой по лбу. — А зачем клонам питание? Им нужна энергия. Но если её растрачивать на плазмоны, то навряд ли её запаса надолго хватит. Но они же могут пополнить её запас, хотя бы на той же Флат. Да уж нет, — его губы вытянулись в широкой ухмылке. — Археи надёжно стерегут ту планетную систему. А мало других планетных систем? Х-мм! А ведь путь назад им, однозначно, закрыт. С такими пространственными сканерами археи увидят, что угодно и где угодно. Стоит клонам вернуться, уверен, археи их тут же заметят и прощай свобода. У зоторов же здесь нет подходящих планет. Значит — тупик: домой нельзя; здесь энергию взять негде. А ведь, весьма, похоже, — состроив гримасу озабоченности, Аттонар покивал головой. — В двух последних встречах степперы, практически, не проявляли большой активности. Просто висели в пространстве. Видимо выпущенные ими плазмоны были остатками их энергии и дальше шла самоликвидация. А если противника нет рядом, а энергия на исходе, что, возможное, может произойти? А то, что без энергии клон превратится в матрицу, которая по причине отсутствия всё той же энергии просто-напросто умрёт. Значит степпер превратится в груду безжизненного металлолома. Значит он будет видим. Но, ведь, они же не видны? Хара! — Аттонар коснулся пальцами лба. — А если поля скрытия? Матрицы всё же разумны и могут понимать, что они стали уязвимы и путём включения генератора поля скрытия могут спрятать себя. У зоторов, зачастую, такие генераторы автономны. На сколько может хватить источника генератора? Вполне возможно, что и на годы. Так что же остаётся — ждать? Можно, конечно. Но в моём положении не совсем разумно. Значит нужен способ видения их полей скрытия. Но какой? Такой, который кардинально отличается от до сих пор используемых. Какой?» — Аттонар крепко сжал голову обоими руками, будто решил выдавить из своего мозга нужное решение.

Долгое раздумье привело его лишь к одному способу — использованию своего психотронного поля. Тем более, что теперь он занимался его постоянным совершенствованием, изучая с его помощью все информационные поля, которые имелись в контроллере и сейчас он мог без особых затруднений разобраться в любом информационном поле любого устройства, имеющегося на «Регулл». Видимо, теперь настал следующий этап его использования — изучение и контроль с его помощью пространства.

Опустив руки на панели управления, Аттонар направил контроллер в один из наиболее, по его размышлению, вероятных районов нахождения степперов и там, пустив «Регулл» в дрейф, он поудобнее устроился в кресле и выбросив своё поле в пространство, окунулся в мир новых для себя познаний и с неподдельным удивлением осознал, насколько был до сих пор беден мир его ощущений.

Энергетика пространства несла в себе такое обилие информации, что теперь, пожалуй и вивв не мог бы соперничать с ним в понимании пространства, если только вивв и превосходил в чём-то его психотронное поле, то только в дальности. К тому же энергия пространства, каким-то странным образом, начала питать его тело и Аттонару теперь стало меньше требоваться пищи. Близкие и далёкие звёзды, ядро галактики завораживали его своим величием, своей энергетикой.

Его новый метод поиска вскоре, действительно, оправдался — в один из дней изучения пространства Аттонар почувствовал неподалеку мощное энергополе со сложной структурой. Несомненно — это поле было искусственного происхождения, потому что оно никак не вписывалось в естественность пространственной энергетики. Анализаторы пространства молчали. Тогда Аттонар попытался своим полем проанализировать невидимое анализаторам поле, но чужое поле, вздыбившись, скользнуло в сторону и исчезло, оставив после себя разряженный след вихревых энергетических сгустков. Аттонар без раздумий, направил «Регулл» по их следу, будто хищник, побежавший по запаху уходящей от него добычи.

Сгустки оказались короткоживущими и Аттонар, буквально, находил каждый последующий сгусток, когда он уже больше, нежели предыдущий, растворялся в пространстве.

Обеспокоенный, что он так и не узнает, что скрывалось за этим неизвестным полем, Аттонар ускорял бег контроллера, отчего лишь усугублял ситуацию, пропуская сгустки и затем тормозя и лихорадочно их отыскивая, ещё больше усугубляя ситуацию, потерей времени и в конце концов, не найдя очередного сгустка, остановил контроллер, вернул из пространства своё поле и в бессильной злобе пнул ногой пульт управления, будто это не он сам потерял след чужого поля, а техника зоторов.

Почувствовав себя очень уставшим, Аттонар откинулся в кресле и прикрыл глаза руками.

* * *

Заметно пополневшая Оллга, услышав шорох за дверью, оторвала взгляд от созерцания предмета, находящегося в её руке, сжала ладонь и подняла голову — в комнату вошёл отец. Подойдя к дочери, адмирал наклонился и дотронулся губами до её лба.

— Как себя чувствуешь? — Марр Мартинн выпрямился и положил руку Ольге на плечо. — Все вопросы решены, — продолжил говорить он, будто ответ дочери на заданный вопрос его не интересовал. — Для тебя забронирована палата в лучшем медицинском Центре столицы и с завтрашнего дня ты под их патронажем.

— Только этого мне не хватало, чтобы кто-то постоянно следил за мной, — Оллга состроила недовольную гримасу. — Отец, я себя прекрасно чувствую и ни в чьей помощи не нуждаюсь.

— Если бы я не знал кто он…. - по скулам адмирала прошлись желваки. — Мне неспокойно за тебя дочь и потому, будь добра, выполняй все рекомендации Центра. Иначе мне, действительно, придётся нанять сиделку и поставить у ворот дома подразделение десантников.

— Ты совсем меня перестал уважать, отец, — Оллга состроила такую гримасу, будто готова была расплакаться.

— Ну полно, полно, — адмирал провёл рукой по волосам дочери. — Я тебя люблю и потому беспокоюсь за твоё самочувствие. Я попрошу, чтобы они тебе не очень надоедали.

— Откуда это у тебя? — Оллга разжала ладонь.

— Что это?

Адмирал вытянул руку в сторону предмета, лежащего у дочери на ладони, но Оллга отвела руку в сторону.

— Это осьминожка о четырёх щупальцах.

— Эта медуза… — адмирал провёл рукой по лбу.

— Это осьминожка, —