Князь Палаэль. Высший - Владимир Снежкин

Что я и сделал, как только изучил все космическое пространство вокруг Планоры и не заметил ничего подозрительного.

Отправив одного демона — штурмовика обратно в портал с сигналом, дающим добро на перемещение, я неожиданно услышал зов, раздавшийся прямо в моей голове. Словно кто‑то издалека звал меня. Не понял. Это еще что такое? Закрыв свои органы чувств от внешнего мира, я попытался разобраться с источником непонятного явления.

Зов усилился, и я смог уловить, с какой стороны он шел. Посмотрев в ту сторону, вдали увидел Саманту и того самого архидемона, что не так давно на пару с Лифергоном подначивал Ллос. О чем‑то между собой беседуя, они периодически бросали взгляды в мою сторону. Тотчас обратив взор в сторону Планоры, я исключительно для вида принялся ее изучать, словно мог с такого расстояния что‑то там рассмотреть на ее поверхности. Сам же стал тайком приглядываться к сладкой парочке, пытаясь уловить их разговор. К сожалению, среди появившихся умений не числились ни сверхслух, ни способность незаметно заглядывать в мысли бессмертных. Но то, что зов шел от кого‑то из них, было для меня совершенно очевидным.

— Такое иногда бывает, — пробормотал Учитель.

— Да? Давай подробнее!

— Ну, не знаю… До этого происходило только между смертными и бессмертными…

— Да говори уже! Не тяни быка за причинное место!

Пространство взорвалось невероятной какофонией звуков, исходящей многочисленных легионов, ворвавшихся в систему Планоры через тысячи закрутившихся воронок. Звуки в ментале и реале были такими, что прорвали выставленный мною тонкий барьер, ограждавший меня от всего постороннего. На обретение внутренней тишины ушли мгновения, после чего я вновь потормошил Учителя:

— Долго в молчанку играть будешь?

— Бессмертные иногда слышат мысли смертных, если те думают о них. Видимо, какие‑то каналы открываются. У тебя никогда такого не было, но ты ведь и не специализировался на сборе энергии веры, обращая весьма мало внимания на нужды смертных. У тебя всем Сиралоса заведует.

— Как это происходит? Я не вижу никакого ментального канала. Как зарождается зов?

— Не знаю. Природа этого явления неизвестна. Архимаги Вальмиры попробовали однажды исследовать данный вопрос, но натолкнулись на противодействие и богов, и демонов.

— Но почему?

— Им видите ли стало жалко подопытного божка и демоненка, захваченных архимагами в каком‑то периферийном мирке. Архимаг Йорк, древнейший из архимагов Вальмиры, был вынужден отчитываться перед Высшими богами и Верховными архидемонами.

— Ладно. Понял. Можешь не продолжать. Значит Саманта и архидемон обо мне говорят и думают, и поэтому я слышу зов. Наверное, это одна из моих новых возможностей.

— Но зачем они о тебе говорят? Зов продолжается? Как они могут говорить о твоей персоне столь длительное время? И косятся в твою сторону так, точно перед ними отнюдь не союзник…

Рассуждения наставника меня рассмешили. Подозрительный он. Слишком подозрительный. Ну что такого в том, что увидев перед собой иную сущность, разительно отличающуюся от всех, бессмертные рассуждают по ее поводу? Ничего! Пусть говорят, я не против.

— Легкомысленно ты рассуждаешь! — фыркнул Учитель. — Помни, что бессмертные коварны и преследуют исключительно свои интересы. И в интересах сильных мира сего тебе может быть уготована роль разменной монеты. Ожидай подвоха во всем! О тебе поговорили бессмертные? Значит включай свой напряжеметр и пытайся понять, о чем именно они говорили!

— Это паранойя. Где ты видишь подозрительные взгляды? Наоборот, Саманта мной явно любуется! — заприметив очередной изучающий взгляд светлой богини, я принял героическую позу, лицом обернувшись к выстраивавшимся легионам.

А — ля Кутузов, делавший смотр войск перед броском через Альпы!

— Кутузов, блин, — с ехидным сарказмом прокомментировал наставник. — Хорошо. Сам не хочешь присматривать, так кого из союзников попроси приглядеть за Самантой. Вдруг чего нового о ней узнаем!

Я хотел возразить, но на тим задумался и махнул рукой. По тону чувствую, Учитель не отстанет.

— Смотрю, ты готов к дальнейшему прыжку, — раздалось за спиной.

Вот он, кто мне нужен! Ваэрон! Тихий и незаметный. К тому же сумеет отбрехаться от любой претензии со стороны бессмертных, если такая появится в процессе слежки. Бог лжи, как никак.

— Слушай, Ваэрон. У меня к тебе есть небольшая, но очень важная просьба.

— Внимательно тебя слушаю, — склонился ко мне Ваэрон.

Спустя кварт армия была готова к следующему шагу в сторону Эльтиана. Схема каждого прыжка была уже отработана, и никто не отменял. Так что пристроив своих Воинов Смерти в арьергард штурмового отряда, я оглянулся на группу бессмертных, по сценарию выступающих вместе со мной. Так, что мы имеем? Саманта здесь, архидемон здесь. Добавился Ваэрон.

Как и в предыдущий раз, я указал световым маячком место появления портальной воронки. Дождавшись, пока штурмовой легион не сместится, заняв позицию в эхане от маячка, а бессмертные не расположатся за моей спиной, я привел заклинание в действие, сделав его более габаритным, нежели в последний раз, когда штурмовому легиону поначалу пришлось просачиваться через портал небольшими группами по нескольку сотен бойцов. В принципе, нормальный для меня показатель, как и для подавляющего числа присутствующих в армии бессмертных, но теперь я почувствовал в себе силы сотворить нечто бОльшее. Намного большее!

— Вот это да — а-а! — восхитился Учитель, вызвав у меня чувство легкого удовлетворения. — Вот это СИЛА!

— Так я еще и подработал исходный код структуры плетения, — обратил внимание на еще один момент, на который ему стоило обратить внимание. — Заметил?

— Где?

— Да вот же! Вот! — гигантская воронка окрасилась в разные цвета, вызвав моментальную реакцию штурмового легиона, который начал движение назад, подальше от полыхающего красно — черно — желтыми цветами портала.

Таково было внешнее проявление выделения мною отредактированного участка плетения в красный цвет.

— И что? Сложил два и два, и теперь радости полный памперс? — с недоумением спросил наставник, не оценив приложенных мной умственных усилий.

— Тьфу на тебя!

Убрал выделение, и портал вновь приобрел вид мрачной темной воронки.