На лезвии с террористами - Александр Герасимов

В дальнейшем разговоре Протопопов очень подробно рассказал мне историю своего назначения министром. В качестве товарища председателя Государственной Думы он был выбран председателем той делегации членов Думы, которая совершила поездку к нашим союзникам, посетила Париж и Лондон. Эта поездка, говорил Протопопов, показала мне, что военное положение наших союзников очень невеселое. Положение на их фронтах было очень тяжелым, организация тыла расхлябана, катастрофы можно было ждать буквально со дня на день. Поэтому, когда в Стокгольме мне через разных посредников было предложено встретиться с представителем германского правительства Вартбургом и ознакомиться с германскими условиями мира, я счел своим патриотическим долгом принять это предложение. Встреча состоялась. И после долгого разговора Вартбург мне сообщил, что он имеет вполне официальные полномочия передать Государю Императору условия сепаратного мира, которые сводились приблизительно к следующему: вся русская территория остается неприкосновенной, за исключением Либавы и небольшого куска прилегающей к ней территории, которые должны отойти к Германии. Россия проводит в жизнь уже обещанную ею автономию Польши, в пределах бывшей русской Польши, с присоединением к ней Галиции. Эта автономная Польша вместе с Галицией будет оставаться в составе Российской Империи. На Кавказе к России присоединяется Армения. Какой-то особый пункт говорил, я не помню уже теперь, или о нейтрализации или о присоединении к России Константинополя и проливов. Условий мира с союзными державами Вартбург не указывал, но подчеркивал, что никакой помощи от России против ее бывших союзников Германия не потребует.

Протопопов обещал передать эти предложения царю. И с этой целью, приехав в Петербург, испросил у него личной аудиенции. Царь внимательно выслушал рассказ Протопопова о свидании с Вартбургом, поблагодарил Протопопова за его сообщение и прибавил:

— Да, я вижу, враг силен. Я согласен, при нынешнем положении те условия, которые вы передали, для России были бы идеальными условиями. Но разве может Россия заключать сепаратный мир? А как отнеслась бы к этому армия? А Государственная Дума?

В итоге разговора Протопопов, как уверял он меня, получил от Государя формальное поручение переговорить с представителями руководящих фракций Государственной Думы и выяснить их отношение к германским предложениям. Протопопов прибавил, что он будто бы сделал попытку устроить совещание представителей думских фракций, но настроение, которое на этом совещании обнаружилось, было таково, что о подробном рассказе относительно германских условий не могло быть и речи, он не излагал их. Наши политики, говорил Протопопов, оказались невероятными идеалистами, совершенно не понимающими интересов страны, А ведь только заключив такой мир, мы могли спасти страну от революции.

Вскоре после этой нашей беседы отношение большевиков, до того очень снисходительное к нам, "сановникам старого режима", начало заметно меняться. В это время произошло восстание Краснова на Дону, переворот Скоропадского на Украине, началось восстание чехословаков на Волге. Атмосфера становилась все более и более тревожной. Однажды, в начале мая 1918 года, ко мне зашел один мой знакомый, занимавший тогда место какого-то комиссара у большевиков. Он только что перед этим совершил поездку в Москву и пришел ко мне, чтобы рассказать: в Москве настроение очень тревожное, неизбежно начало террора, скоро будут произведены большие аресты. Он настоятельно советовал мне не медлить и двигаться куда-нибудь за пределы досягаемости большевицкой власти. Я решил последовать его совету. Так как я был родом с Украины, то мне было очень легко оптироваться в качестве украинского гражданина, и с ближайшим же этапом украинских граждан, которые тогда свободно пропускались большевиками, я отправился на юг. Этому я был обязан своим спасением. После я узнал, что буквально через несколько дней после моего отъезда в Петербурге начались аресты сановников старого режима. Приходили и за мною.

Краткие сведения об упоминаемых лицах

 АЗЕФ Евгений Филиппович (1869-1918) — Происхождением из Ростова н/Д, Получил инженерное образование. В 1892 поступил осведомителем и Департамент Полиции- С годами выдвигался на этой службе и на постах в партой эсеров. Разоблаченный в 1909, бежал в Германию и скрывался там до смерти.

Полную картину разрушения эсеровского терроризма, совершенного Азефом, сами вожди этой партии оценили, только прочтя эту книгу ген.Герасимова (1934), Чернов пишет в своей книге "Перед бурей" (изд. им. Чехова, Н-Й, 1953, стр.272) . "Лишь после того, как вышли (на немецком языке) воспоминании генерала Герасимова, нам окончательно выяснилась общая картина катастрофы, постигшей нашу боевую работу, как раз в то самое время, когда БО по планам партии должна была довести свои атаки на царский режим до максимальной энергии".

АКИМОВ Михаил Григорьевич (1847-1914) — Министр юстиции: декабрь 1905-апрель 1906. Председатель Государственного Совета: 19П7-1914. Сенатор.

АЛЕКСЕЕВ Михаил Васильевич (1857-1918) — Генерал. Занимал ряд высоких командных должностей в русской армии. С марта по август 1915 Главнокомандующий Северо-Западным фронтом. С августа 1915 но март 1917 — начальник штаба Верховного Главнокомандующего (и сыграл важнейшую роль в царском отречении). Апрель-май 1917 — Верховный Главнокомандующий, снят при Керенском. На короткий срок в начале сентября 1917 — снова начальник штаба при Верховном (Керенском), — после устранения генерала Корнилова. С ноября 1917 — на Дону, один из организаторов Добровольческой армии. Умер в сентябре 1918 от болезни.

АНТОНИЙ (Вадковский) (1846-1912) — Митрополит Петербургский и Ладожский. Один из организаторов Религиозно-Философского общества (сблизить интеллигенцию с реформистским духовенством).

АРГУНОВ (Воронович) Андрей Александрович (1867-1939) — Член ЦК партии с-р и один из ее руководителей с начала века. В 1918 — член Комуча. Член уфимской директории. Эмигрировал.

БЕЛЕЦКИЙ Степан Петрович (1873-1918) — Самарский вице-губернатор. С 1909 вице-директор Департамента Полиции. Устранен в 1913. Снова возвышен в 1915, — стал товарищем министра внутренних дел. Скандально замешан в распутинские цела, снова отставлен, получил пост сенатора. Расстрелян большевиками.

БОГДАНОВИЧ — Генерал, уфимский губернатор. Убит террористами в Уфе в мае 1903.

БУЛЫГИН Александр Григорьевич (1851-1919) — Московский губернатор: 1893-1902. Министр внутренних дел с января по октябрь 1905.

БУРЦЕВ Владимир Львович (1662-1942) — Известный революционер, до 1905 террорист. За террористические призывы был осужден в Англии, выслан из Швейцарии и Франции. Не принадлежал к определенному партийному направлению, тщетно пытался объединить их. Особенно известен раскрытием тайны Азефа. С 1914 — сторонник национального единения и обороны страны. В 1915 сдался на русской границе. Сперва получил высылку, потом амнистирован. После октябрьского переворота эмигрировал.