Диалектика мира - Евгений Ильич Грицаев

это вовсе не «внешние сверхчувственные процессы». Они действуют как Микрокосмы нулевого порядка, обуславливая самоорганизацию и связанные с ней неизбежные случайные возмущения коррекции связей, ведущие к аффектации. Большинство аффектов детерминируется не нашим «Я» или нашей самостью, а связкой «Я»-«Не-Я», которая и выражает пресловутую «самость». Всякая самость имеет в своей основе конфликт связи и его развитие по диалектическому сценарию.

Развитие конфликта происходит в виде процесса интеграции дифференциальных связей. Его развитие ускоряется или гасится в экспоненциальной зависимости существования обычного непрерывного процесса. Рассмотрим вопрос отличия аффектации при развития конфликта от воления. Они различаются лишь результатом случайной неучтенности. В идеальном случае субъект, учитывающий в ментальных моделях фактор случайности, лишен аффектации. Но для этого необходимо хотя бы приближенное знание диалектических смыслов существования и адекватное осознание обстановки во внешней среде обстоятельств, которые могут искажать рассматриваемую модель. Субъекту на все эти оценки «отводятся» доли секунды, поэтому это выглядит как недостижимый абсолют мгновенного конфликта связи.

Однако этот случай, зачастую, имеет место в случае воления, когда субъект пытается навязать свою волю. Это не всегда удается, и тогда результат такого воления трансформируется в процесс аффектации с последующей конфликтацией. Субъект оказывается не готовым к случившимся обстоятельствам. Такие воления могут служить первичной причиной эмоциональных срывов и аффектации, даже помимо действия случайных факторов. Вторичные эмоциональные переживания («память прошлого») обычно основаны на законченном осознании, поэтому не приводят к аффектации. Зато они могут приводить к сочувствию и состраданию — к этим качествам человечности в субъективности личности, которые тормозят развитие конфликта связи.

Выбор той или иной модели сиюминутного поведения неизбежно связан с возможностью аффектации как недооценки своих субъективных возможностей. Сам факт выбора определяет коррелят аффектации с конфликтом связи. Но процесс разумного выбора из континуума ментальных образов и модусов не связан с известным механизмом с двумя «составляющими»: «свободным импульсом, исходящим из нашей самости» и «внешними механизмами самодетерминации». Здесь необходимо отметить, что вывод об иррациональности обеих «составляющих» процесса выбора при аффектации лишен смысла, поскольку в этом случае главенствуют не механизмы самости или самодетерминации, а воздействие случайности как диалектической необходимости развития конфликтов связи.

Следует отметить, что развитие конфликта как необходимого выражение самости преувеличено исследователями. Тем не менее, оно действительно есть выражение самости, то есть, качества личности в количестве связей с миром через общество по линии биосоциального потока. Если мы ставим эмоции в зависимость от действий и считаем, что только последние определяют эмоции и аффекты, то мы впадаем в материалистическую зависимость. Лишенная этого недостатка теория Джемса-Ланге отождествляет эмоции и аффекты с чувственным, что, однако, не объясняет причин такой тождественности. А она кроется в диалектическом подходе к механизмам аффектации как глагольным модусам ментальности, неадекватно связанным с процессом осознания субъекта. Тогда эмоция тождественна чувствам только в процессе развития связки «Я»-«Не-Я». Тогда же становится понятным то сопряжение ментальных модусов с чувственными переживаниями — поскольку они существуют в единой целостности с неизбежными конфликтами связи.

Еще одним коррелятом аффектации субъективности можно считать аксиологический фактор ментальных несоответствий субъективности общечеловеческим ценностям. Этот коррелят теснейшим образом примыкает к нравственному аспекту актуализации субъективности, который так же задействован в диалектическом механизме балансировки равновесия «Я»-«Не-Я». Если субъект не находит в ментальных образах и модусах ничего более достойного для себя что касается его самости, чем непринятие общечеловеческих ценностей, он пускается во все тяжкие. В этом отношении многие несоматические болезни могут считаться результатом ценностной аффектации при развитии конфликтов связи..

Конфликт это отклонения по различным причинам от того, что должно быть, то есть, диалектической от связи с миром. Проблема предконфликта или кризиса возникает всякий раз, когда нарушается диалектическая целостность за счет неадекватного функционирования той или иной субъективности человека или общества. Конфликт это своего рода аффектация субъективностей. Его развитие следует рассматривать изнутри, от корневых причин. Тогда конфликт всегда развивается в лоне связи субъективного с объективным. Причем, конфликт это не столкновение интересов, а развитие связи, иначе происходят кризисные явления. Подобное мы наблюдаем в современных конфликтах и войнах, в новейшем глобальном кризисе идей, сил и направленностей человеческого сообщества. Автор даже смеет воскликнуть: " Стыдно ли мне за Россию? Стыдно за то, что ее унижают. За Россию должно быть стыдно тем, кто ее разграбил и это допустил. Стыдно перед кем? Перед собой, хотя это и не твои деяния".

Каждый конфликт это выражение самости. А в случае общества — выражение его установок относительно сообщества. Всякий конфликт вредит самоутверждению мира, поскольку самоутверждение, прежде всего, предусматривает утверждение не самого себя, а себя вне себя в мире. Развитие конфликта связи есть самовыражение в сосуществовании личности с миром. Парадокс конфликтации в том, что развитие конфликта происходит по законам неразвития, то есть, торможения существования в целом из-за его несвязанности мира и немира.

Конфликт это гипертрофированная форма существования мира, связанная с искажением общечеловеческих ценностей в субъективностях. Многие великие цивилизации нашли свою погибель в распрях. Иного не дано, считает диалектика мира — вечного мира быть не может, но относительный мир вполне годится для существования человеческого сообщества. Большие конфликты, катастрофы и войны одобряют очень немногие из числа душевнобольных. Маленькие конфликты — многие одобряют. То есть уравновешенность диалектическая от нуля до бесконечности заполняет континуум субъективности. Конфликтность связи может переходить в конфликт действия при неустранимости первичного конфликта. К сожалению подобное встречается в условиях бытийных разногласий достаточно часто.

Первичный конфликт развивается как феноноумен, как выражение направленности связи. Развитие любого конфликта происходит через субъективные вырождения процесса мира и созидания. Вопросы зарождения первичного конфликта между собой тесно связаны с процессами самопознания и самообразования. Они углубляются в случае низкого уровня притязания. Самопознание неотделимо от самоорганизации и самообразования как частного ее вида в обществе. Человек часто мелочится. когда испытывает бремя выбора. Тогда он меняет время выбора на время испытания. Испытания конфликтом. Так было в все века, но так не должно было быть. Недаром на сентецию в виде: " Друг моего врага — мой враг" можно уверенно и гордо ответить: " Лучше не иметь врагов".

4.9. Конвенция развития

Конвенционализм развития конфликта в бытийных случаях обычно не проявляет себя. Вернее, он остается незамеченным по причине его обыкновения как стереотипа, сопровождения конфликтов отношения. Здесь мы будем говорить в основном о конфликтах связи — как наиболее общих случаях конфликтации в лице аффектации процесса нашего существования в ходе процесса мира и созидания. Следует сразу отметить, что конфликт связи принципиально неразрешим. Такое не в в пример полным или неполным конфликтам отношений или действий, идущим по типовой схеме: предконфликт — разгорание